Барон Виктор Ротшильд

Все новости, события, скандалы обсуждаются и комментируются здесь

Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Моргенштерн » 30 окт 2011 11:54

Олигарх и барон Виктор Ротшильд — спонсор «кембриджской пятерки»

Созданная советской разведкой перед Второй мировой войной агентурная сеть Англии, известная во всем мире как «кембриджская пятерка», на самом деле включала в себя гораздо больше источников информации, многие из которых оказались незаслуженно или преднамеренно забытыми. Вспомним о «шестом», ключевом, члене «кембриджской» группы лондонской резидентуры Иностранного отдела НКВД. Имя его — Виктор Ротшильд, а история его такова.
Вскоре после того как в Букингемском дворце в Лондоне умер Эдуард V, и на британский престол вступил Георг V, в семье банкира Натаниэля Чарльза Ротшильда, являвшегося вторым сыном первого барона Ротшильда, 31 октября 1910 г. родился мальчик, которого назвали Натаниэль Мейер Виктор. Отец новорожденного Виктора был наследником одного из пяти братьев семейства Ротшильд, основавшего в начале XIX века в пяти европейских столицах - Лондоне, Париже, Вене, Франкфурте и Неаполе — банковскую сеть. Британская банковская ветвь Ротшильдов ведет свою историю с 1804 года, когда она финансировала английскую армию в войне против Наполеона.
Банковская династия Ротшильдов, основанная в начале XIX века Мейером Амшелем Ротшильдом, была традиционно связана с разведывательными службами. Во время войны с Наполеоном Ротшильды создали разветвленную агентурную сеть, в которую входило более чем 200 источников информации. Все полученные ими разведданные, как, впрочем, и налаженные банковские возможности по межгосударственному переводу капиталов, Ротшильды предоставили в распоряжение Британской короны, добавив к этому крупные займы на войну против Наполеона. Когда речь шла о защите отечества, они не останавливались перед затратами и умели рисковать, делая большие ставки, но при этом семейство не забывало о приумножении при любой удобной возможности собственного капитала.
В ходе войны с Францией секретные агенты Ротшильдов стояли за спиной заговорщиков-роялистов, которые 23 октября 1812 г. попытались в Париже осу¬ществить дворцовый переворот. Однако им не удалось сохранить в тайне от секретной полиции свои приготовления, и в результате роковой оплошности их коварный заговор против императора был раскрыт. Среди 12 арестованных главарей оказались генерал Клод Франсуа де Мале, министр полиции Фран¬ции Савари, префект Парижа генерал Паскье и аббат Лафон. Бонапарт прика¬зал всех заговорщиков расстрелять.
Расходы, понесенные в ходе провалившегося заговора, Ротшильды с лихвой покрыли с помощью ловкой биржевой аферы. Получивший после смерти. Мейера Ротшильда, скончавшегося 19 сентября 1812 г., титул барона, Натан Ротшильд первым в Лондоне узнал от своих тайных информаторов о поражении Наполео¬на при Ватерлоо. После чего он немедленно приступил к массовой продаже сво¬их акций. Все остальные биржевики, не без основания доверяя его информиро¬ванности, попались в эту ловушку и сразу же последовали этому примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Когда цены упали до предельно низ¬кого уровня, Ротшильды скупили все акции и добились баснословной прибыли.
С помощью приумноженного капитала в XIX веке Ротшильды, которые к этому времени финансировали большинство правительств, основали строгий орден со своими законами, моралью и всемирной банковской сетью. Превращение Рот¬шильдов в международных банкиров и их возвышение над остальными финан¬совыми домами фактически положило начало изменению всей структуры меж¬дународного бизнеса того периода. Их банковский капитал стал транснациональным. Не лишним будет напомнить, что отец основателя другого всемирно известного американского финансового концерна — Морган ранее был банки¬ром в Англии и, находясь в тесной связи с Ротшильдами, перебрался в Америку как их финансовый агент. Известно, что и отец другого финансового лидера США Якоба Шиффа также был связан с Ротшильдами, начав развивать свою финансовую деятельность как их доверенное лицо. В результате перекрестных «династических» браков вскоре возникла настоящая международная независи¬мая каста-корпорация, что в конце концов и привело к созданию мондиалистской структуры закрытого типа.
Позднее, укрепляя свои позиции, семья Ротшильдов вошла в историю Анг¬лии тем, что купила для британского правительства Бенджамина Дизраэли по¬строенный французским инженером Лессепсом на французские и английские деньги Суэцкий канал. Основная доля акций открытого в октябре 1869 года канала принадлежала Великобритании, Франции, Египту и Турции, при этом гарантом стабильной работы канала выступала Великобритания.
Когда в августе 1875 года, в результате неплатежеспособности правителя Египта Хедива Исмаила, египетские 44 процента акций канала были выставле¬ны на рынке, британский премьер-министр Бенджамин Дизраэли благодаря сво¬евременной финансовой поддержке английской ветви банкиров Ротшильдов незамедлительно выкупил у Египта его долю Суэцкого канала, уплатив 4 млн. фунтов стерлингов. После этого «Суэц ченел компани» стала англо-французс¬ким концерном, а Дизраэли завершил свои усилия лаконичной и бессмертной запиской королеве Виктории: «Вы владеете им!». Великобритания благодаря британским и французским Ротшильдам стала фактически полновластным хозяином канала и страны, о чем в Лондоне не забывали никогда.
Спустя много лет, когда 26 июля 1956 г. президент Египта Насер объявил о национализации этой иностранной собственности, в зону Суэцкого канала вошли войска Республики Египет, прекратившие доступ в него торговых судов бывших владельцев. В ответ правительства Англии и Франции 30 октября 1956 года предъявили Египту ультиматум, содержащий требования прекратить в течение 12 часов все действия военного характера на суше, море и в воздухе, отвести его вооруженные силы на 10 миль от Суэцкого канала и согласиться на оккупацию английскими и французскими вооруженными силами ключевых позиций в Порт-Саиде, Исмаилии и Суэце. Египетское правительство отклонило ультиматум, объявив в стране всеобщую мобилизацию, после чего авиация Великобритании и Франции начала бомбардировку египетской территории. Что плохо для Ротшильдов, то плохо для Англии и Франции.

Ротшильды и кавказская нефть Российской империи

К концу XIX века семейство Ротшильдов стало источником финансирования различных отраслей промышленности. Одной из сфер приложения их капитала было строительство железных дорог в Америке и Европе. Поскольку представители этой семьи владели еще и нефтеперерабатывающим заводом в Фиуме на побережье Адриатического моря, они были заинтересованы в приобретении дешевой российской сырой нефти. Исходя из этого, на совете семьи было принято решение выделить средства на завершение строительства железной дороги, которая шла из Баку на Запад через Кавказ к Батуму, порту на Черном море, который был включен в состав России в 1877 году в результате победоносной войны с Турцией. Взамен Ротшильды приобрели закладные на российские нефтяные сооружения и договорились о гарантированных поставках российской нефти в Европу по выгодным для них ценам.
Следует сказать, что в России это был период проявления крайнего антисемитизма: в 1882 году императорским указом евреям было запрещено арендовать землю или владеть ею в пределах империи. Однако парижские Ротшильды, которые занимались российской нефтью, были самыми известными евреями в мире и по отношению к ним этот указ, как это часто бывает, силы не имел.
Французскую ветвь тогда возглавлял барон Альфонс де Ротшильд, который организовал после подписания и ратификации Национальным собранием Франции мирного договора выплату репараций за поражение в войне с Пруссией в 1871 году, и в ходе этой сделки значительно приумножил капитал своего дома.
Благодаря прекрасно поставленной конкурентной разведке барон считался одним из самых информированных людей во всей Европе. В данных прогнозистов-разведчиков нуждался и его младший брат барон Эдмонд, который в этот период активно занимался «проблемами Сиона» и обеспечивал финансирование переселения евреев в Палестину. Итак, особое внимание Ротшильды уделя¬ли укреплению своих позиций в России. Кредит, предоставленный ими, позво¬лил закончить строительство железной дороги Баку — Батум уже в 1883 году, и почти сразу же превратил Батум в один из крупнейших нефтяных портов в мире. Развивая достигнутый успех, в 1886 году Ротшильды образовали «Батумское нефтеперерабатывающее товарищество», известное впоследствии лишь по его русской аббревиатуре «БНИТО». Они построили в Батуми нефтехранили¬ще и предприятия по сбыту нефтепродуктов. Благодаря им железная дорога Баку — Батум открыла российской нефти дверь на Запад, именно из-за нее раз¬вернулась яростная тридцатилетняя конкурентная борьба дома Ротшильдов с семействами Рокфеллеров и Нобелей за мировые нефтяные рынки. Заняв вто¬рое место в России по объемам нефтедобычи, Ротшильды в 1888 году пошли на очередное обострение конкурентной борьбы и организовали свои собственные компании по импорту и сбыту нефтепродуктов в Британии. Спустя 24 часа после официального открытия нового предприятия Ротшильдов в Британии руководство «Стандарт ойл» в лице Рокфеллера пошло на создание своего первого зарубежного филиала — «Англо-Америкэн ойл компани».
В марте 1895 года консорциум нефтяных компаний Рокфеллеров, Ротшиль¬дов и Нобелей «от имени нефтяной промышленности США» и российские неф¬тедобытчики «от имени нефтяной промышленности России» подписали союз, по которому американцам досталось 75 процентов мировой продажи на экспорт, а русским — 25 процентов.
О том, каким влиянием пользовалась семья Ротшильдов в начале XX века, свидетельствует тот факт, что британские государственные деятели были вы¬нуждены периодически согласовывать с этим семейством все основные долго¬срочные политические планы Британской империи.
В июне 1902 года европейские нефтяные короли Генри Детердинг, Маркус Сэмюэль и Ротшильды решили объединить свои усилия на нефтяном рынке и подписали всеобъемлющее соглашение, в результате которого компания «Бри¬тиш Датч» была поглощена более крупной компанией «Эйшиэтик петролеум».
Преследуя финансовые интересы семейства, влиятельные Ротшильды стре¬мились управлять событиями в различных жизненно важных для их капитала регионах. Так, принимая участие в экономической борьбе против русского само¬державия, Ротшильды во время русско-японской войны предоставили противни¬ку России неограниченный кредит банков, которые они контролировали, что позволило японцам вести войну гораздо дольше, чем рассчитывало русское ко¬мандование. Естественно, что в этот период для России были закрыты почти все зарубежные кредиты, в том числе, конечно, и самими Ротшильдами.
В архивах Департамента полиции царской России сохранились свидетель¬ства тайной деятельности семейств Ротшильдов в России. Российская охранка, осуществляя наблюдение за операциями Ротшильдов на территории России, перехватила в апреле 1904 года письмо из Нью-Йорка от масона Гофмана, чле¬на ложи «Бнай Брит», на имя Виктора Померанцева, в котором расписывались «выгоды» для России от возможности получения займа у Ротшильда при усло¬вии дарования льгот евреям. Состояться этой сделке помешали начавшиеся на кавказских нефтяных предприятиях Ротшильдов забастовки. Рабочие волнения во всей России вылились в первую в империи всеобщую забастовку, которая привела к правительственному кризису. Политическая нестабильность, антисемитизм и враждебность к иностранцам в России весьма беспокоили членов дома Ротшильдов, тем более что они не понаслышке знали о забастовках, поджогах, убийствах и революции. Все это заставило семейство Ротшильдов начать в 1911 году переговоры с «Роял Датч/Шелл» о продаже всего своего нефтяного бизнеса в России. В 1912 году сделка была завершена. В результате Ротшильды перевели свои ненадежные и непрочные российские активы в значительные пакеты перспективных акций в обеих стремительно растущих международных компаниях этой группы. Нобелям вместо Ротшильдов пришлось думать о том, каким образом провести «распродажу погорелого после большевистской революции добра». Тем не менее, это не помешало Ротшильдам принять участие в распределении «немецких» денежных потоков, направлявшихся связанным с американским финансовым миром А. Гомбергом и американским банкиром Я. Рубиным на нужды российских революционеров. Яков Рубин, в частности, имея отношения с П.А. Рокфеллером, семейством Ротшильдов, М.Л. Шиффом, Армандом Хаммером и Джеймсом Шпейером, помог установлению советской власти в Одессе. Утечка информации об этом факте в прессу произошла только в августе 1928 года, когда американский банк «Кун, Лейб и Ко», получивший от большевиков в «погашение долга» золота на сумму 102 290 тыс. долларов, был обвинен в субсидировании русского большевизма.

