Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразведка"

Все новости, события, скандалы обсуждаются и комментируются здесь

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:03

Общие понятия механизмов оперативного взаимодействия и координации

Классическое определение понятия «взаимодействие» звучит следующим об¬разом: «взаимообусловленная в рамках конкретной деятельности и необходи¬мая для исполнения принятых на соответствующем уровне решений связь всех участников, выражающаяся в согласованном по задачам, направлениям и времени использовании всех имеющихся возможностей для достижения по¬ставленной цели».
В военной лексике существует понятие «взаимодействие войск», которое яв¬ляется одним из принципов военного искусства и означает согласованные по целям и задачам, месту, времени и способам выполнения задач действия войск (сил) для достижения цели операции (боевых действий, боя).
Более упрощенная дефиниция понятия «взаимодействие» — «согласован¬ные действия всех сил и средств по задачам, направлениям и времени ради достижения конкретной цели».
Взаимодействие, в основном, реализуется между горизонтальными звеньями системы.
Взаимодействие осуществляется между структурными подразделениями си¬стемы. Порядок взаимодействия определяет руководитель, командир (руководство, командование) при принятии решения о проведении какой-либо операции. При этом в основе взаимодействия лежит система подчинения нижестоящих органов и должностных лиц вышестоящим и неукоснительное исполнение всеми субъектами правил служебной дисциплины.
В зависимости от масштабов разведывательной или контрразведывательной операции и состава субъектов ее реализации различается тактическое, оперативное и стратегическое взаимодействие.
Цель взаимодействия определяется в интересах тех сил, которые действуют на главных направлениях и выполняют основные, определяющие исход опера¬ции, задачи.
В зависимости от цели взаимодействия и способов его достижения различа¬ют типы взаимодействия:
- подчинение;
- содействие и поддержка.
Чтобы решать поставленные задачи, взаимодействие должно быть эффектив¬ным, целенаправленным, централизованным, гибким, непрерывным и устойчивым.
Координация представляет собой форму взаимодействия и является функ¬цией процесса управленческой деятельности. Она лежит в основе механизма согласованных действий элементов одного уровня внутри системы, а также вне¬шних связей рассматриваемой системы для достижения общих целей. При этом данная функция в самом процессе занимает промежуточное положение между планированием и регулированием согласованных действий.
Проблема координации является основным вопросом при организации благоприятных условий для любого конкретного вида деятельности. Она осуществляется, главным образом, равнозначными субъектами в ходе конк¬ретной деятельности на постоянной основе в рамках повседневных рабочих контактов.
Координация конкретной деятельности на долгосрочной основе договорных обязательств является основой любого объединения, союза или альянса, участ¬ники которого ставят своей целью достижение долгосрочных преимуществ либо отсутствие ущемления интересов в определенном секторе деятельности.
Любая организация строится на принципах упорядоченности, согласованно¬сти и взаимодействия частей целого, в свою очередь состоящего из совокупности людей, групп, объединенных для достижения какой-либо цели, решения какой-либо задачи на основе принципов общей заинтересованности, разделения труда, разделения обязанностей и иерархической структуры.
Из практики известно, что для обеспечения эффективной деятельности орга¬низованной системы, прежде всего, необходимо иметь целостную концепцию ее функционирования. Отсутствие концепции, как правило, значительно затрудняет разработку комплексных мероприятий, требующих практического взаимо¬действия всех субъектов. На эффективности работы системного объекта неизбежно будет отрицательно сказываться отсутствие единых, скоординированных планов деятельности.
Взаимодействие является одним из основных принципов управления согласованными действиями субъектов, направленных на достижение определенной цели. Любая форма взаимодействия предполагает, прежде всего, объединение организаторов или руководителей, а также других субъектов для совместной разработки либо реализации мер по координации, поддержанию, развитию определенной деятельности соответствующих формирований или лиц либо мер по созданию благоприятных условий для этой деятельности.
Нормы взаимодействия включают: общие для всех целей и задач единонача¬лие, сочетание и взаимосвязь перспективного и текущего планирования; исполь¬зование сил и средств, информации; определение наиболее рациональных путей, методов и способов достижения целей, установление ответственности конкрет¬ных лиц за организацию и выполнение плановых мероприятий; сосредоточение усилий работников на основных направлениях их деятельности, недопущение распыленности и дублирования в использовании сил и средств; учет интересов всех, кто ведет работу на смежных участках; согласованность общих усилий и взаимодействие всех субъектов, задействованных в решении конкретной опера¬тивной проблемы.
В зависимости от целей и структурной принадлежности субъектов взаимо¬действия можно говорить о следующих видах этой деятельности.
Взаимодействие, осуществляемое между подразделениями отдельного ведом¬ства или между ведомствами одного государства, называется «внутренним вза¬имодействием». Взаимодействие, осуществляемое между ведомствами двух и более государств, называется «внешним взаимодействием».
Согласованные на региональном или отраслевом уровне действия субъектов конкретной деятельности, рассчитанные на длительный период, в интересах до¬стижения общей цели стратегического значения, называются «стратегическим взаимодействием».
Согласованные действия субъектов конкретной деятельности, осуществляе¬мые на одном или нескольких направлениях и предусматривающие решение определенной задачи, считаются «взаимодействием тактическим».


Общая тенденция к объединению и роль механизмов взаимодействия в управлении спецслужбами

Теория и практика оперативной деятельности спецслужб всего мира зиждется на системности, представляющей собой управленческий комплекс мероприятий, опирающихся на планирование, информационно-аналитическое сопровождение и учет всех взаимодействующих, взаимосвязанных и изменяющихся во времени элементов, условий и факторов оперативной обстановки, существенно значимых для понимания и решения какой-либо проблемы.
Совместные операции спецслужб проводились уже в XIX веке. Первыми из них стали объединение усилий национальных разведслужб в ходе морских де¬сантных операций англо-французских войск в Крымскую войну 1853— 1856 годов, совместные действия германской и австрийской разведок в годы Первой мировой войны, описанные В. Николаи и М. Ронге, действия российской и французской политической полиции в начале XX века против радикального политического крыла российской эмиграции, взаимодействие американских и английских спецслужб в ходе Нормандской десантной операции во Второй мировой войне.
В основе стратегического коалиционного или временного тактического взаимодействия спецслужб лежит совпадение геополитических национальных интересов либо решение краткосрочной оперативной задачи. При этом суть любого взаимодействия состоит в обмене информацией и совместном использовании сил и средств различной подчиненности.
Постоянным сопутствующим фактором является противоречие принципа взаимодействия с принципом конспирации.
Отдать информацию — все равно что «засветить» ее источник. Тем более что речь идет о передаче информации иностранной спецслужбе.
Взаимодействие спецслужб есть спектральное отражение взаимодействия политического.
Разведка СССР активно взаимодействовала с соответствующими спецслуж¬бами стран социалистического лагеря — ГДР, Венгрии, Болгарии, Польши, Мон¬голии, Чехословакии, а также разведками Кампучии, Лаоса, Никарагуа, Перу, Южного Йемена, до середины 50-х годов — Китая.
При решающем воздействии политических факторов в 1946 году была под эгидой США фактически восстановлена германская военная разведывательная служба. Соглашение между ее руководителем, бывшим начальником отдела «Ино¬странные армии Востока» генерал-лейтенантом Рейнхардом Геленом и началь¬ником службы «Джи-2» американского военного министерства генералом Зибертом предусматривало, что:
- создаваемая немецкая разведывательная организация предназначается для ведения разведки на Востоке, то есть фактически продолжает прежнюю дея¬тельность. В ее основу кладется заинтересованность западных государств в совместной обороне против агрессии коммунистического блока;
- организация работает совместно с разведывательной службой США;
- во главе организации стоит немецкое руководство, которое получает задания от американской стороны до тех пор, пока в Германии не будет создано суверенное национальное правительство;
- организация финансируется американской стороной, за что организация обязуется передавать соответствующим американским учреждениям получен¬ию разведывательные данные;
- до создания суверенного немецкого правительства организация будет замыкаться на соответствующее американское учреждение;
- если когда-либо американские и немецкие интересы разойдутся, то организация вправе следовать линии, предложенной немецкими властями.
Как отмечает Р. Гелен в своих мемуарах, рискованное решение американцев спустя какие-то месяцы после окончания войны использовать разведыватель¬ный потенциал бывшего противника в своих интересах было абсолютно пра¬вильным, как и прогноз о том, что политические интересы США и Германии будут совпадать в течение длительного времени.
Разумеется, в основе подобного сотрудничества помимо политической необ¬ходимости и целесообразности был колоссальный информационный массив, со¬зданный и сбереженный подразделением Гелена в предвоенные и военные годы (массив по главному противнику США — Советскому Союзу), и кадры, владе¬ющие спецификой разведывательной работы по СССР.
Сотрудничество с Геленом позволило американцам сэкономить значитель¬ные усилия по организации разведывательной работы по странам Восточного блока, финансовые средства и, что самое ценное в разведке, время.
Активно взаимодействовала с различными спецслужбами и разведка ГДР. Между тем ее легендарный руководитель М. Вольф в своих мемуарах отмечает, что «сейчас можно считать, что вся наша работа в странах «третьего мира» оказалась напрасной.
Наше влияние, сравнительно с тем, которое оказывал сам режим, где мы рабо¬тали, оставалось всегда минимальным. Так было в Занзибаре, Судане, Южном Йемене, Эфиопии и Мозамбике, во всех тех странах, где разведка ГДР поддер¬живала тесные связи с органами безопасности».
В структуре английской МИ-6/СИС особое место занимает Группа связи с иностранными спецслужбами. В международной практике контакты между спец¬службами часто определяются как операции по взаимодействию. Их целью яв¬ляется обмен информацией, проведение совместных операций, проникновение в иностранные спецслужбы, обмен спецтехникой, предоставление прикрытий со¬трудникам дружественной разведки, оказание учебно-методических и научно- прикладных услуг.
Главным правилом обмена информацией является «ничего не давать, если в этом нет необходимости». Но поскольку иностранные спецслужбы обычно наста¬ивают на обмене, второе правило гласит: «в ходе обмена давай как можно мень¬ше». Это необходимо для сохранения благоприятного для владельца этих дан¬ных баланса. Вид информации, которой можно обмениваться, всегда устанавлива¬ется специальным внутриведомственным циркуляром. Последний, как правило, включает следующее положение: информация, переданная одной службой другой, не может быть переадресована получателем третьей стороне без предварительно¬го согласия ее владельца. Цель такого правила — обеспечить секретность суще¬ствования взаимодействия, безопасность проводимых британской разведкой опе¬раций, а также защиту источников и самого содержания секретной информации.
Взаимодействие между спецслужбами далеко не безоблачно и может носить скандальный оттенок (как, например, отношения между разведками западноев¬ропейских стран и США).
Первым сигналом изменения отношения американских союзников к деятельности на их территории агентов ЦРУ стал крупный провал разведки США во Франции в 1995 году, где была раскрыта операция по промышленному шпионажу. Затем, как сообщили газете «Лос-Анджелес таймс» источники в разведсообществе США, последовали провалы в Риме и Дели. А позднее скандал разразился в Германии, откуда выдворили агента ЦРУ за, как стало известно «Лос-Анджелес таймс», «попытку склонить к шпионской деятельности одного немецкого официального деятеля».
Эта тенденция имеет две причины. Прежде всего, по словам газеты, «друзья США без излишнего шума, но настойчиво заявляют ЦРУ, что холодная война завершилась, а потому США следует свернуть американские шпионские опера¬ции на территории союзнических государств. В конце XX века как минимум четыре страны - Германия, Италия, Франция и Швейцария - потребовали положить конец тайной деятельности ЦРУ на своей земле.
На германской территории американская разведка создала штаб-квартиры шпионской деятельности против тех стран, в которых она не может закрепить¬ся. Среди таких, как говорят агенты ЦРУ, «запретных районов» — Ирак, Иран и Ливия. Причем ведут они себя на немецкой земле довольно бесцеремонно, проводя свои операции, как правило, не информируя об этом соответствующие власти Германии. После окончания холодной войны, по словам «Лос-Анджелес таймс», «в этом европейском государстве втайне от его правительства секрет¬ные базы ЦРУ размещены по всей стране. Так, по-прежнему во Франкфурте-на-Майне находится "Тефран" — штаб-квартира антииранских операций ЦРУ».
Помимо все более явного нежелания союзников США терпеть американские шпионские игры на своей земле, речь идет и о снижении качественного уровня проведения операций ЦРУ. «По меньшей мере, частично это связано, — подчер¬кивает «Лос-Анджелес таймс», — с массовым уходом агентов-ветеранов главно¬го разведывательного ведомства США после завершения периода холодной воины. Уменьшение числа опытных сотрудников и стало приводить к ошибкам в «ремесле», как агенты ЦРУ называют свою работу». В результате, как сказал газете один ветеран ЦРУ, «управление теперь напоминает крупную авиакомпанию, которая хочет выдержать график полетов авиалайнеров, но имеет в своем распоряжении только пилотов с небольших самолетов».
П.А. Судоплатов в одном из своих интервью отмечает, что в истории советской разведки периода Второй мировой войны есть белое пятно — это взаимо¬действие наших разведорганов с коллегами из западных стран, которое во многом способствовало решению общих проблем. «Есть пример хорошего сотрудничества с Великобританией (британской разведкой), в частности, по Афганистану, когда наша разведка там сумела проникнуть в агентурную сеть немцев, и получаемую важную информацию мы передавали британцам. Так было с направленным нами в Англию оперработником Квашниным, который позднее, в 1944 году, помог сыну У. Черчилля — Рандольфу выбраться из немецкого окружения, в которое он попал в ходе операции немцев против штаб-квартиры И. Тито в Югославии.