Ротшильды и проблема Палестины

Еще до Первой мировой войны в Англии был создан влиятельный «Круглый стол», членами которого являлись Мильнер, Бальфур и семейство Ротшильдов. В США аналогичный, но более широкий «Совет международных отношений» во главе с Рокфеллером и Морганом был создан лишь в 1921 году.
Из переписки «Круглого стола» известно, что 2 ноября 1917 г. британский министр иностранных дел А.Д. Бальфур направил лорду Ротшильду письмо, в котором были сформулированы основные идеи «Декларации Бальфура» по Палестине. В своем письме Бальфур извещал лорда Ротшильда о том, что английские правящие круги приветствуют создание еврейского национального государства в Палестине и готовы начать переговоры с сионистскими лидерами при условии соблюдения интересов нееврейских общин.
Трагическая сторона истории борьбы за создание еврейского государства состояла в том, что изначально, с 20-х годов, все сионистские организации вели свою деятельность главным образом в условиях конспирации и вооруженного подполья, особенно на самой территории Палестины. В течение всей первой половины XX века сионисты и их сторонники формировали массовую нелегальную сеть, так или иначе, вовлекая в «большую игру» крупнейшие мировые спецслужбы. Эти связи использовались и британской, и американской, и советской разведками. Но для англичан поборники еврейского государства представляли определенную опасность, поскольку речь шла, прежде всего, о статусе подмандатной Великобритании территории Палестины. Разведка США также держала сионистов под наблюдением, поскольку в Америке это были крупные объединения иностранцев, ставивших вопрос о своих особых интере¬сах в этом регионе.
Еврейские благотворительные организации типа «Джойнт», «Сохнут» и дру¬гие, конечно, имели широкие связи с политическими лидерами и движениями си¬онизма. Они получали деньги, главным образом, от крупных предпринимателей и банкиров, подобных Ротшильду. В феврале 1918 года в Англии на деньги Рот¬шильдов был создан «еврейский полк», который был включен в состав новозе¬ландской армии для участия в военных действиях в Палестине. На знаменах полка было написано: «В крови и огне пала Иудея, в крови и огне она восстанет».
В феврале 1929 года по решению организаций, представляющих еврейский народ в мире, было создано Всемирное еврейское агентство для Израиля, полу¬чившее название «Сохнут». Организация была призвана возглавить движение и усилия еврейского народа, направленные на осуществление его вековой мечты о возвращении на свою историческую Родину. В июле 1929 года при спонсор¬стве Ротшильдов в Цюрихе был проведен сионистский конгресс, на котором было принято решение о формировании еврейского агентства в Палестине, а позднее создана «Хагана» — сионистские подпольные силы сопротивления, действовавшие в Палестине, находившейся под британским правлением. Для обес¬печения этого агентства информационной поддержкой была создана специаль¬ная служба — «Шерут Йедиот».
Для обеспечения нелегальной эмиграции евреев из Европы в Палестину в июне 1937 года при финансовой поддержке Ротшильдов была создана организация под названием «Учреждение для проведения нелегальной иммиграции», которую возглавил Шауль Авигур, считающийся одним из основателей изра¬ильской разведки.
Нелегальная деятельность сионистских организаций в различных странах с трудом поддавалась контролю. Фактически все консультации по вопросу обра¬зования еврейского государства в Палестине велись неофициально и нефор¬мально. Лишь после войны проблема вышла на дипломатический уровень и решилась в рамках ООН. При этом ряд крупных политиков еврейской нацио¬нальности не поддерживали создание Израиля, понимая, что для СССР это мог¬ло бы служить двойным геополитическим выигрышем.
После вхождения западных областей Украины и Белоруссии, а также Бесса¬рабии и республик Прибалтики в состав СССР большое количество ранее дей¬ствовавших там легальных и полулегальных сионистских организаций ушли в глубокое подполье. При этом основной задачей «подпольщиков» оставались вербовочная работа и сбор денежных средств для переброски сионистов в Па¬лестину, чем, собственно, и занимался Эдмонд Ротшильд, являвшийся родственником Виктора Ротшильда по французской ветви. Советские спецслужбы, ко¬нечно, отслеживали связи ряда еврейских организаций с зарубежными развед¬ками. Об этом, в частности, говорится в справке 3-го управления НКГБ СССР «О состоянии оперативной работы по разработке еврейского националистического подполья» от 15 июня 1941 г. Советские власти осуществляли разгром национального движения, отсекая от него те группировки, которые с точки зрения политики СССР было признано целесообразным использовать в дальнейшем. Именно на этой базе строил свое сотрудничество с зарубежной общественностью Еврейский антифашистский комитет (ЕАК) как элемент «сталинской антифашистской политики».
Позднее новые израильские спецслужбы получили возможность привлекать к своей работе и «Джойнт» и «Сохнут», которые до того отчасти вынужденно сотрудничали с британскими и американскими разведками. Но пока не было Израиля, часть сведений сионисты получали от активистов именно благотворительных организаций, которые позже стали принимать участие в формировании военной и политической разведки и контрразведки, рекрутируя туда своих членов. Знаменательно, что после войны «Джойнт» возглавил Генри Моргентау, бывший в 1934 — 1945 годах министром финансов США. Подтверждением того, что советская разведка тоже не дремала, свидетельствуют данные о том, что в 1934 году с помощником Моргентау активно поддерживал контакт нелегальный резидент ИНО ОГПУ в США Исхак Абдуллович Ахмеров, в поле зрения которого уже тогда среди прочих объектов из числа видных экономистов и финансистов находились члены семейства Ротшильдов.
Слишком долго данные об участии СССР в решении палестинской проблемы и создании там еврейского государства оставались недоступными для историков. Причины этого не столько политические или идеологические, сколько прагматические, относящиеся до недавнего времени к категории государственной тайны. Дело в том, что до образования в 1948 году государства Израиль контакты советских руководителей с лидерами сионистского движения и других международных еврейских организаций по вопросам будущего Палестины велись через влиятельных посредников методами секретной дипломатии. И важную роль здесь играли тайные каналы спецслужб.
Накануне Второй мировой войны в конце 1938 — начале 1939 года в отместку за неудачи Англии в Палестине и провал Декларации Бальфура (1917 г.) предусматривавшей создание еврейского «национального очага» в Палестине, английская контрразведка попыталась создать сильную оппозицию лидеру Израиля Хаиму Вейцману. В недрах МИ-5 и СИС был составлен план раскола сионистов на враждующие между собой группы. Разработка этой операции была поручена Гаю Бёрджессу, получившему от СИС конкретное задание привлечь к этой акции своего друга Виктора Ротшильда, имевшего влиятельные связи на Альбионе. НКВД не имело возражений против выполнения этого задания британской разведки Бёрджессом, который сумел убедить Ротшильда в том, что сионистское движение уже не в состоянии действовать активно, а его друг Хаим Вейцман «выбился из колеи», в связи с чем истинные сионисты не должны ему более доверять. В соответствии с разработанным планом Виктор Ротшильд поделился своей тревогой с лордом Ротшильдом. В результате Вайцман был настолько дискредитирован, что Ротшильды фактически сумели создать оппозиционное сионистское движение, правда, просуществовавшее недолго. Завершив блестяще эту операцию, Бёрджесс в одном из своих отчетов для советской разведки прямо писал: «Я расшевелил Ротшильда». Хотя некоторые специалисты считают, что НКВД к этой операции не имело никакого отношения, нельзя отрицать, что в этот период действия Бёрджесса уже находились под полным контролем резидентуры советской разведки в Лондоне, а Бёрджесс уже в этот период привле¬кал Виктора Ротшильда в качестве оперативного источника советской разведки, увеличив, таким образом, состав «кембриджской пятерки» до шести человек.
Занимая видное и самостоятельное положение в британском обществе, Вик¬тор Ротшильд вел свою комбинацию в реализации идеи создания государства Израиль. Советский Союз разыгрывал «палестинскую карту» против англичан, и в этом вопросе Ротшильд «работал» с советской разведкой, являясь для нее важным источником информации. Создание еврейского государства подрывало влияние Англии в арабском мире, что отвечало также интересам и США, и СССР. Поэтому на американском направлении деятельность Москвы по укреп¬лению связей с еврейской общиной не ослабевала. Через представителей спец¬служб, типа Ротшильда, возникали бесконечные цепочки новых контактов.