Обменивались данными по проводимым диверсионным мероприятиям, а также техническими средствами. При этом имелись факты, когда англичане пытались передать нам устаревшие средства диверсий. Не всегда британцы информировали нас о своих разведывательно-диверсионных операциях, в част¬ности по уничтожению завода «тяжелой воды» в Норвегии. О нем мы получи¬ли информацию по своим каналам, что позволило дополнить имеющуюся и соответственно оценить этот факт, то есть важность атомной проблемы... Это тем более интересно потому, что британская разведка знала о значительных возможностях нашей разведки в организации диверсионных актов в Норвегии и готовности оказать любую помощь.
Взаимодействие спецслужб нередко носит подчиненный характер, когда су¬ществуют так называемые разведки-«сателлиты». Яркий пример — отношения между ЦРУ США и Агентством по планированию национальной безопасности Южной Кореи (первоначально эта организация называлась Центральное разве¬дывательное управление Кореи), между ЦРУ США и пакистанской Межведом¬ственной разведкой ИСИ.
Спецслужбы-«сателлиты» используются для работы по противнику по прин¬ципу географической и этнической приближенности, а также для проведения на территориях, контролируемых спецслужбами-«сателлитами», контрразведыва¬тельных или подрывных акций в отношении объектов разведывательного инте¬реса из «третьих стран». Спецслужбы-«сателлиты» могут менять своих хозяев в зависимости от политической и иной конъюнктуры, как, например, в Болгарии, где начиная с 1998 года политическая ситуация претерпела значительные изме¬нения, когда правительство Ивана Костова круто переменило внешнеполити¬ческий курс Республики Болгарии, настойчиво стучась в двери Североатланти¬ческого альянса, Европейского союза, и решило, что право на «счастливый» входной билет можно заслужить на ниве русофобии. Софию наводнили раз¬ного рода фонды и благотворительные организации, под «крышами» которых обосновались многочисленные резидентуры разведок США и основных стран НАТО. Кадровые сотрудники американского ЦРУ, британской МИ-6, немец¬кой БНД стали своими людьми не только в коридорах власти, но и в кабине¬тах спецслужб Болгарии.
Болгарское руководство стало поощрять антироссийские выступления в национальной прессе, демонстрировать свои чуть ли не союзнические отноше¬ния с НАТО, публично высказываться против активного участия России в решении балканских проблем. Наиболее наглядно это проявилось во время натовской агрессии против Югославии, когда София, разрешив самолетам аль¬янса использовать свое воздушное пространство для ударов по сербам, не пропустила колонну российского МЧС с грузом гуманитарной помощи людям, пострадавшим от бомбежек, и запретила пролет транспортных самолетов с российскими миротворцами в Косово. В болгарских проправительственных СМИ был опубликован ряд целенаправленных статей, посвященных «активи¬зации российских спецслужб» не только в Болгарии, но и в других странах Восточной Европы, в деталях описывались методы работы российской разведки с приведением «конкретных примеров» вербовки болгарских граждан. Печатались материалы о негативной роли России в урегулировании кризиса на Балканах.
Резкий разворот Софии на Запад в полной мере отразился и на процессе реформирования спецслужб РБ. До начала 90-х годов они полностью копировали аналогичные структуры СССР. Неудивительно, что в них были проведены серьезнейшие кадровые чистки. При этом определяющим критерием являлось отношение к России. В результате лишились работы сотни
Профессионалов. Репрессиям подверглись в первую очередь те, кто обучался в Москве или был отмечен советскими наградами за участие в совместных операциях.
Вслед за появлением в Софии многочисленных иностранных резидентур, разведсообщества США и ФРГ стали напрямую координировать оперативную деятельность спецслужб Болгарии, определив им в числе приоритетных объектов Россию. В составе болгарской Национальной службы безопасности было создано принципиально новое подразделение, основной функцией которого стало проведение в полном объеме контрразведывательной работы в отношении загранучреждений РФ и российских граждан, прибывающих в страну по делам и на отдых. Начальник подразделения о результатах деятельности регулярно сообщает лично президенту и премьер-министру страны, после чего эти доклады передаются резиденту ЦРУ США, работающему под «крышей» американского посольства в Софии.
Показателен скандал с высылкой из Болгарии трех российских дипломатов. 16 марта 2002 г. здание Национальной службы безопасности на бульваре Черны врых посетил заместитель резидента США в Болгарии. В тот же день замести¬тель министра иностранных дел Болгарии Райков пригласил посла России в Софии Титова и объявил ультиматум Москве. Тем самым американцами пре¬следовалась двоякая цель: во-первых, втянуть еще больше нынешнее руковод¬ство РБ в антироссийские акции, отрезав ему таким образом все пути для воз¬можного отступления, и, во-вторых, подготовить почву для еще более грандиоз¬ного шпионского скандала уже непосредственно в США.
Кстати, директор ФБР США Луис Фри, находясь по странному стечению обстоятельств в те дни в Софии поблагодарил премьер-министра Болгарии Ивана Костова за проведенную высылку. Впрочем, не только эта антироссийская операция, но и ряд других, как правило, либо приурочиваются к приезду глав американских спецслужб в Софию, либо осуществляются сразу же после их отъезда, когда они отчитывают болгарскую сторону «за плохую работу и безрезультативность в отношении русских».
В русле политики официальной Софии следует и посольство РБ в Москве. Одна из причин этого, видимо, кроется в характере деятельности сотрудников болгарских спецслужб, работающих в последние годы под дипломатическим прикрытием. Так, перед находившимся ранее в Москве в качестве военного атташе Болгарии генерал-майором Стефаном Дмитриевым и высланными 23 марта 2002 г. генерал-майором Иваном Парапуловым и его помощником полковником Николаем Стойцевым руководство Национальной разведывательной службы и военной разведки Генштаба ставило задачи по добыванию достоверной и конкретной информации о планах военного строительства в России, состоянии и перспективах развития Вооруженных Сил РФ, о разработке новых видов оружия и военной техники, деятельности российских спецслужб по добыванию политической информации.
Болгарские спецслужбы, отрабатывая команды нового «старшего брата», на¬ращивают усилия в разведывательной и контрразведывательной работе против России. Большие надежды при этом ими возлагаются на созданный в Софии «Региональный информационный центр за демократическое развитие в Юго-Восточной Европе» (ИЦДР). Данная идея подсказана американцами, объявив¬шими и Балканы зоной своих стратегических интересов. Если исходить из того, что координирующие функции в трудах ИЦДР предоставлены послу США в Софии, то, скорее всего, под единую крышу будут сведены действующие в Болга¬рии американские, натовские и болгарские спецслужбы.
Отдельная тема, требующая всесторонней глубокой исторической и этичес¬кой разработки: грандиозное, невиданное по масштабам предательство союзни¬ков, совершенное высшим политическим руководством СССР в конце 80 - начале 90-х годов XX века и повлекшее за собой крах союзных дружественных спецорганов; рухнула система стратегического коалиционного взаимодействия, существовавшая де-юре и де-факто с 1956 года — ОВД, имевшая единую поли¬тическую и отчасти экономико-идеологическую базисную платформу.
В этой связи нельзя не коснуться еще одного факта, напрямую связанного с историей восточногерманской спецслужбы. Руководство ФРГ, в частности кан¬цлер Гельмут Коль, было готово предоставить иммунитет от уголовного пресле¬дования разведчикам ГДР. Однако соответствующего условия на переговорах о процедуре и этапах объединения двух германских государств советской сторо¬ной не выдвигалось. Тогда Коль по собственной инициативе поставил этот воп¬рос перед Михаилом Горбачевым во время их неформальной встречи в Ставро¬польском крае. Как свидетельствовал журнал «Der Spiegel» (1993, № 39), Гор¬бачев ответил в том духе, что «немцы — цивилизованная нация» и сами разберутся с этой проблемой.
К сожалению, предавая своих союзников, тогдашнее советское руководство либо действительно не понимало, либо только делало вид, что не понимает, что тем самым оно на многие годы дискредитирует как себя, своих преемников, так и политику государства, которая могла быть охарактеризована отныне одним словом — непредсказуемая, предательская. Хотя, быть может, для этого имелись и другие мотивы и причины.


***

Государства и их спецслужбы будут оставаться важнейшим действующим лицом в вопросах политики, экономики и безопасности, хотя они и столкнутся с серьезными проблемами эффективности управления. Решения, которые примут правительства разных стран, будут иметь решающее значение и определят, по¬лучат ли развитие негативные тенденции мировой политики или они будут направлены в позитивное русло, и в какой-то мере будет реализована полученная от этого польза (например, в воюющих странах).
Процессы гло6ализации усложнят выработку решений для каждого отдельного правительства и создадут потребность в более тесном международном сотрудничестве. Отдельно взятая страна все больше будет терять контроль над свободой перемещения через границы информации, капиталов, товаров, услуг, людей, технологий и болезней. Негосударственные структуры, включая разные фирмы, некоммерческие организации и объединения, даже криминальные сообщества, все больше будут участвовать в перераспределении власти в свою пользу. Региональное и международное сотрудничество среди разведывательных и правоохранительных органов возрастет, но наиболее щекотливые операции и обмен информацией будут происходить на двусторонней основе.
Определенную проблему для государств будут представлять транснацио¬нальные преступные организации. Они все больше станут использовать слож¬ные информационные технологии, а также финансовые и транспортные гло¬бальные сети. Преступные сообщества, находящиеся в Северной Америке, За¬падной Европе, Китае, Колумбии, Израиле, Японии, Мексике, Нигерии и России, будут расширять масштаб и сферы своей деятельности. Они будут подкупать руководство в нестабильных странах, брать под контроль проблемные банки и сферы бизнеса и даже сотрудничать с мятежными политическими движениями, чтобы контролировать целые регионы в отдельных странах.
В последние годы в сфере организации разведывательных и контрразведы¬вательных операций большинства западных спецслужб сделан резкий поворот в сторону усиления акцентов на совместное применение всех видов оператив¬ной деятельности и объединенное использование этих возможностей, особенно при возникновении кризисных ситуаций.
При этом в качестве обоснования этой идеи выдвигается тезис о том, что в современных условиях комплексные операции спецслужб ведутся функционально разнородными оперативными подразделениями спецслужб, то есть планируют¬ся и проводятся совместные операции. Это утверждение совершенно справед¬ливое и очень важное в теории и практике разведывательной, контрразведыва¬тельной и полицейской деятельности.
Анализ политики западных стран в области «реструктуризации и модерни¬зации» национальных спецслужб позволяет сделать вывод о наращивании уси¬лии в направлении объединения имеющегося оперативного потенциала с целью увеличения эффективности его возможностей.
Это обусловлено, прежде всего, значительным со времени окончания холодной воины уменьшением финансовых средств, выделяемых национальными бюд¬жетами на нужды управления структурами спецслужб, что происходит порой на фоне увеличения количества конфликтов различного масштаба.
Первым в данных условиях осознало необходимость качественной реоргани¬зации своих силовых структур военно-политическое руководство США, при¬ступившее уже в начале 90-х годов XX века к реализации концепции объединения (Jointness Concept). Следуя в фарватере американской политики, британское руководство также разработало довольно стройную и последовательную программу существенной реорганизации своих силовых структур с теми же акцентами на объединение их усилий в решении стоящих перед Великобрита¬нией задач по предотвращению возможных конфликтов. Специалисты призна¬ют, что в некоторых вопросах британское руководство национальными силовы¬ми структурами опережает США в динамике и темпах «объединенных преобра¬зований».
Конкретно данное направление развития западных спецслужб можно проде¬монстрировать на примере организации управления британскими спецслужба¬ми в конце 90-х годов XX века, которое получило одобрение как со стороны военного истеблишмента страны, так и со стороны представителей научных кру¬гов, разрабатывающих теорию управления национальными силовыми структу¬рами в изменившейся оперативной обстановке.
Прежде всего, это выражается в уже укоренившейся практике создания в ходе различного рода конфликтов так называемого Постоянного объединенного штаба. Опыт убедительно доказал полезность такого подхода при планировании и проведении целого ряда операций с участием спецслужб, в частности, против Аргентины в период «мальвинского кризиса», против Ирака в ходе операции «Буря в пустыне» и в «миротворческих акциях» на территории бывшей Югославии.
Следует отметить явную тенденцию к расширению полномочий начальника разведывательной структуры, входящей в состав Постоянного объединенного штаба (ПОШ) Вооруженных сил Великобритании. Именно на этого руководи¬теля возложена ответственность за подготовку и проведение региональных операций национальных спецслужб за рубежом, поскольку все они так или иначе являются «объединенными по своему характеру». В его функции входит разработка объединенной доктрины (теории) и осуществление объединенной оперативной подготовки в рамках реализации единого плана действий национальных вооруженных сил.
Известно, что на начальника ПОШ возложены все функции боевого управления национальными силовыми структурами. Таким образом, его функции сегодня аналогичны функциям главкомов объединенных командований американских вооруженных сил. Обязанности же руководства видов вооруженных сил, в том числе разведкой и контрразведкой, будут соответствовать обязанностям начальников штабов видов Вооруженных сил США. В связи с этим должность начальника ПОШ будет весомее, чем у руководителя того или иного вида воо¬руженных сил, а значит, и руководителя конкретной спецслужбы.
На реорганизации управления национальными спецслужбами Великобри¬тании в определенной мере сказалось и то, что вместо Объединенных сил быстрого развертывания, обладавших ограниченными возможностями, руководством страны было решено сформировать к началу 2001 года Объединенные силы быстрого реагирования (ОСБР). В этой связи в рамках национальных силовых ведомств Великобритании планируется сформировать новую структуру – интегрированный «Объединенный оборонный центр», основной задачей которого будет считаться оказание содействия ПОШ в разработке объединенной доктрины, оперативных концепций для всех компонентов национальных спецслужб и гармоничного их слияния с новой стратегической концепцией НАТО.
Происходящий в британских силовых структурах процесс интенсивного объединения усилий предполагает, что для всех сотрудников этих подразделений, желающих занять должности, соответствующие званию «полковник» и выше, станет обязательным получение соответствующего «объединенного» образования и опыт службы в «объединенных структурах».
Следует подчеркнуть, что британское руководство не ставит перед собой целью объединение национальных спецслужб в один «суперорган национальной безопасности». Теоретики оборонной стратегии Великобритании подчеркивают, что национальные спецслужбы имеют различные задачи и профессиональные особенности, исключающие их полное слияние. Но возрастающее значение совместных операций, проводимых «объединенными силами», не может не учитываться в комплексных планах и мероприятиях органов национальной безопасности в рамках адаптации Великобритании к новым условиям.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:05

Раздел 5

Кадры


Существует аксиома: «Каждая разведывательная служба хороша настолько, насколько хороши ее сотрудники». Эффективность разведывательной службы зависит от людей, которые в ней работают, от того, как они переносят тяготы службы и насколько способны к самоотдаче. В этих словах заложено требование, предъявляемое к кандидатам на работу в спецслужбах.
Поскольку функционирование разведывательной службы представляет собой особую специфическую форму политической деятельности, это накладывает на тех, кто ее осуществляет, обязанность вести ее строго конспиративно, с использованием особых, специальных сил и средств. Главными силами разведки являются участвующие в ней люди, добывающие именно те сведения, систематизация которых в одно целое позволяет предвидеть ход политических событий Основной и ведущей силой разведки являются кадровые сотрудники, то есть должностные лица, состоящие на официальной службе в разведке, имеющие специальную подготовку, получающие в ней заработную плату, пользующиеся привилегиями, определенными для государственных служащих этого ранга. Все лица, принятые на работу в разведку, объединяются понятием «личный состав разведки».