Тайное общество «Апостолы»

Общество «Апостолы» было "создано в Кембридже на базе Тринити-колледжа еще в начале XIX века. Один из первых членов общества был поэт Альфред Теннисон, который назвал этот коллектив «тайным обществом взаимного восхи¬щения». В начале XX века членами этого общества были знаменитый физик Джеймс Максвелл, будущий капитан английских ВВС и кавалер «Военного креста» Британской империи разведчик Сидней Рейли, будущий премьер-ми¬нистр Роберт Уолпол и лауреат Нобелевской премии Аллен Хаджин. В 30-е годы общество превратилось в элитный клуб революционных интеллектуалов-марксистов. Лидером клуба в это время стал Энтони Блант, чья семья имела родственные связи с самыми знатными семьями Англии. Мать Бланта была двоюродной сестрой графа Стрэтмора, дочь которого вышла замуж за короля Георга VI. Таким образом, Энтони Блант являлся близким родственником ко¬ролевы Елизаветы (ныне королевы-матери) и троюродным братом правящей королевы Елизаветы II.
Традиции «Апостолов» обязывали его членов хранить тайны общества и никому не открывать своего членства в нем. Эти традиции оказались весьма на руку тем, кто относился по своим взглядам к левым. По роковому стечению обстоятельств среди них оказались гомосексуалисты и заядлые пьяницы. В этот период советская разведка, имевшая налаженные с помощью Коминтерна связи с коммунистической партией Великобритании, пристально изучала потенциальных кандидатов на вербовку, собирая на них с помощью своих информаторов в партийных ячейках, разбросанных по всей стране, «наводки» и различный «ком¬промат». При этом особое внимание Москва настоятельно рекомендовала обра¬щать на представителей молодого и политически активного поколения англи¬чан, придерживавшихся левых взглядов, которые в перспективе, после получе¬ния университетского диплома, должны были занять ведущие позиции в государственных ведомствах и различных политических партиях страны. Вполне естественно, что общество «Апостолы» очень быстро оказалось в поле зрения сотрудников лондонской резидентуры НКВД, которая уже в тот период вела дело оперативной разработки «Смена поколений», в котором накапливались материалы на «перспективную с точки зрения вербовки молодежь».
Выполняя в те годы директивы Коминтерна, компартия Великобритании направила в Кембридж одного из самых талантливых своих пропагандистов - Палма Датта. Кроме него в Кембридже с конца 20-х годов работал известный экономист Морис Добб — член исполкома английской компартии, основавший в университете «Лигу борьбы против империализма». Он не скрывал своих симпатий к Советскому Союзу, который называл моделью «общества будущего» В этот же период кафедру кристаллографии в Кембридже возглавлял марксист Дж. Д. Бернал. Эту компанию дополнял пользовавшийся большим авторитетом среди студентов и преподавателей известный философ и математик Бертран Рассел. Его жена Дора Блейк — декан одного из женских колледжей Кембриджа - была также активной сторонницей СССР и его внешней политики.
В начале 30-х годов левые настроения просто захлестнули Кембридж, и очень скоро на его территории было создано «Общество культурных связей с СССР» а также «Кембриджское кинематографическое общество», которое полностью находилось в руках левых, регулярно бесплатно показывая своим членам кинофильмы, полученные в советском торгпредстве.
Вся информация, собранная членами компартии кембриджской ячейки на кандидатов в агенты, по налаженным каналам поступала в резидентуру Иностранного отдела НКВД полпредства СССР в Лондоне и реализовывалась ее сотрудниками с применением самых изощренных приемов, рождавшихся в изобретательных умах интеллектуалов НКВД, еще не ставших жертвами «ежовщины». Блант и ряд его близких друзей были завербованы Арнольдом Дейчем в 1934 году. Дейч одновременно сумел завербовать целую группу кембриджских студентов, в то числе сына капитана первого ранга королевского ВМФ Гая Бёрджесса, сына гражданского губернатора одной из индийских провинций Гарольда Рассела Филби и одного из лучших студентов Кембриджа Джона Кернкросса. Имена многих завербованных до сих пор держатся в тайне. СВР частично рассекретила дела лишь тех, кто в той или иной степени ранее «засветился». Характерен следующий пример из опыта вербовочной работы лондонской резидентуры ОГПУ того времени. В августе 1934 года Виктор Ротшильд неожиданно получил билет на симфонический концерт, а через пару дней ему передали короткую «рекомендательную» записку от его сотоварища Кима Филби с явным намеком на инициатора предстоящего знакомства с текстом: «Дорогой Виктор, не получал ли ты недавно приглашений?». Ротшильду стало ясно, что с ним кто-то хочет встретиться, причем с подачи Филби. За несколько секунд до начала концерта в зрительном зале место рядом с ним занял высокий голубоглазый человек. Во время антракта они разговорились о музыке, незнакомец представился как Отто, на самом деле это был Теодор Малли, венгр по национальности, кадровый сотрудник иностранного отдела ОГПУ, один из лучших вербовщиков советской разведки.
Малли произвел на Ротшильда самое благоприятное впечатление, и их зна¬комство было продолжено. Вскоре после этого Виктор был привлечен к со¬трудничеству на основе идеи борьбы с фашизмом и помощи СССР — един¬ственной стране, которая была способна противостоять Гитлеру. Именно Малли порекомендовал Ротшильду порвать все контакты с коммунистической партией, тем более что в 1937 году Виктор Ротшильд уже занял место своего умершего дяди в палате лордов, став, таким образом, лордом Ротшильдом.
После отъезда руководителя нелегальной резидентуры советской разведки Дейча из Англии в 1938 году его работу по вербовке студентов Кембриджа про¬должил Энтони Блант. Вербовки, проводившиеся им, распространялись и на ино¬странных студентов, обучавшихся в Англии. Так, известно, что он завербовал сту¬дента из Канады Герберта Нормана, который в конце 40-х годов стал канадским послом в Египте. Когда его связь с советской разведкой была раскрыта канадскими спецслужбами, Норман выбросился из окна посольства. В своей предсмер¬тной записке он написал, что идет на этот шаг, чтобы «не выдать сотню людей».
Советская разведка успешно использовала в своих интересах то обстоятель¬ство, что члены общества «Апостолы» принадлежали к людям, которые в силу своих политических взглядов и сексуальных наклонностей должны были с осо¬бой тщательностью следить за сохранением тайны о своем образе жизни. Таким образом, лондонской резидентуре ОГПУ удалось сэкономить усилия, поскольку ей не потребовалось тратить время на обучение вновь завербованных интеллек¬туалов правилам особой конспирации.
Еще одним положительным с точки зрения советской разведки обстоятель¬ством было то, что связи «Апостолов» оставались крепкими на протяжении всей их последующей жизни. При этом те из них, кто не сотрудничал с иностранной разведкой, наверняка знали или подозревали, что на самом деле происходит в их окружении, но, будучи «повязанными» взаимными тайнами, не допускали в свой круг посторонних, надежно храня молчание.
Являвшийся членом элитного клуба «Апостолы» Виктор Ротшильд, нужно полагать, прекрасно знал, «кто есть кто» среди его друзей, которым он на вече¬ринках под настроение не один раз виртуозно исполнял на рояле джазовые мелодии. Его не смущало, что многие из них придерживались левых взглядов и поддерживали Советский Союз.
Ряд одаренных интеллектуалов из числа его близких друзей были завербо¬ваны разведкой Коминтерна в период, когда они учились в Кембридже. Под оперативными псевдонимами действовали Дональд Маклин («Стюарт», «Го¬мер»), Гай Бёрджесс («Медхен»), поступивший в октябре 1930 года в Тринити-колледж; а также окончивший Тринити-колледж в 1930 году Энтони Блант («Тони»), который являлся членом «Апостолов» с 1928 года. Кроме того, члена¬ми «Апостолов» были Лео Лонг («Ральф», «Элли»), Ким Филби («Сынок», «Стенли», «Том»), а также шотландец с выраженным акцентом, происходивший из рабочего класса и обладавший природным блестящим интеллектом рыжево¬лосый Джон Кернкросс («Лист»). В 30-е годы в Кембридже Джон Кернкросс вступил в коммунистическую партию, откуда, по инструкции резидентуры НКВД, вскоре вышел и устроился на работу в Форин офис.
Работа в палате лордов и основанная на заслугах Ротшильдов в истории империи дружба с Уинстоном Черчиллем создавали Виктору Ротшильду уникальную возможность заниматься для своих новых друзей-единомышленников политической разведкой.
Особенно близкие отношения у Ротшильда в этот период сложились с Энтони Блантом.
Очень близкие отношения Ротшильд поддерживал и с Гаем Бёрджессом. Мать Виктора, миссис Чарльз Ротшильд, материально поддерживала Бёрджесса в то время, когда он искал работу. Одно время она выражала недовольство рекомендациями, которые давались экспертами дома Ротшильдов с Нью-стрит в Сити относительно капиталовложений семьи. Она полагала, что они недостаточно глубоко учитывают реальную политическую обстановку. Гай Бёрджесс в ее присутствии всегда охотно высказывался по поводу актуальной политической ситуации. Как-то он посоветовал миссис Ротшильд как можно скорее продать свои акции, которые она имела в железнодорожных компаниях ряда латиноамериканских государств, поскольку последние, скорее всего, будут национализированы. Она сделала это как раз вовремя, несмотря на противоположные советы своих служащих. Миссис Ротшильд также помнила, что однажды, отдыхая в их семье во время очередных каникул, Гай Бёрджесс предсказал грядущее повышение акций военной промышленности, в связи с чем посоветовал приобрести акции компании «Роллс Ройс». Виктор Ротшильд последовал этому совету и из прибыли от этой операции подарил Гаю чек на 100 фунтов. Сопоставив два случая, миссис Ротшильд предложила выплачивать Гаю гонорар в размере 100 фунтов стерлингов ежемесячно с тем, чтобы он выступал в роли ее личного советника по капиталовложениям.
Особый интерес для советской разведки в тот период представлял еще один весьма заметный член клуба «Апостолы» — Деннис Проктор, будущий постоянный секретарь Министерства топлива и энергетики правительства Великобритании, а также близкий друг Бёрджесса, Бланта, Филби и Уотсона. Проктор разделял левые взгляды своих друзей, правда, членом коммунистической партии не являлся. Заслуживает внимания тот факт, что незадолго до того, как Бёрджесс и Маклин в 1951 году из-за разоблачения вынуждены были бежать СССР, Проктор неожиданно уволился с государственной службы, предпочтя престижной карьере работу в небольшой копенгагенской морской транспортной компании.
Еще одним влиятельным членом клуба «Апостолы» в этот период был и Эндрю Коэн, который, являясь студентом Кембриджа, был связан с существовавшим в 30-е годы в Оксфорде дискуссионным клубом «Кларендон». Этот клуб левого толка также являлся активной вербовочной базой советской разведки, у которой просто не хватало сил на организацию там работы, аналогичной той, которая велась ими в Кембридже. Впоследствии Эндрю Коэн стал дипломатом высокого ранга, но как только началось проводившееся МИ-5 расследование агентурных позиций советской разведки в Оксфорде, Коэн после сердечного приступа внезапно скончался.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Моргенштерн » 30 окт 2011 11:56

Британская контрразведка и ее «русский отдел»

Говоря о деятельности в Англии агентурной сети «кембриджцев», нельзя забывать о том, что слежка за ними находилась в сфере компетенции британской контрразведки, призванной бороться против внешнего врага в лице коммунизма и фашизма. О том, под каким «колпаком» находилась деятельность лондонской резидентуры и ее источников, можно судить по нижеследующему краткому опи¬санию истории британской контрразведывательной службы и методам ее работы.
Известно, что в начале века в Англии существовало несколько разведорганизаций в рамках различных министерств и ведомств. Одним из членов разведы¬вательного сообщества Британии всегда была национальная контрразведка, или, как ее называют, Служба безопасности (МИ-5).
В марте 1909 года, ввиду опасения тотального проникновения в страну аген¬туры германских спецслужб, премьер-министр Великобритании рекомендовал Комитету обороны Империи обратить особое внимание на эту угрозу и, соответ¬ственно, реорганизовать национальную контрразведку. После этого Комитетом обороны на основании рекомендаций премьера были подготовлены инструкции по организации контрразведывательной работы на британских военно-морских объектах. На отдел «К» Бюро секретных служб при Иностранном департамен¬те Комитета обороны Империи, которому была поручена контрразведыватель¬ная деятельность на территории Британских островов, была возложена функ¬ция удовлетворения потребностей Адмиралтейства в информации о состоянии флота Германии. В период между 1909 годом и началом Первой мировой войны отделом «К» было выявлено и нейтрализовано около 30 агентов немецких спецслужб, что составляло значительную часть всей агентурной сети разведки Гер¬мании на территории Великобритании.
После начала войны в 1914 году Бюро было переведено на военное положение и стало непосредственно подчиняться Генеральному штабу британских воору¬женных сил. С января 1916 года Бюро стало частью новообразованного Директо¬рата военной разведки (Military Intelligence — МИ), а отдел «К» Бюро секрет¬ных служб был переименован в Управление военной контрразведки с индексом МИ-5. Перед новой организацией была поставлена цель, которая была сформулирована следующим образом: «осуществление контрразведывательной деятель¬ности». Под этим, прежде всего, подразумевалась организация защиты вооружен¬ных сил и государственных учреждений от проникновения вражеской агентуры.
Позднее британское законодательство уже в период Первой мировой войны 1914 — 1918 годов существенно расширило полномочия МИ-5. После проведен¬ной реструктуризации бывший отдел «К» стал отвечать не только за проведе¬ние контрразведывательной и разведывательной деятельности на военно-морс¬ком флоте, но и за осуществление контрразведывательной работы по всей терри¬тории Британской империи, в том числе за обеспечение контрразведывателыюго обслуживания военно-промышленных объектов. Кроме того, МИ-5 было пору¬чено непосредственное участие в разработке координационных мер политики правительства в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства. В результате к концу войны контрразведкой было арестовано 35 агентов спецслужб Германии. Число сотрудников МИ-5 в этот период составляло 800 человек.
После прихода к власти в Германии Адольфа Гитлера в 1933 году все силы контрразведки Великобритании были обращены в сторону угроз, исходящих от немецкого фашизма.
В этот период за разработку левых и правых экстремистских группировок в британской контрразведке отвечал отдел «Ф-7». Известно, что еще в 30-е годы отдел проявлял интерес к зарождавшимся в стране фашистским организациям, успешно внедряя во все звенья их структур своих агентов. При этом немало сделал в сфере борьбы с местными фашистскими организациями первый руководитель отдела генерал сэр Вернон Келл. Это он на третий день вторжения Германии в Бельгию (13 мая 1940 г.) отдал распоряжение заточить в тюрьму лидера Британского союза фашистов Освальда Мосли, несмотря на то, что Мосли призывал своих чернорубашечников оставаться верными родине, то есть Англии. По приказу Черчилля в тюрьму была отправлена и жена Освальда Мосли — леди Диана Мосли с двумя малолетними детьми: старшему исполнилось всего полтора года, а младшему не было и трех месяцев. Вся семья находилась в тюрьме более трех лет.
К моменту начала Второй мировой войны Служба безопасности все-таки оказалась плохо подготовленной к решению стоящих перед ней в новых условиях задач, и в этой связи испытывала значительные трудности. Кроме того, в сентябре 1940 года в результате бомбежки была уничтожена значительная часть архива МИ-5.
В начале 1941 года первым Генеральным директором МИ-5 был назначен сэр Дэвид Петри, которому правительство предоставило все необходимые материальные и людские ресурсы для того, чтобы создать солидную и эффективную организацию, способную решать задачи по обеспечению безопасности Империи. Англичанам было хорошо известно, что германская разведка на территории Великобритании имела свою агентуру даже в парламентских кругах государства. При этом германская разведка постоянно «стимулировала» ее работу, заставляя добывать «более значимую информацию». Делалось это, в частности методом запугивания разоблачением шпионской деятельности конкретных агентов. В целях введения в заблуждение англичан немцы практиковали засылку наряду с действительными квалифицированными шпионами и так называемых «подставных», намеренно выводя их в поле зрения британской контрразведки. Это приводило к тому, что такие «подставы» брались английской контрразведкой под контроль, после чего МИ-5 начинала считать, что держит в своих руках основные нити германской агентурной сети. Предполагалось, что отвлечение сил контрразведки противника на негодные объекты будет сковывать силы МИ-5, а в это время ценные источники немцев получат возможность действовать по¬чти беспрепятственно. Этот метод до настоящего времени успешно использует¬ся разведками всего мира, что неизменно ставит в весьма затруднительное положение контрразведку.
Вполне естественно, что британские спецслужбы стремились держать «под колпаком» деятельность резидентур германских спецслужб за счет собственной вербовочной работы. Немало агентов в этот период завербовала и британс¬кая контрразведка, в том числе и на территории противника. Известен случай, когда МИ-5 получила сигнал о том, что один английский чиновник всеми сред¬ствами добивается перехода на службу в английское посольство в Швейцарии. Установленное за ним наблюдение позволило английской контрразведке выяс¬нить, что он живет не по средствам. Более пристальное изучение показало, что он связан с германской разведкой. После того как, по предложению английской контрразведки, ему дали место, которого он добивался, было установлено, что все документы (предварительно сфальсифицированные англичанами), прохо¬дившие через его руки, стали регулярно попадать в руки немецкой разведки. После разоблачения он был перевербован МИ-5 и направлен в Германию с заданием работать на англичан.
А тем временем германские спецслужбы (в основном Абвер) энергично зани¬мались вербовкой агентуры на территории Великобритании и заброской пара¬шютно-десантных групп.
Нужно сказать, что в этот период в процессе противоборства МИ-5 с герман¬ской разведкой и англичане довольно успешно использовали метод подставы противнику агентов-двойников. Управлял сетью подстав специально создан¬ный в этой связи Комитет двойного креста (Комитет XX, или «Дабл Кросс»), известный профессионалам под названием «Двадцатка». Действующему четко и эффективно Комитету удалось установить тайный контроль над большин¬ством агентурных сетей германской разведки на территории Великобритании. Общение с плененными диверсантами происходило в обстановке строжайшей тайны. Их ставили перед простым выбором: работай на нас или умри. Восем¬надцать человек из общего числа захваченных шпионов (16 в Великобритании и 2 испанца в Гибралтаре) были казнены. 15 человек повешены. 43-летний Йозеф Якобс (псевдоним «Джордж Раймер») во время неудачного приземле¬ния с парашютом сломал ногу и не смог самостоятельно взойти на эшафот. Его привязали к стулу во дворе лондонского Тауэра и расстреляли. Одного шпиона сначала оправдали, но потом вновь арестовали, и до конца войны посадили за решетку по обвинению в нарушении Закона о государственной тайне. Насколь¬ко известно, лишь одному шпиону удалось добраться до Соединенного Коро¬левства в годы Второй мировой войны и избежать ареста (Я. В. Тер-Браак).
В ходе этой операции МИ-5 подставила немцам группу собственных агентов в качестве источников информации, работающих на Германию. Немцев удалось ввести в заблуждение. Они полагали, что в стане врага у них успешно работает надежная агентура, которая на самом деле действовала под полным контролем МИ-5, не вызывая у немцев какого-либо подозрения. В результате деятельнос¬ти «Двадцатки» (Комитет XX) англичанам удалось перевербовать агента Абвера югослава Душко Попова, который перешел на сторону англичан вместе с находившимися у него на связи тремя агентами. Все они до конца войны успеш¬но работали на МИ-5, дезинформируя Абвер.
Таким образом воссозданной во время Второй мировой войны МИ-5 удалось фактически лишить немцев всех агентурных источников, что подтвердилось после того, как в 1945 году были вскрыты и изучены архивы немецких спецслужб.
Из архивных материалов стали известны данные о том, что все 200 агентов немецкой разведки, действовавших на территории Великобритании, были успешно разоблачены и арестованы. Архивными материалами также подтверждалось, что многие из них были перевербованы МИ-5 и стали работать как двойные агенты, снабжая разведку Германии дезинформацией стратегического значения.