Классификация кадровых сотрудников разведки

Структура кадрового состава разведки является достаточно сложной. Ее рассмотрение с учетом различных критериев — административно-должностного положения, объема полномочий, выполняемых функций, срока службы, характера внешнего проявления служебной деятельности — позволяет выделить внутри кадрового состава ряд категорий сотрудников разведки. В частности, кадровый состав разведки делится:
а) по административно-должностному положению — на военнослужащих (офицеры и сержанты), чиновников и служащих.
Военнослужащие составляют основу кадрового состава военных (армейских) разведывательных и контрразведывательных служб. Гражданские служащие составляют в них обслуживающий персонал. В остальных разведывательных службах преобладают чиновники.
Чиновники являются государственными гражданскими служащими. Их правовое положение определяется законом в соответствии с занимаемой должностью и табелем о рангах. Так, сотрудники Центрального разведывательного управления являются гражданскими служащими государственного аппарата. Порядок прохождения ими службы в разведке в основном регулируется общими законами о гражданской службе США. На службу в ЦРУ кроме гражданских лиц принимаются военнослужащие, за которыми сохраняются все льготы и привилегии
В административно-должностном и материальном положении различий между офицерами и чиновниками практически не существует.
В ЦРУ и БНД чиновники являются основным контингентом сотрудников, в СИС их около 30 процентов.
Служащие в основном выполняют канцелярскую работу, иногда их допуска¬ют к оперативной работе.
В разведках иностранных государств существует практика, согласно которой высокооплачиваемый офицерский состав и чиновники освобождаются от второстепенной, технической работы, которая возлагается на служащих ведомства;
б) по объему полномочий - на руководителей и исполнительных работников;
в) по выполняемым функциям - на оперативных, аналитических, научно-исследовательских и оперативно-технических сотрудников.
Оперативные сотрудники осуществляют функции разведки за границей и на территории собственной страны. Они создают агентурный аппарат и руководят агентурной сетью, разрабатывают операции агентурной, легальной и технической разведок и лично участвуют в них. Часть оперативного состава находится в центральном аппарате разведки, направляя и координируя деятельность других сотрудников, работающих за границей или в периферийных подразделениях, находящихся на территории своей страны.
Аналитические сотрудники занимаются оценкой и анализом информации, поступающей в разведывательные органы, а также планированием разведыва¬тельной работы. В разведывательных службах США, ФРГ, Великобритании аналитические сотрудники сконцентрированы в самостоятельных информационно-аналитических структурах, в некоторых других разведках они работают в составе оперативных подразделений.
Научно-исследовательские сотрудники осуществляют научные разработки отдельных проблем разведывательной и сопряженной с ней деятельности, а также конструирование технических средств, обеспечивающих потребности разведки.
Оперативно-технические сотрудники составляют ту часть кадровых сотрудников разведки, которая занята обслуживанием и использованием технических средств, предназначенных для сбора, обработки и передачи информации, изго¬товлением документов прикрытия и т.п.
Оперативные, аналитические, научно-исследовательские и оперативно-технические сотрудники составляют основу кадрового состава разведывательных ве¬домств.
Обслуживающий персонал разведывательных служб состоит из админист¬ративно-технических работников (делопроизводители, секретари и др.) и административно-хозяйственных работников (шоферы, работники баз и т.д.). В частности, в разведке Великобритании они составляют около 30 процентов штатного состава, в разведке США - примерно 40 процентов;
г) по сроку службы — на постоянных сотрудников разведки (основная часть) и временных.
В некоторых разведках с отдельными специалистами заключаются контракты сроком на два-три года (как правило, на период их пребывания за границей). Делается это в основном тогда, когда разведка не располагает соответствующими специалистами, а их подготовка и содержание нерентабельны в финансовом отношении. Например, в разведке США такие контракты заключаются со специалистами радиотехнической разведки, в разведке Японии – с целью маскировки численности аппарата разведки.
ЦРУ привлекает студентов-старшекурсников, которые занимаются обработкой информации в Директорате науки и техники и в Информационно-аналитическом директорате центрального аппарата ведомства. При этом многие из студентов в последующем заключают долговременные контракты для последующей работы в ЦРУ.
Специфическую группу составляют стажеры — кандидаты в кадровые сотрудники;
д) по характеру внешнего проявления служебной деятельности — на гласный и негласный составы.
Гласный состав — лица, которые не скрывают своей принадлежности к разведке. Они имеют удостоверения, подтверждающие, что являются сотрудникам разведывательной службы.
Негласный состав — лица, проживающие и работающие в стране под легендой прикрытия и имеющие соответствующие документы, ее подтверждающие. Это характерно для разведки ФРГ, а также Великобритании.
Древнейшим кадровым принципом разведки считается лояльность монарху. Преданность и лояльность дружбе и королю — одна из основных заповедей британской разведки. 17 ноября 1558 г. на британский престол вступила королева Елизавета I. Одним из первых ее указов было распоряжение о выводе разведки из подчинения Тайному совету с переподчинением спецслужбы лично монарху. В этот период первым министром королевства был назначен смертельный враг католической партии и Марии Стюарт Уильям Сесиль, получивший позднее титул лорда Берли. Ему было поручено руководить дипломатическим ведомством и разведкой. Этими вопросами он и занимался на протяжении сорока лет, вплоть до своей смерти. Однако, будучи назначенным на пост лорд-канцлера (фактически главой правительства), лорд Берли был вынужден назначить своими помощниками в вопросах руководства королевской разведкой «главных секретарей» (королевских министров) Николаса Трокмортона (сэр Николас) и советника королевы Елизаветы I сэра Френсиса Уолсингема (лорд Солсбери). Именно они разработали принципы организационного построения национальной разведки. Историки британской разведки утверждают, что эта тройка являет собой пример того, как следует организовывать работу разведки и как ей руководить. Следует подчеркнуть, что многое из того, что он сумели внедрить в работу национальной спецслужбы, успешно используется и в настоящее время. Считалось, что в условиях абсолютной монархии институт работающей разведки создается из исключительно преданных королю людей, и лично им управляется.
Следует сказать, что кадровая политика МИ-6 всегда ценила лояльность сотрудников разведки, ставя ее выше их интеллектуального потенциала, происхождение кандидата по рейтингу было выше оригинальности его личности. При этом с лояльностью отождествлялась принадлежность претендента, а отсутствие идеологизированности кандидата на вакантную должность разведке признавалось кадровиками верхом здравого смысла. Именно эти критерии традиционно являлись определяющими при конкурсном подборе кандидатов.


Элементы кадрового обеспечения аппарата разведки

На работу в разведку берут профессионально пригодных и политически надежных сотрудников. При этом существуют определенные базовые элементы системы комплектования аппарата разведки. Их основное назначение - не допустить попадания на работу в разведку нежелательных лиц.
В разведке могут работать только очень решительные люди, имеющие склонность к этой работе. Офицеров разведки рекомендуется тщательно отбирать по их аналитическим способностям систематизировать факты; знанию противника и умению работать в коллективе. По традиционным меркам британской разведки считается, что одной компетентности в профессии разведчика недостаточно. Нужны особые качества — оригинальность, воображение, некоторая эксцент¬ричность и находчивость. Кроме того, нужно обладать мужеством, завидной ра¬ботоспособностью, настойчивостью, строгим чувством дисциплины, обаянием и умением заставить других людей служить своим целям.
Комплектование аппарата разведки включает в себя подбор кандидатов, их проверку и замещение должностей. Считается, что эффективность, а значит, и успех, деятельности спецслужбы находится в прямой зависимости от следую¬щих факторов:
- соответствия квалификации сотрудников разведки и их морально-нравственных качеств решаемым задачам;
- умения руководителей использовать способность сотрудников оператив¬ных подразделений выполнять свои обязанности в режиме «устойчивого равно¬весия».
При определении путей оптимизации управления структурами разведки и в интересах повышения эффективности и качества выполнения спецслужбой своих функциональных задач кадровые приоритеты распределяются следую¬щим образом:
1. Концепция кадрового обеспечения. Первой составляющей считается на¬личие утвержденной руководством спецслужбы перспективной формализованной программы и концепции кадрового обеспечения разведки. Второй составля¬ющей является строгое соблюдение принципов подбора и процесса найма сотрудников, к которым относятся изучение кандидатов, современные методы проверки их благонадежности, психологические характеристики личности, оценка возможностей кандидатов, уровня их опыта и способностей в специфических областях деятельности оперативных подразделений и т.п.
2. Кадровые принципы. Кадровик в своей деятельности придерживается следующих принципов:
- гарантией «надежности» кадровика и качества его работы являются честность, достоинство, опыт и квалификация. Кадровая работа не для тех, кто преследует «особые интересы»;
- кадровая работа должна быть сориентирована на цели и задачи, реализация которых намечена руководством спецслужбы.
3. Компьютерное тестирование. При комплектовании кадрового состава британская разведка использует специально разработанные автоматизирован¬ные системы компьютерных тестов, включающих в себя несколько сот вопросов.
4. Еще одним обязательным правилом кадровой работы МИ-6 является при¬менение рекомендательных принципов формирования коллективов оператив¬ных подразделений разведки. При этом руководство спецслужбы исходит, прежде всего, из возможностей собственного кадрового потенциала, учитывая следую¬щие составляющие:
- способность кадрового аппарата разведки формировать достаточный для решения поставленных задач контингент сотрудников;
- потребности конкретных участков разведывательной деятельности в каче¬ственном и количественном составе сотрудников, обеспечивающих реализацию оперативных планов руководства;
- надежность сотрудников МИ-6.
По традиции британская разведка пополнялась весьма ограниченным кон¬тингентом людей. Обычно это были родственники или друзья ее сотрудни¬ков. В разведку нельзя попасть «по собственному желанию», поскольку это вызывает серьезные подозрения. Единственным путем в британскую развед¬ку всегда было инициативное приглашение администрации спецслужбы. Для этого необходимо было иметь друзей среди сотрудников разведки или быть вхожим в круги, из которых подбирают кандидатов для приема на работу в разведку.
В годы войны английская разведка привлекала в свои ряды лучших людей империи — писателей, ученых, политических деятелей, а в мирное время пред¬почитала полагаться на горстку профессиональных разведчиков-одиночек типа Лоуренса. Некоторые из этих людей были неплохими исполнителями, получившими солидную подготовку в разведшколе имперского колледжа генерального штаба.
Особую категорию английских разведчиков, которых привлекали к работе в спецслужбе лишь в периоды национальной опасности, составляли прирожден¬ные авантюристы, малоопытные или вовсе неопытные в военном и морском деле люди, желающие заниматься разведкой из патриотических побуждений и ради сильных ощущений, которые дает игра с опасностью.
5. Благонадежность.
6. Кредо при подборе сотрудников. Кредо административно-кадрового управления МИ-6 являлся следующий тезис: «Империя в упадке, но тайная национальная элита сохраняет чистоту традиций, и в этом заложена сила бри¬танской нации, что и способствует ее выживанию; основой британской государ¬ственности являются лояльность и патриотизм; престиж нации — имидж и репутация недекларированного превосходства британского джентльмена».
Директор МИ-5 Стивен Ландер в 1996 году издал специальный буклет, при¬званный привлечь молодежь, и прежде всего выпускников университетов, на службу в английскую контрразведку. «Служба безопасности, - писал Ландер в предисловии, - нуждается в интеллигентных, уравновешенных, преданных своему делу и заслуживающих доверия сотрудниках, обладающих широким кругозором, способностью к масштабным действиям, умением быстро ориентироваться в политической обстановке и терпением. Последнее необходимо, чтобы преодолевать неудачи и временное утомление от рутинной исследовательской работы».
7. Контингенты кандидатов. Обычно персонал разведки набирается из кадров МИД, вооруженных сил, САС (специальная авиадесантная служба), полиции, а также из числа выпускников Итона, а также Кембриджского и Оксфордского университетов. Постоянный интерес МИ-6 к этим университетам объяс¬няется просто: именно в этих университетах учатся дети богатых и состоятельных родителей. Они изначально лояльны режиму и, идя на работу в спецслужбы, защищают сложившиеся устои государственности, свое состояние, свой образ жизни, традиции, консерватизм. Кроме того, кадровикам МИ-6 известно, что выпускники этих университетов получают отличное образование и специфичес¬кое воспитание. Их отличает знание этикета, они пунктуальны, хладнокровны, обучены абстрактному мышлению, хотя им не чужды снобизм и повышенное самомнение.
До окончания холодной войны кадровики британской разведки, вербуя на работу в МИ-6 выпускников элитных университетов, предлагали им «защитить Великобританию и попробовать свои силы в традиционной борьбе с коммуниз¬мом». Теперь времена изменились, и мотивация вербовки молодых кадров соот¬ветственно претерпела изменения. В конце 80-х годов кадровики МИ-6 стали испытывать большие затруднения с кадрами. Выпускники университетов пере¬стали изъявлять желание идти на работу в разведку. Подбор кадров затруд¬нялся тем, что вербовщикам не разрешалось раскрывать свою принадлежность к спецслужбе. Большей частью они действовали под прикрытием частных фирм и организаций, стараясь привлечь желающих «романтикой военной карьеры в самых необычных условиях».
8. Спецпроверка. Одной из основных функций кадровиков МИ-6 считается спецпроверка (positive vetting). Все материалы, полученные в ходе изучения кандидата, концентрируются в так называемом досье спецпроверки будущих сотрудников разведки. Спецпроверка в британских спецслужбах всегда была на должном уровне. В специальных досье архива разведки отражались практи¬чески все периоды жизни каждого кандидата на работу в МИ-6.
9. Система «школьных друзей» и проверка благонадежности. Современный механизм подбора кадров обязательно предусматривает использование старых опытных сотрудников разведки, которые выходят на кандидатов и изучают их. При этом активно задействуются возможности контрразведки МИ-5, службы внутренней безопасности, а также различные технические средства, детекторы лжи, перехват корреспонденции, слуховой контроль, наружное наблюдение и т.д. Осуществляя проверку благонадежности кандидатов на работу в кадровом аппарате МИ-6, работодатели полагаются на систему рекомендаций проверенных лиц. Несмотря на жесткий контрразведывательный режим, существующая в богатой традициями Англии и по сей день система «школьных друзей» (“old boy system”) диктует собственные правила. Согласно этой системе самыми надежными гарантами благонадежности считались преподаватели и однокашники кандидата на работу в государственное учреждение. Особенно это относилось к тем, кто имел престижный диплом об окончании «элитных» английских школ.