Тайные переговоры англичан с фашистской Германией

В июле 1939 года начальник секции «Д» английской разведки Лоуренс Гранд, ссылаясь на члена военной делегации Англии на переговорах в Москве генерал-майора Хэйворда, доложил руководству МИ-6 о том, что «мощь Красной Армии расценивается низко», а посему «нет особой нужды заключать соглашение с Советским Союзом, и переговоры с ним должны быть затянуты до ноября, а затем прерваны». Это способствовало принятию английской стороной решения о целесообразности организовать тайные переговоры с Германией с целью не допустить нападения на Польшу. После интенсивной переписки в качестве места встречи был избран германский остров Зильт близ границы с Данией. 7 августа семь британских бизнесменов по отдельности и разными маршрутами прибыли на остров. Лорд Аберконвей, единственный оставшийся в живых участник встречи семи промышленников с «правой рукой» Гитлера Германом Герингом, спустя 60 лет рассказал следующее. Глава Форин офиса лорд Галифакс предпочел официально ничего не знать об этой миссии. Гитлер же согласился послать своих представителей только при жестком условии неразглашения факта переговоров.
По словам лорда Аберконвея, переговоры длились несколько дней. Центральное место на них занимала проблема Польши. Британская сторона был готова на многое, чтобы не допустить оккупации или, по крайней мере, кровопролития в этой стране. В обмен Лондон обещал помочь финансовому и промышленному расцвету Германии и урегулировать вопрос с Данцигом, возвращения которого вопреки условиям Версальского мирного договора требовал Берлин. В этот период Бёрджесс сообщил в Москву, что его источник информации Виктор Ротшильд имел тайные «зондажные» контакты с рядом британских руководителей, наводивших мосты с видными деятелями фашистской Германии. От Бёрджесса стало известно, что на переговорах с немцами речь шла и новой встрече в верхах между главами Германии, Италии, Франции и Великобритании, и, возможно, о пересмотре некоторых условий Мюнхенского соглашения 1938 года. Однако дискуссии, которые первоначально проходили в откровенной и дружественной атмосфере, тем не менее, застопорились, когда в позициях сторон обнаружились серьезные противоречия. Британские специалисты, настаивавшие на двусторонней встрече между Гитлером и Чемберленом, не могли идти на дальнейшие уступки, так как не были уполномочены давать гарантии от лица Лондона. Геринг, в свою очередь, пытался добиться четырех¬сторонней встречи в верхах и удовлетворения территориальных требований. В целях оказания давления немецкая сторона угрожала публично обвинить кабинет тори в «нежелании воспользоваться последним шансом сохранить мир в Европе». Спустя несколько недель после возвращения домой, делегаты поня¬ли, что потерпели полный провал, а Гитлер и не думал заключать пакт о ненападении с Европой.

Военный призыв в контрразведку

В самом начале войны Виктор Ротшильд после мобилизации некоторое время проходил военную службу в Лондоне в секретной лаборатории в Портон-Дауне, где разрабатывалось химическое и биологическое оружие. Уже с конца 30-х го¬дов в ряде промышленно развитых стран мира начались исследования пробле¬мы практического использования атомной энергии. Во Франции, Англии, США и Германии эти исследования были направлены на изыскание способов созда¬ния атомного оружия. С мая 1941 года аналогичными исследованиями заня¬лись и в Японии. В силу разных причин в середине Второй мировой войны в числе активных разработчиков проблемы остались только США и Германия.
Из секретной лаборатории в Портон-Дауне Ротшильд вскоре был переведен на работу в центральный аппарат английской контрразведки, где успел побы¬вать на нескольких участках оперативной деятельности и, в частности, в отделе экономического контршпионажа.
В период войны все друзья Ротшильда были мобилизованы, как и он сам, ког¬да начал работать в Директорате «К» МИ-5. Так называлось Управление кон¬трразведки, на которое в ряде источников ссылаются как на структуру, имевшую индекс «Д». Это подразделение было создано при генеральном директоре МИ-5, который назначил его руководителями Мартина Фернивал-Джонса и Артура Мартина. Директорат занимался собственно контрразведкой, осуществляя работу по выявлению, предупреждению и пресечению деятельности иностранных разведок на территории Великобритании. В состав Директората входило несколько отделов.
Отдел «К-1», в котором работали два друга Блант и Ротшильд, осуществлял слежку за иностранными посольствами в столице Великобритании. За подозре¬ваемыми иностранцами Директорат вел наружное наблюдение, осуществляемое силами Скотланд-Ярда. Основной задачей отдела было выявление личного со¬става резидентур иностранных спецслужб и их агентуры с целью последующей перевербовки последних, их ареста или выдворения.
В 1940 году МИ-5 возглавлял Гай Лиделл, и именно по его протекции Энто¬ни Блант был переведен в отдел «К-1», что позволило советской разведке полу¬чить доступ к секретным документам, которые английская контрразведка добы¬вала в иностранных посольствах, а также к информации, которая поступала в МИ-5 от ценной агентуры, внедренной в германские спецслужбы. Кроме этого, через Бланта советская разведка знакомилась с материалами британской де¬шифровальной службы в Блетчли-парке, которая за время войны перехватила и расшифровала свыше 15 тыс. немецких шифровок. От Бланта поступали све¬дения о кадровом составе МИ-5, британской агентуре в других странах, а также материалы наблюдения за деятельностью советских разведчиков в Лондоне.
В конце 1940 года Ротшильду предложили возглавить подразделение по борьбе с германскими диверсантами, известное как отдел «Ф-3» (или, по другим источникам, отдел «G»). Эта структура контрразведки была уполномочена проводить как самостоятельные операции на территории Великобритании, так и участвовать в совместных с соответствующими подразделениями МИ-6 и САС операциях на территории стран, где размещались подразделения британских вооруженных сил (Германия, Гибралтар, Мальта). Следует подчеркнуть, что этот отдел МИ-5 всегда играл одну из ведущих ролей в организации эффективной борьбы с международным терроризмом.
Особой заслугой Бланта считается добытая им в 1943 — 1944 годах не без помощи Ротшильда информация о содержании сепаратных переговоров Англии и США с Германией.

Квартира на Бентинк-стрит

В период эвакуации Британского экспедиционного корпуса из Дюнкерка Виктор Ротшильд проживал в центре Лондона в квартире, которую снимал на Бентинк-стрит, что недалеко от Оксфорд-стрит и Харлей-стрит. В сентябре 1940 года Виктор Ротшильд и его беременная жена, боясь стать жертвами немецких бомбардировок, решили выехать в провинцию, а свой дом сдать старым друзьям по Кембриджу Бёрджессу и Бланту, которых они время от времени посещали, чтобы отобедать вместе с ними в домашних условиях и обменяться последними новостями.
Сотрудник МИ-5 Кеннет Янгер рассказывал, что эта квартира в разведывательных кругах была предметом постоянных насмешек. Дело в том, что на квартиру ее жильцы постоянно приносили подборки с документами британских спецслужб. При этом регулярными посетителями квартиры были представители «нетрадиционных сексуальных отношений» и лица, «склонные к алкоголизму». Бёрджесс сочетал в себе оба порока, если не считать того, что он слыл «отъявленным марксистом». Хорошо известный и престижный «дом Ротшильдов» посещали по старой привычке многие известные жители Лондона. В их числе были министры, крупные чиновники, а также видные военные и высоко¬поставленные деятели разведки. Позднее английский писатель Джон Костелло в одной из своих книг написал по этому поводу: «Главный штаб НКВД мог поздравить себя с большим достижением». Действительно, похоже, что кварти¬ра на Бентинк-стрит была тем местом, где происходила информационная подпитка лондонской резидентуры внешней разведки.
Именно здесь Ротшильд познакомил своего друга Бланта с Гаем Лиделлом, который тогда являлся директором Управления «Д» (собственно контрразведка) МИ-5 и был постоянным посетителем квартиры на Бентинк-стрит, как, впрочем, и целый ряд коллег, в числе которых были Дезмонд Весей и Тереза (Тесс) Майер, будущая вторая жена Ротшильда и его помощница по работе в отделе «Ф-3».
Пользуясь своими связями с руководством МИ-5, Ротшильд сумел убедить Лиделла принять на работу в МИ-5 своего друга Энтони Бланта, за которого он поручился. Несмотря на возражения кадровиков контрразведки, Лиделл сумел все-таки добиться того, что через пару месяцев Блант был принят на работу в подразделение по слежке за дипломатами нейтральных стран в Лондоне. Именно в этот период через Дика Уайта с Ротшильдом познакомился и Питер Райт, помощник директора МИ-5 и будущий автор нашумевших и запрещенных бри¬танскими властями мемуаров «Охотник за шпионами».
По словам Райта, Ротшильд в этот период очень любил обсуждать циркули¬ровавшие в кулуарах британских спецслужб профессиональные сплетни и ин¬триги, в которые были замешаны многочисленные общие знакомые разведчики и контрразведчики. В подобного рода беседах Ротшильд и Райт проводили время до поздней ночи.
Кроме того, по роду работы Ротшильд имел постоянные контакты в Форин офисе, а также в английской разведке и в дешифровальной службе страны. При этом он довольно часто встречался с руководителями национальных спецслужб и лично с Черчиллем. Было время, когда благодаря близости к Черчиллю он отвечал за проверку пищи, которую подавали премьер-министру, поскольку была получена информация о том, что немцы попытаются его отравить.
Следует признать, что проживание в одной квартире на Бентинк-стрит груп¬пы ценных агентов советской разведки было несомненным нарушением основ¬ных правил конспирации и ортодоксальных традиций НКВД. Малейшее подо¬зрение, возникшее в отношении любого из них, естественно, могло привлечь вни¬мание британской контрразведки ко всем посетителям этой «странной квартиры». Резидент ИНО НКВД в Лондоне Анатолий Борисович Горский, у которого находилась на связи эта агентурная группа, пытался уговорить Бланта выехать на другую квартиру, но проявил достаточно сообразительности и не стал наста¬ивать, когда тот отказался.
По утверждению ряда публичных критиков британских спецслужб, система внутренней безопасности в МИ-5 и МИ-6 в конце 30-х годов и особенно в после¬военный период действовала из рук вон плохо. Гомосексуализм среди некоторых сотрудников делал их удобными мишенями для шантажа иностранными развед¬чиками. Бёрджесс и Маклин, кроме того, «славились» своим пьянством. Филби также время от времени злоупотреблял алкоголем. Близкая к высшим кругам британских государственных чиновников Ребекка Вест писала в этой связи: «...мы были бы избавлены от множества проблем, если бы поменьше трясли на людях своим бельем и уволили бы со службы нескольких горьких пьяниц».