Следуя этому правилу, в июле 1941 года сотрудник пиренейского отдела МИ-6 Томми Харрис порекомендовал начальнику пятого отдела МИ-6 (в пери¬од войны отдел внешней контрразведки был пятым) Феликсу Когиллу рассмот¬реть в качестве кандидата на должность руководителя пиренейского подотдела Кима Филби. Курировавший кадры заместитель шефа разведки полковник Вивьен в беседе со своим старым другом отцом Филби поинтересовался кемб¬риджским периодом Кима Филби, который, судя по материалам дела спецпро¬верки, увлекался идеями коммунизма. Старший Филби ответил Вивьену, что «это были школьные глупости Кима и сейчас он другой человек». Система «школьных друзей» и на этот раз сработала безотказно, и к сентябрю 1941 года младший Филби был оформлен в качестве сотрудника наиболее засекреченного отдела МИ-6, занимавшегося осуществлением долгосрочных операций по про¬никновению в аппарат советских органов безопасности. Здесь Филби получил доступ практически ко всем секретам британской разведки.
10. Чувство корпоративности. Корпоративные традиции весьма сильны в Великобритании, и это накладывает определенный отпечаток на всю систему английских спецслужб. Одним из концептуальных принципов кадровой работы МИ-6 считается внушение своим сотрудникам, что разведка — это корпорация, действующая строго по правилам командной игры. Это не бокс или теннис, здесь нужно строго подчиняться разработанной тренером стратегии и тактике поведения. В спецслужбах Британии считается, что лица, у которых отмечается крайний индивидуализм и неспособность быть «командным игроком», работать в разведке не должны. Видимо, в этом есть большая доля истины, потому что Филби, Блант, Томлинсон, Эйджи, Гордиевский, Калугин и другие известные источники конфликтов с собственными корпорациями были в высшей степени индивидуальны. Большим искусством кураторов британских спецслужб всегда являлась их способность найти золотую середину в тех ситуациях, когда «ко¬манде» для достижения заветной цели требуются «звезды», а не только «мас¬совка». Для этого прежде всего необходимо, чтобы в начальники структур спец¬служб не назначались «серые» личности, которые не переносят «ярких» инди¬видуальностей. Руководитель должен обладать непререкаемым авторитетом среди подчиненных ему профессионалов. Он должен быть лидером, наставником, во¬жаком. Иначе «индивидуалы» начнут «возникать», что рано или поздно приве¬дет к серьезному ущербу общему делу. Руководство должно устранять трения между коллективами штабов и личностями на всех уровнях.
11. Личные качества. К разведчику изначально во все времена предъявля¬лись жесткие требования — хорошая память, сильный характер, находчивость, хладнокровие, выносливость, ловкость, наблюдательность, умение читать мысли собеседника, скрывать свои чувства и мысли, не проявлять излишнего любопыт¬ства, умение логично и убедительно лгать, уметь пить, но не пьянеть, уметь кратко, точно и ясно излагать свои мысли.
К уже названным личным качествам кандидатов на работу в британскую разведку следует добавить еще одну характерную черту англичан, на которую еще в 1938 году обратил внимание начальник отдела немецкой разведки пол¬овник Абвера Пиккенброк. В своих мемуарах он отметил, что в течение ряда поколений англичан воспитывают на рассказах о Шерлоке Холмсе, «дух которого насквозь пропитал англичан, и они все мнят себя великими сыщиками, и каждый из них горит желанием разоблачить преступника, которого, прежде всего, видят в иностранцах».
Как это ни парадоксально, но считается, что идеальным сочетанием личных качеств, которыми должен располагать разведчик, обладал Ким Филби. Прежде всего, это твердые убеждения, верность избранным идеалам, упорство в достиже¬нии цели, твердость духа, крепкие нервы, умение переносить трудности, целеус¬тремленность. Всеми этими качествами Филби был наделен в избытке. К этому следует еще прибавить аристократическое происхождение, прекрасное образо¬вание, энциклопедические познания в области политики, науки, культуры, зна¬ние пяти иностранных языков, личное обаяние, умение держать себя в обществе, изысканный вкус — вот портрет человека, создавшего вокруг себя мощное поле притяжения, противостоять которому было чрезвычайно трудно.
К сказанному выше можно добавить несомненное влияние, оказываемое на психологический настрой британской молодежи средствами массовой информа¬ции, включая фильмы о Джеймсе Бонде, которые регулярно демонстрируются по британскому телевидению и в национальной сети кинотеатров.
Во всяком случае, те молодые британцы, которые решили посвятить себя профессии разведчика или контрразведчика, приходят в МИ-6 или МИ-5 уже достаточно подготовленными как информационно, так и психологически. Имен¬но из таких людей разведка и стремится набирать своих будущих сотрудников.
Преподавательский состав специальных учебных заведений старается до¬биться того, чтобы их слушатели, получив соответствующую профессиональную подготовку, обладали еще и такими качествами, как:
- навыки мгновенной оценки ситуации, сбора информации и ее анализа, оп¬ределения вида и характера угрозы;
- способность оперативно принимать грамотные решения;
- располагающий к общению безупречный внешний вид;
- инициативность;
- умение разрешать конфликтные ситуации;
- надежность в работе;
- способность правильно реагировать на критику;
- контактность;
- вежливость и знание правил хорошего тона;
- сдержанность и заинтересованность;
- высокие морально-этические принципы;
- обязательность в соблюдении законов;
- готовность идти на риск.
Прививая разведчику навыки получения информации, его приучают соблюдать следующие правила:
1) прежде всего, следует добиться доверия тех, кого вы собираетесь использо¬вать в качестве источника информации и, конечно, уметь сохранить его;
2) нельзя быть хорошим разведчиком, если одновременно не являешься цен¬ным источником информации для других. Этого можно достичь только непре¬рывным пополнением своих знаний и опыта;
3) никогда не следует пытаться вести пропаганду. Не следует позволять себе вступать в спор с человеком, которого обрабатываешь;
4) нельзя проявлять своих истинных чувств;
5) не следует прерывать собеседника с целью выяснения, кто он. Через неко¬торое время он обязательно скажет что-нибудь, что даст надлежащую зацепку для установления личности;
6) нельзя показывать, что вы хотите получить от собеседника конкретные интересующие вас сведения, и проявлять в разговоре любопытство. Чем его меньше, тем больше можно услышать. Лучший разведчик тот, у кого хватает терпения быть хорошим слушателем. Нужно научиться внимательно слу¬шать то, что хорошо известно, и делать вид, что пропускаешь мимо ушей то, что тебе по-настоящему важно. Люди, особенно занимающие высокие посты, просто откажутся разговаривать с вами, если у них возникнет хоть малейшее подозрение о вашем намерении добыть у них ту или иную информацию. Если же вам, напротив, удастся создать впечатление, что вы знаете гораздо больше, чем ваш потенциальный источник, он сам с улыбкой выложит все, что ему известно;
7) помнить о том, что многие люди не выдают тайн, которые касаются их профессиональной деятельности, но очень часто они считают, что не совершают преступления, выдавая тайны, принадлежащие другим;
8) прекрасным местом для сбора информации являются неофициальные обеды. При этом важно быть настоящим специалистом в какой-либо области, что позволит в ходе общения получать много интересных сведений от тех, кто просит консультации;
9) когда дело доходит до подкупа объекта вербовочной разработки, сле¬дует иметь «человека, готового заплатить, хорошую цену за сведения, кото¬рыми вы оба располагаете». Познакомив будущего источника с таким «поку¬пателем» информации, следует сделать все, чтобы обрабатываемый принял деньги. Остальное будет проходить просто и легко, следует только правиль¬но построить отношения с принявшим деньги лицом и тогда оно будет в вашей власти.
По мнению англичан, в сложных ситуациях женщины зачастую оказываются более решительны и при выполнении спецзадач в меньшей степени подвержены сомнениям и угрызениям совести за содеянное по сравнению с мужчинами. Женщины в составе МИ-6, по оценке специалистов-психологов, активны, педан¬тичны, расчетливы и холодны. Это помогает им быть хорошими разведчиками. Зачастую они выполняют свою работу лучше мужчин. Английские «мата-хари» используются в изучении объектов из числа иностранцев, смело идут на установление личных контактов, умело создают вербовочные ситуации и даже участвуют в проведении вербовочных бесед. Оперативная практика британских спецслужб показала, что весьма перспективным является использование женщин в мероприятиях по вербовке агентуры мужского пола, а увеличение женского персонала среди оперсостава МИ-6 в целом привело к повышению эффективности оперативной деятельности.