Гибель Сикорского

Летом 1943 года премьер-министром польского правительства в эмиграции стал Станислав Миколайчик, лидер Польской крестьянской партии. Произошло это после того, как 4 июля 1943 г. в авиационной катастрофе погиб прежний глава польского правительства 62-летний генерал Владислав Эугениуш Сикорский. Следует напомнить, что в апреле 1943 года на фоне «Катынского дела» со¬ветское правительство разорвало дипотношения с Республикой Польша. Перед лицом угрозы слева лондонский лагерь консолидировался и занял резко анти¬советскую позицию. Во многом консолидации способствовала гибель самого Сикорского. Он погиб при загадочных обстоятельствах. Был распространен слух, что это является делом рук польской и британской разведки. Однако известный английский писатель Филипп Найтли в одной из своих книг рассказывает об одном подозрительном совпадении. Найтли намекает на то, что Сикорский, чье убийство некоторые историки настойчиво приписывают английской разведке, действовавшей по прямому указанию Черчилля, поднялся в воздух 4 июля 1943 г. с одного из аэродромов в Гибралтаре. В этот период ответственным за операции внешней контрразведки МИ-6 на Иберийском полуострове был ценный агент советской разведки Филби. Таким образом, Найтли, по всем правилам ведения «психологической войны», пытался «бросить тень» на пользовавшегося большой популярностью у противников Короны наиболее яркого представителя «кембриджской пятерки».

Ротшильд в Париже

Обращает на себя внимание систематическое использование Ротшильдом мест своего проживания в служебных целях. Так, после освобождения в августе 1944 года Парижа Ротшильд расквартировал свое антисаботажное подразделение в собственном особняке, где до этого жил командующий люфтваффе во Франции, но вскоре перевел его в другое место, опасаясь возможных разрушений во время работы с взрывчаткой. Освоив оперативный участок новой работы, Ротшильд весьма быстро стал экспертом номер один по немецким взрывным устройствам, которые германские спецагенты очень ловко камуфлировали, и не раз рисковал жизнью при их обезвреживании. За успешную работу в этом отделе Ротшильд был награжден медалью Георга.
Временами в его особняке останавливались Блант, Бёрджесс и Филби, что лишний раз доказывает: эти люди меньше всего считали себя агентами, связанными конспирацией, а были соратниками по борьбе с фашизмом и делали ставку на Советский Союз как на главную силу в борьбе с Гитлером.
Кроме всего прочего в Париже Ротшильду в интересах работы его подразделения поручали допрашивать важных немецких пленных, включая Отто Скорцени, шефа отряда коммандос, которому удалось вывезти из Италии арестованного Бенито Муссолини.
Каких-либо подозрений в отношении Ротшильда у спецслужб союзников ни разу не возникло. Репутация у Ротшильда была отменная — Гитлер часто упоминал в своих речах богатейшую династию Ротшильдов как «воплощение мирового еврейства» и об этом прекрасно знали в армии союзников. Знали также, что спуску фашистам Ротшильд не даст.

Судьба Ротшильда после окончания войны

Когда Бёрджесс и Маклин бежали из Англии в СССР, зародившиеся было подозрения в отношении Ротшильда постепенно исчезли, а вот Блант еще долго был в числе подозреваемых.
В начале 50-х годов агентурные позиции лондонской резидентурой КГБ были в значительной степени утрачены, главным образом из-за начала расследования по делу Бланта и Кернкросса, которое было вызвано «экстренной эвакуацией» Бёрджесса и Маклина, а также из-за тени, которая в результате этого была брошена на Филби.
Ротшильд в этот период оказался единственным незапятнанным человеком из числа связей резидентуры, кто имел доступ к ценной политической информа¬ции, так необходимой Москве.
Правда, ситуация осложнялась тем, что в этот период Ротшильд был вынуж¬ден несколько отойти от активной политической жизни. Дело в том, что у него не сложились отношения с премьер-министром Гарольдом Вильсоном.
После войны, получив несколько наград от англичан и американцев, Виктор Ротшильд уволился из контрразведки и вновь вплотную занялся научными изысканиями в Кембридже. С 1946 по 1958 год он являлся исполнительным директором британской авиакомпании БОАК и еще нескольких компаний, про¬должая работать в Палате лордов. В этот период доступ к информации об авиации делал Ротшильда объектом повышенной заинтересованности лондон¬ской резидентуры.
С 1961 года Ротшильд, имевший давние семейные связи с нефтяным бизне¬сом, переходит на работу в системе компании «Шелл», где в период с 1961 по 1963 год он занимал пост вице-председателя исследовательской компании «Шелл», а с 1965 по 1970 год являлся координатором исследований отделения компании «Шелл» в Нью-Йорке и директором исследований «Шелл».
Свои связи с научными кругами в Кембридже Ротшильд сохранял до конца своей жизни. В 1966 году он принимает участие в научной деятельности Кемб¬риджского университета, а также университетов в Лондоне, Манчестере, Хайфе, Тель-Авиве и Иерусалиме. В Кембридже, кстати, у Ротшильда была летняя резиденция, в которой он часто принимал своих друзей.
Не порывая с контрразведкой, Виктор Ротшильд планировал использовать в интересах МИ-5 более 30 лабораторий компании «Шелл», которые он кури¬ровал. Одной из его идей была разработка специального устройства, защищаю¬щего оборудование, помещенного на продолжительное время под землей. В ре¬зультате эта идея нашла свое воплощение, и ей активно пользовались как аген¬тура МИ-6, так и сотрудники МИ-5. Еще одной идеей Ротшильда было создание технических условий, позволяющих контролировать каналы агентурной связи разведки. Он справедливо считал, что единственным действительно уязвимым звеном в деятельности агентуры спецслужб противника является связь. Агент вынужден отсылать в Центр и получать из Центра оперативную информа¬цию. При этом контрразведка нуждается в новых технологиях, вскрывающих физические методы связи типа тайнопись, микроточки и тайниковые контейне¬ры. Финансирование этой идеи было обеспечено Ротшильдом, который помог получить деньги для разработки этого проекта от своего друга сэра Вильяма Кука, являвшегося в тот период заместителем руководителя Института иссле¬дований в области атомного оружия. Кук предоставил в распоряжение МИ-5 сроком на два года около 30 сотрудников с полным финансированием их работы. Результаты рабочей группы намного превзошли успехи в этой области, достигнутые в США.
Известно, что в британской контрразведке Виктор Ротшильд имел репутацию одаренного и инициативного сотрудника спецслужбы. Его новаторские идеи всегда пользовались успехом. Он, в частности, разработал концепцию научной модернизации МИ-5 и регулярно обсуждал имевшиеся у него конкретные предложения с помощником директора МИ-5 Питером Райтом. В Цен считали, что, проявляя активность в МИ-5, Ротшильд таким образом успел подстраховывает свою легенду, отводя от себя подозрения, которые могли возникать в связи с разоблачением его друзей, сотрудничавших с КГБ.
Пристально наблюдая за судьбой Ротшильда, лондонская резидентура КГБ фиксировала постоянный рост его разведывательных возможностей. Связи и источники информации Ротшильда в среде политиков, руководящих сотрудников разведки, среди государственных служащих, банкиров и ученых, как в самой Великобритании, так и за ее пределами, считались уникальными. При этом он умел использовать их как в своих личных интересах, так и в интересах своих многочисленных друзей.
В октябре 1956 года при участии Ротшильда на вилле в Севре около Парижа была организована тайная встреча высших дипломатических и военных представителей Великобритании и Франции с делегацией высшего руководства Израиля, в составе которой были Давид Бен-Гурион, Моше Даян и Шимон Перес. Участники встречи пришли к соглашению: Израиль в ответ на угрозы и военное давление Египта нанесет военный удар по практически ненаселенному Синайскому полуострову в направлении Суэцкого канала, после чего Британия и Франция выдвинут ультиматум, требуя защиты канала, а затем, если борьба продолжится, вторгнутся в зону канала для защиты международного водного пути.
Виктор Ротшильд в 60 — 70 годы регулярно посещал советское посольстве, где его неизменно принимали высокопоставленные дипломаты. При этом он постоянно находился в таком положении, когда невозможно оставаться вне поля зрения британской контрразведки. Понимая это, как бывший сотрудник МИ-5 он, естественно, принимал все возможные меры для того, чтобы его собственная репутация была вне подозрений. И следует признать, что, имея в числе своих ближайших связей большинство руководителей британских спецслужб, Ротшильду не составляло труда с успехом справляться с этой наисложнейшей задачей.
Благодаря своим связям Виктор Ротшильд с 1971 по 1974 год занимал в аппарате кабинета министров Великобритании должность Генерального директора и первого заместителя секретаря комитета по централизованному контролю государственной политики. Доступ к такого рода информации, несомненно, являвшейся сферой заинтересованности лондонской резидентуры КГБ, имели немногие агенты, находившиеся в тот период у нее на связи, и трудно себе представить, что советская разведка не пыталась продолжать работать с Ротшильдом как с источником информации на доверительной основе с использова¬нием его «апостольских» друзей.

Премьер-министр – объект слежки британской контрразведки

В период с 1965 по 1970 год Ротшильд несколько теряет свои позиции во влия¬тельных правительственных кругах Великобритании. Он не захотел или не су¬мел наладить деловые отношения с премьер-министром Гарольдом Вильсоном, которого откровенно не уважал, и поэтому в этот период его роль в общественной жизни Англии была на некоторое время утрачена. Правда, он предусмотрительно сохранил налаженные контакты с МИ-5 и МИ-6, используя для этого свои нала¬женные на базе нефтяного бизнеса связи с шахом Ирана. Известно, что в эти годы Ротшильд представлял интересы теневого кабинета Эдварда Хита.
Следует напомнить, что секретный архив контрразведки вели друзья Ротшиль¬да из отдела «К-5» центрального аппарата МИ-5. В конце 60-х годов во време¬на премьер-министра Вильсона руководителем отдела был Хэрри Уортон. Этот отдел имел тесные контакты с МИ-6 и вел дела на агентуру, завербованную из числа граждан так называемых социалистических стран советской ориентации. Известно, что секретный архив отдела «Д-5», к которому имел доступ крайне ограниченный круг сотрудников британских спецслужб, размещался на четвертом этаже здания, расположенного на пересечении улиц Euston Road и Gower Street. Именно здесь хранились материалы оперативных мероприятий по наблюдению за профсоюзными и политическими деятелями, включая Вильсона. Контрразвед¬кой отслеживалась связь оппозиции с КГБ, в том числе и контакты самого Виль¬сона в период его принадлежности к оппозиции. Эта работа велась тем самым отделом «К-1», где в свое время работали Ротшильд, Блант и Бёрджесс.
Одним из руководителей подразделения британской контрразведки, органи¬зовавшего слежку за Гарольдом Вильсоном в его бытность премьер-министром Великобритании в середине 70-х годов, был тот самый Питер Райт, находив¬шийся в близких отношениях с Ротшильдом. При этом руководители МИ-5 исходили из того, что глава лейбористского правительства и члены его команды «являются коммунистами или даже советскими агентами влияния». Прораба¬тывая эту версию, руководители МИ-5 неоднократно давали санкции на неглас¬ный обыск служебных помещений премьер-министра и установку там различ¬ных подслушивающих устройств.
Роль в этом деле Ротшильда, который руководителями британской контрраз¬ведки считался «асом оперативных комбинаций», не доказана, но его заинтере¬сованность в успехе этой операции была прямой.
В опубликованной в Лондоне в 1988 году книге Дэвида Ли «Заговор против Вильсона» автор подробно описал обстоятельства вмешательства МИ-5 в выс¬шие сферы политической жизни Великобритании. Он рассказал о фактах уста¬новления контрразведкой наблюдения за бывшим премьер-министром Гароль¬дом Вильсоном. Удивительно, что это произошло несмотря на то, что последний являлся прямым руководителем МИ-5. Опасаясь быть пойманными за руку при сборе данных против своего же правительства, МИ-5 при проведении наи¬более рискованных операций обращалась за помощью к ЦРУ. Последние не отказывались от участия в сборе информации, оправдывающей детальное расследование британской контрразведкой деятельности Гарольда Вильсона и членов парламента - лейбористов и сторонников Лейбористской партии.
Опасения британских спецслужб по поводу политики Вильсона заключались в следующем:
- лейбористская партия, придя к власти, могла сократить военные расходы и расходы на разведслужбы;
- Вильсон был слишком близок к некоторым восточноевропейским деятелям;
- вызывала тревогу возможная политика лейбористов в отношении Родезии и ЮАР;
- лейбористы могли оттолкнуть ЦРУ и АНБ, от которых британские службы в значительной степени зависели по части технических знаний и опыта, а также в области финансов.
В конце 1986 года бывший офицер МИ-5 П. Райт после затяжного конфликта с цензурой опубликовал свои мемуары. Дело в том, что Райт был одним из руководителей подразделения, организовавшего слежку за Гарольдом Вильсоном в середине 70-х годов. В разработке премьера участвовало до 30 сотрудников МИ-5, которые организовывали проникновение в помещения Вильсона и его ближайших сотрудников с целью поиска «компромата».
В преддверии предстоящих выборов официальный Лондон испугался, что в случае огласки материалов и, как следствие, судебного разбирательства, «английского Уотергейта» не избежать. В результате, под предлогом необходимости обеспечения режима секретности деятельности МИ-5, публикация мемуаров Райта была запрещена. Бывший лейбористский министр внутренних дел официально заявил, что ему ничего не было известно по этому вопросу. После этого готовый разгореться крупный политический скандал был похоронен в недрах британского парламента.
Мемуары Райта вышли в свет в США в 1987 году тиражом 10 тыс. экземпляров. В дальнейшем книга не переиздавалась и широкая общественность не была с ней ознакомлена, хотя отдельные фрагменты книги неоднократно зачитывались на митингах в лондонском Гайд-парке.
Не забывавший своих друзей, Виктор Ротшильд пытался устроить попавшего в бедственное положение гонимого Питера Райта на работу к Натаниэлю Меиру Ротшильду. Когда Райт принял решение покинуть Англию, Ротшильд был последним, кто напутствовал Питера Райта перед его отъездом в Австралию. Последний запомнил сакраментальную фразу Виктора: «Твоя проблема, Питер, в том, что ты знаешь слишком много секретов». Ротшильду хорошо была известна цена секретов.
В 1988 году Верховный суд Великобритании единогласно подтвердил решение апелляционного суда о том, что газеты «Гардиан», «Обсервер» и «Санди таймс» могут начать публикацию отрывков из книги бывшего сотрудника английской разведки П. Райта «Охотник за шпионами». Это решение означало поражение правительства Тэтчер, которое пыталось запретить публикацию. Полностью книга Райта была опубликована в 40 странах.
После того как Вильсон покинул резиденцию на Даунинг-стрит, 10, он продолжал регулярно посещать посольство СССР в Лондоне, но только в качестве главы теневого кабинета. При этом его нелюбовь к Ротшильду проявлялась неоднократно и была весьма показательной. После избрания премьером эти контакты с советским полпредством, как тогда любили говорить, у него оборва¬лись, поскольку они теперь мешали карьере и репутации. Однако противники Виль¬сона умело сыграли на его прежних контактах с послом СССР, обвинив пре¬мьер-министра в принадлежности к агентуре КГБ. Злые языки говорили, что это была ответная комбинация Ротшильда.
После бегства в СССР в 1951 году провалившихся Маклина и Бёрджесса Ротшильд стал медленно отходить от связи с советской разведкой, опасаясь разоблачения. О его дружбе со сбежавшими дипломатами было хорошо извес¬тно, не раз на него намекали журналисты, искавшие пятого, однако всякий раз он угрожал судом всем, кто без всяких оснований спекулировал на этой теме. Впрочем, в суд он ни разу не подавал, хотя поводы для этого были. В результате Виктор Ротшильд также стал жертвой обвинений, хотя и не прямых. Его пре¬следовали различными намеками вплоть до смерти в 1990 году, но в истеблиш¬менте доверие к нему не подвергалось сомнению.
Английские исследователи считают, что после бегства Маклина, Бёрджесса и Филби, а особенно разоблачения Бланта, все усилия Ротшильда были направле¬ны на то, чтобы «отмыться» от своего прошлого и предотвратить всякие попыт¬ки представить его советским шпионом. Это было бы слишком, что кроме потом¬ственных аристократов с советской разведкой сотрудничали еще и евреи-банки¬ры. Такое разоблачение могло бы стимулировать в стране антисемитские настроения, что было крайне нежелательным. Все понимали всю непредсказуе¬мость развития такого скандала.
Пока то разгоралась, то тлела шпионская шумиха, Ротшильд, человек незау¬рядного ума и мужества и к тому же располагавший богатым наследством, имел возможность коллекционировать старинные рукописи и картины, написать не¬сколько книг и монографий.

Кто вы, агент «Меллон»?

В ряде западных публикаций о деятельности «кембриджской пятерки» мелька¬ет имя агента «Меллон», идентифицировать которого никто пока не отважился. Известно, что в августе 1945 года глава английского Департамента индуст¬риальных и научных исследований профессор, член британского национального комитета радиотелеграфа, президент Международного научного радиосоюза, а с 1939 года еще и секретарь Департамента индустриальных и научных и исследо¬ваний Великобритании Эдуард Виктор Эйплтон, беседуя в присутствии «Меллона» с начальником его конторы, сообщил, что первая атомная бомба была сделана из элемента-49, а вторая — из урана-235. Американцы имели обыкнове¬ние кодировать названия химических элементов путем написания последних цифр атомного номера и атомного веса. Поэтому указанная цифровая величина 49 являлась условным обозначением элемента с атомным номером 94, то есть плутония. «Меллон» в августе 1945 года сообщил резидентуре НКГБ в Лондоне содержание телеграммы турецкого посла в Москве в свой МИД от 10 августа:
«На советское правительство произвело сильное впечатление военное применение атомной энергии, но оно намеренно скрывает это впечатление. В Советском Союзе также ведутся работы в направлении использования атомной энергии, и в них принимают участие академики Петр Капица и Абрам Иоффе (напомним, что Ротшильд был лично знаком с Капицей. — Авт.). Английское посольство в Москве проявляет интерес к состоянию советских работ в области использования атомной энергии».
Были опубликованы также данные о том, что в апреле 1945 года подразделение «Меллона» посетил сотрудник 2-го управления СИС капитан ВВС Барроус, который сообщил, что во изменение прежних распоряжений было разрешено начать работу против СССР, но не непосредственно, а с территории пограничных стран, и использовать для этого всевозможные каналы. В июле сего года «Меллон» лично ознакомился с меморандумом директора СИС генерала Мензиса, в котором говорилось, что в соответствии с требованиями военного министерства на ближайший период должна быть развернута работа против СССР и была проведена следующая классификация стран, могущих быть использованными как база для ведения разведработы против СССР: пограничные и другие страны, имеющие контакты с СССР.
Кроме этого, в подразделении «Меллона» было известно, что налаживается сотрудничество английских и французских разведок для работы против других стран, включая СССР, и что в Париже была создана объединенная организация под названием «Англо-французское бюро связи». Начальник французского отделения СИС лично выезжал в Париж для налаживания организационного оформления указанного бюро. Ротшильд в этот период часто бывал в Париже.
По данным «Меллона», техническая разведка англичан против СССР в этот период подлежала усилению, в связи с чем его подразделение приступило к составлению картотеки на советских ученых и научно-исследовательские организации по материалам официальных советских научных, технических и других публикаций. Одним из источников разведывательной информации о научных достижениях СССР должно было стать парижское бюро связи, в котором должен был постоянно работать представитель подразделения «Меллона». Предполагалось, что с французской стороны технической разведкой должен был руководить профессор Рока, занимавший пост редактора научно-исследовательского отдела французского адмиралтейства и являющийся английским агентом в 1942-1943 годах.
Некоторые аналитики пытались связывать псевдоним «Меллон» с именем Виктора Ротшильда, который неоднократно выезжал в Париж и разбирался в «атомных секретах», но к окончательному выводу никто так и не пришел.
Профессор Олифант, работавший в Бирмингемском университете над магнетроном, необходимым для радара, утверждает, что в 1942 году в лабораторию прибыл с инспекционной поездкой Виктор Ротшильд, который попросту положил себе в карман магнетрон диаметром три дюйма и увез из Бирмингема. Олифант в это время на несколько минут выходил из комнаты. Прибор Ротшильд вернул через день специальным курьером с письмом: «Дорогой Олифант, возможно, вам следует усилить меры по безопасности. Получил удовольствие от нашей встречи. Искренне Ваш Ротшильд». Вскоре после этого Ротшильд во время инспекционной поездки в лабораторию лондонского Имперско¬го колледжа добыл полную информацию о методах получения плутония. Анг¬лийские исследователи деятельности советской разведки утверждали, что всю информацию Ротшильд переправлял в Москву через своего друга Бланта.
Поскольку «Меллон» был известен в кругах специалистов только по кличке, многие западные историки рассматриваемого периода деятельности советских спецслужб при попытках «вычислить» этот источник высказывали предполо¬жение, что это была одна из оперативных кличек Виктора Ротшильда, который, как известно, некоторое время отвечал в МИ-5 за курирование «наукой и техни¬кой». В качестве доказательства приводился тот факт, что в нефтяном бизнесе была хорошо известна «нефтяная группа Меллона», носившая имя главы семьи Меллонов, финансировавшего компанию «Галф». Кличка источника «Меллон» могла быть намеком на принадлежность ее носителя к нефтяному бизнесу, к которому, в частности, имели прямое отношение представители английской ветви семейства Ротшильдов. Один из исследователей даже предположил, что слово «дыня», означающая в переводе с английского клички «Меллон», тоже служила намеком на отношения Ротшильда с Черчиллем и вполне подходила в качестве оперативной клички лица, находившегося в окружении премьер-министра.
Нужно сказать, что кроме «Меллона» с именем Виктора Ротшильда без осо¬бого успеха исследователи пытались ассоциировать такие клички нераскрытых до сих пор источников советской разведки, как «Джек», «Помощник» и «Валет». «Валет» в переводе с английского означает «кошелек», что может прямо указывать на определенное отношение обладателя псевдонима к финансам, а значит, и Ротшильду, финансировавшему своих друзей по Кембриджу, в равной степени как название карты определенного достоинства (валет), соответствовав¬шей, по мнению ряда исследователей истории разведки, уровню Виктора в коло¬де Ротшильдов.
Известно, что после раскрытия подлинной роли «кембриджской пятерки» Виктор Ротшильд не раз заявлял, что подаст в суд на того, кто обвинит его в шпионаже в пользу Советского Союза. Никто публично его так и не осмелился обвинить, хотя колкие намеки и сплетни Виктору Ротшильду пришлось терпеть вплоть до дня своей смерти.
Роланд Перри написал о нем книгу, которая так и называлась: «Пятый чело¬век». Автор пытался доказать, что пятым в группе Филби был Виктор Рот¬шильд, а не Кернкросс, который никогда не учился в Кембридже. В этой книге целая глава посвящена тайной деятельности Ротшильда как «двойника» сиони¬стского подполья и советской разведки. При этом приводились примеры того, что источником ряда поступивших в Москву информационных сообщений мог быть только Виктор Ротшильд. Высказывалось предположение, что в «двой¬ную игру» Ротшильдом вовлекались и советские ученые, физики, стажировав¬шиеся в Кембридже, в том числе Петр Капица.
Учитывая работу Ротшильда на важных постах в британских спецслужбах и его доступ к секретной информации, Перри делает вывод о работе барона на Москву. К тому же Ротшильд, круг научных интересов которого был весьма широк, занимался исследовательской деятельностью еще в году учебы в Кембридже. Он досконально изучил проблемы биологии и ядерной физики, скоро создало ему репутацию одного из самых образованных ученых. Все это позволило ему получить назначение на должность координатора мероприятий британских спецслужб по проблеме атомной бомбы и курировать линию в отделе научно-технической разведки СИС.

Так был ли Ротшильд агентом?

Чтобы быть завербованным, нужно попасть в поле зрения резидентуры иностранной разведки и оказаться в окружении агентуры, которая способна оценить разведывательные возможности кандидата, создать условия для предложения о сотрудничестве и затем контролировать добросовестность его работы на завербовавшую его разведку.
Ротшильд находился в постоянном окружении своих друзей — агентов советской разведки Бёрджесса, Маклина, Бланта, Филби. Их связями не могла не интересоваться лондонская резидентура советской разведки.
Многие иностранные авторы, в подкрепление версии о работе Ротшильда на советскую разведку, часто ссылаются на беседы с таинственными полковниками советской разведки, обозначая их буквами. Но разве это доказательство? Известно, что Ротшильд был другом «советских кембриджцев» и одно время сочувствовал коммунистам, но этого мало. А вдруг все это — происки недоброжалетелей, делающих подкоп под знаменитый банковский дом?
Представлял ли Ротшильд интерес для советской разведки по своим разведывательным возможностям?
Безусловно, поскольку его связи со многими руководящими сотрудниками британских спецслужб и лицами, пользовавшимися влиянием в военных, политических и финансовых кругах Великобритании, были прямыми объектами заинтересованности НКВД.
Представляется следующий вывод: Ротшильд, вероятно, прекрасно понимал, что вовлечен в «двойную» конспиративную деятельность, и отчасти, даже направлял этот процесс. Но в отличие от главных фигур «кембриджской пятерки» он не был завербованным агентом, ибо людей такого уровня не вербуют.
Можно также допустить, что Ротшильд с его связями и информационными возможностями мог по заданию резидентуры советской разведки использоваться в качестве источника ценной информации «втемную», как Блантом, так и Бёрджессом. Но это существа дела не меняло. Важно было иметь доступ к определенной информации, и такой канал был налажен. Сам метод привлечения к сотрудничеству, будь то использование ненависти к фашизму, симпатий к марксизму, а возможно, и умелое использование совпадения устремлений разведки с конкретными интересами источника или же «под давлением обстоятельств», вторичен, а первичным, безусловно, является конечный информационный результат.
После того как Бёрджесс и Маклин вернулись в Москву, одной из главных тем их дебрифинга в КГБ было обсуждение их отношений с Ротшильдом. Особое внимание было уделено двойной роли Виктора Ротшильда, который знал об их работе на СССР и часть материалов реализовывал в своих собственных интересах. В Москве определенное сомнение вызывал характер передаваемого им материала. Предполагалось, что особенно в период воины эти сведения играли роль зондирующей мнение Сталина информации.
С одной стороны Ротшильд представлял интерес для резидентуры НКВД, с другой стороны, Ротшильд прекрасно понимал и оценивал риск, которому он подвергался из-за контактов с такими людьми, как агенты НКВД. Правда, в отличие от последних, его не на чем было «зацепить». Будучи от природы чело¬веком энергичным, он не признавал доминирования и, стремясь быть хозяином положения, соблюдал правила до тех пор, пока они не противоречили его соб¬ственным идеям, целям и задачам. Обсуждая поступки Ротшильда и его связи с различными, иногда противоположными по своим взглядам, политическими груп¬пами, не следует забывать, что Виктор Ротшильд происходил из семьи, которая вошла в историю Англии тем, что купила Суэцкий канал для правительства Великобритании.
Может возникнуть вопрос: почему Ротшильд встречался с людьми, которых он мог подозревать в симпатиях коммунистам? Будучи благородным человеком, он не отказывался от дружбы, которая сложилась в студенческие годы, но и не давал себя компрометировать необдуманными поступками.
Впоследствии, как сотрудник МИ-5, Ротшильд, естественно, принимал все воз¬можные меры для того, чтобы его собственная репутация была вне подозрений. Имея в числе своих ближайших связей руководителей британских спецслужб, ему не составляло труда с успехом справляться с этой наисложнейшей задачей.
Скорее всего, Виктора Ротшильда следует отнести к первым представителям высшей категории агентурного сословия, представляющего особую ценность для любой спецслужбы и известного как «агентура влияния».
Специалисты знают, что «агенту влияния» не делается вербовочное предло¬жение от имени разведки, у него не берется подписка о его добровольном со¬трудничестве, ему не выдается ежемесячное денежное вознаграждение с изъяти¬ем расписки. «Агент влияния» может даже и не догадываться, что он использу¬ется спецслужбами в интересах иностранного государства. Его возможности, как правило, разведкой используются по доброй воле последнего.


***

Мнение о «кембриджской пятерке» в руководстве советской разведки было далеко не однозначным.
В конце 40-х годов после длительного анализа и сопоставления поступающей от них информации был сделан вывод, что Филби, Бёрджесс, Маклин и другие являются подставами английских спецслужб, агентами-дезинформаторами.
Что могло стоять за этими выводами, сказать сложно, вероятнее всего — обычная конкурентная борьба внутри самой разведки, стремление опорочить источники информации, а через них — оперативный и руководящий состав, об¬рабатывающий агентурную информацию и докладывающий ее политическому руководству страны.

(Из книги Шаваева и Лекарева "Разведка и контрразведка")
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Антон-63 » 30 окт 2011 11:58

Если из вашего окна в прицел вилла Ротшильда видна ...
Антон-63
 
Сообщения: 176
Зарегистрирован: 19 мар 2008 20:14

Re: Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Моргенштерн » 30 окт 2011 12:01

Нет, видна свалка под названием Незалежна Украина, где власть в руках атлантистов, масонов, сатанистов и воров.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Дмитрий Сергеевич » 30 окт 2011 13:54

"Высокого" же Вы мнения о своей стране :)
Дмитрий Сергеевич
 
Сообщения: 816
Зарегистрирован: 07 окт 2008 15:21
Откуда: Беларусь

Re: Барон Виктор Ротшильд

Сообщение Моргенштерн » 30 окт 2011 13:57

Не о стране, а о ГОСУДАРСТВЕ. Сие не есть одно и то же. Государство сделало из страны свалку. Причем не только в физическом, но и в моральном смысле.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев


Вернуться в Обсуждение текущих событий

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 11

cron
Not able to open ./cache/data_global.php