***

К числу важнейших объективных факторов, влияющих на кадровую политику разведслужб, относятся политические, экономические, научно-технические, правовые, социально-психологические, исторические, этнические и оперативные, которые оказывают существенное воздействие на кадровую политику разведки, имеющую для каждого государства и для каждого исторического периода свои характерные особенности.
Главным политическим фактором является стратегия государства, определя¬ющая стратегические установки разведывательной деятельности и оказываю¬щая прямое воздействие на формирование кадрового состава.
Характер межгосударственных отношений определяет масштабы и объекты разведывательной деятельности, статус пребывания разведчиков в разведывае¬мой стране, их количество, выбор прикрытия. А это в свою очередь влияет на численность кадрового состава, обусловливает подбор лиц, отвечающих опреде¬ленным требованиям (знание страны, языка, и т.д.).
Немаловажным фактором, влияющим на формирование кадровой политики в разведке, является расстановка политических сил в стране. Ведущие полити¬ческие партии и общественно-политические организации по мере своих возмож¬ностей стремятся приобрести прочные позиции в специальных службах с целью их использования для укрепления своего положения. Упрочение власти одной политической партии и ослабление другой периодически приводят к изменени¬ям структуры кадрового состава спецслужб, и в первую очередь в их руко¬водящих звеньях.
Экономические и научно-технические факторы также оказывают опреде¬ленное влияние на формирование кадрового состава разведки. Состояние эко¬номических, научно технических связей между государством, которое ведет раз¬ведку, и разведываемыми государствами, интересы монополий, транснациональ¬ных корпораций, олигархических группировок, задачи и объекты экономической и научно-технической разведок существенно влияют на численность, подбор и подготовку соответствующих специалистов для разведки. Развитие так называемой «новой» экономики, научно-технический прогресс ведут к возра¬станию роли и значения научно-технической разведки, ставят новые задачи, что в свою очередь приводит к принципиальным изменениям в инфраструк¬туре кадрового аппарата, расширению перечня профессий, необходимых для разведки.
Общие законы о государственной службе и нормативные акты самих разве¬дывательных служб создают правовую основу для формирования кадрового состава, его подготовки, прохождения службы, определяют его права и обязанности. Главное их назначение – создать аппарат спецслужб, который мог бы защищать интересы государства, быть гибким к изменению его внешней и внут¬ренней политики и неуязвимым для иностранных спецслужб.
В силу специфики деятельности разведывательных служб к лицам, поступа¬ющим на работу в разведку, предъявляются более высокие требования, чем к остальным категориям государственных служащих. Нормативные акты, изда¬ваемые руководством спецслужб, вводят целый ряд дополнительных ограничений для кадрового состава этих служб. При этом ведомственные нормы вторгаются в личную и общественную жизнь кадровых работников разведки, определяют изъятия в их правах, мотивируя это необходимостью внутренней безопасности. Сотрудники спецслужб ограничиваются в области политических, имуществен¬ных и личных прав. Так, для них устанавливается специальная регламентация семейно-брачных отношений, вводятся ограничения в личной жизни, выборе друзей и знакомых, поездках за границу.
Высокие требования к кандидатам на работу в разведку и соответствующие ограничения, вводимые нормативными актами для сотрудников спецслужб, со¬здают определенные трудности в формировании кадрового состава.
Социально-психологические факторы, такие как социально-политические условия в стране, национальные особенности населения, уровень образования, наличие безработицы и т.д., играют немаловажную роль в формировании кад¬рового состава разведок. Особенности национального характера влияют на си¬стему мер по отбору лиц на службу в разведку, продолжительность и тща¬тельность их проверки, правила поведения сотрудников разведки, режимные меры безопасности для кадрового состава.
Уровень образования в стране определяет степень образовательной и специ¬альной подготовки лиц, принимаемых в разведку. В большинстве западных стран, в том числе в США и Англии, все шире привлекаются лица с учеными степенями и званиями, крупные специалисты с опытом научно-исследователь¬ской работы.
Некоторые разведки (БНД, Моссад, САВАК, ИСИ Пакистана и другие) фор¬мировались при непосредственном участии спецслужб США (главным образом ЦРУ, которое, в свою очередь, переняло опыт работы старейшей разведки — МИ-6), что не могло не сказаться на направленности их деятельности, структу¬ре центрального аппарата и периферийных органов, системах приема и подго¬товки кадрового состава, его расстановке.
Естественно, что на кадровую политику разведки оказывают влияние оператив¬ные факторы, такие как оперативная обстановка в данный период времени, вклю¬чающая в себя степень остроты противоборства разведки с контрразведыва¬тельными органами стран, против которых ведется разведка, и состояние ре¬жимных мер в этих странах; уровень организации, масштабы, активность, тактика разведывательной деятельности, качество профессиональной и морально-волевой подготовки сотрудников, их умение проводить подрывные акции. Любой из этих факторов вызывает определенные изменения в кадровой политике. На¬пример, расширение сферы деятельности разведки, возрастание ее активности сразу же ведут к увеличению численного состава, возникновению новых структурных звеньев или расширению уже имеющихся. Изменение в формах и методах разведывательной деятельности требует перестройки подготовки и пере¬подготовки сотрудников разведки, обучения их новым методам и приемам. Однако необходимо иметь в виду, что оперативные факторы в некоторой степени переплетаются с политическими факторами, зависят от них и во многом определяются ими.
Субъективные факторы, влияющие на кадровую политику, отражают прежде всего, взгляды государственных чиновников (главы правительства или его представителя, осуществляющего руководство и контроль за деятельностью спецслужб) и руководителя спецслужбы на роль и задачи разведки, систему формирования кадрового состава, а также их отношение к сотрудникам. Как правило, приход к власти нового главы государства или нового правительства ведет к смене руководителя разведки, перестановкам в ее руководящем составе.
Глава государства (правительства) всегда пытается поставить во главе раз¬ведки преданного ему человека, укрепить руководящий состав своими людьми. Исходя из установок политического руководства страны, высшие должностные лица разведки на своем уровне разрабатывают меры по практическому осуще¬ствлению кадровой политики. Эти меры включают определение задач и функ¬ций кадрового состава, его численности и структуры, требований к личным и служебным качествам сотрудников, системы их подготовки, проверки и прохож¬дения службы. Личность руководителя разведки, стиль его работы существенно влияют на внутреннюю обстановку во всех подразделениях. Классическим яв¬ляется пример прихода в 1981 году на должность директора ЦРУ США У. Кейси, сумевшего буквально за считанные месяцы оживить внешнеполитичес¬кую разведку, пришедшую в упадок в эпоху Картера — Тёрнера.
К числу субъективных факторов, оказывающих воздействие на кадровый состав, можно отнести также публикации в прессе о деятельности спецслужб, особенно материалы, разоблачающие их конкретные акции, раскрывающие фа¬милии разведчиков и характер их действий. Такие публикации ведут к обо¬стрению обстановки в среде сотрудников разведки, вызывают у них нервоз¬ность, неуверенность, разочарование в своей деятельности, а также сомнения в ее полезности.
Таковы в целом объективные и субъективные факторы, влияющие на форми¬рование кадрового состава разведок. Естественно, что степень и характер их воздействия зависят от конкретной политической обстановки, исторического периода, национальной принадлежности конкретной разведки. Например, в ре¬зультате сокращения бюджетных ассигнований на деятельность ЦРУ после окон¬чания холодной войны общая его численность сократилась с 22 до 16 тыс. чело¬век. Немалую роль в этом процессе сыграли тяжелая моральная атмосфера, потеря высоких идеалов и целей, падение престижности профессии. Из-за фи¬нансовых трудностей был сведен к минимуму и прием на работу новых сотруд¬ников. Перестали функционировать центральное и 17 региональных отделений по набору персонала. Положение изменилось после назначения на пост дирек¬тора Центральной разведки Дж. Тенета и выделения Конгрессом США дополнительных ассигнований на деятельность разведсообщества на 1998—1994 финансовые годы в размере 1,8 млрд. долларов.


***

В силу специфики деятельности разведывательных служб к поступающим на работу в разведку предъявляются более высокие требования, чем к остальным категориям государственных служащих.
Так, за подбор кандидатов на работу в английскую разведку, их проверку оформление в штат, расстановку и кадровое сопровождение их последующей оперативной деятельности в структуре МИ-6 отвечает Административно-кадровый директорат (Personnel and Administration Directorate), призванный осуществлять штабные функции, решать административно-управленческие и юридические вопросы. Курирование кадровой работы возложено на одного из заместителей генерального директора МИ-6, которому подчинен начальник Административно-кадрового директората. Руководству директората правитель¬ством Великобритании были предоставлены полномочия вырабатывать крите¬рии приема на работу в государственные учреждения и фактически контроли¬ровать систему подбора кадров на государственную службу.
С 1979 года к набору персонала в разведку руководством директората стали привлекаться Комиссия по делам государственных служащих и университетс¬кие службы по вопросам трудоустройства.
В ноябре 1987 года премьер-министр М. Тэтчер учредила в своем аппарате должность советника по кадровым проблемам, в обязанности которого было вменено оказание помощи сотрудникам спецслужб Великобритании в разреше¬нии личных вопросов. На новый пост был назначен бывший высокопоставлен¬ный правительственный чиновник сэр Филип Вудфилд, получивший право пря¬мого доступа к министрам внутренних и иностранных дел для разрешения воз¬никающих вопросов.
Указанные меры свидетельствуют о том, что уровню ответственности руко¬водства Административно-кадрового директората МИ-6 за управленческие риски придается достаточно большое значение. Повышая уровень ответствен¬ности за кадровую работу, руководство МИ-6 стремится обеспечить руковод¬ство кадрового аппарата возможностью своевременно информировать высшее руководство спецслужбы обо всех возможных административных рисках, свя¬занных с просчетами и потерями в результате недоброкачественной «кадро¬вой работы».
Административный директорат ЦРУ занимается вопросами подбора, подго¬товки и переподготовки кадров, обеспечивает безопасность персонала и объек¬тов ЦРУ, осуществляет шифросвязь с резидентурами. Работу по приему новых сотрудников ведет специальный отдел по набору кадров. В его составе 12 направлений, сотрудники которых вместе с периферийными подразделениями ЦРУ занимаются подбором, изучением и предварительной проверкой кандида¬тов. Десять периферийных подразделений ЦРУ ведут поиск кандидатов в университетах и колледжах США.
Работа по подбору кадров и обеспечению безопасности в БНД ФРГ возло¬жена на 4-й отдел центрального аппарата, в котором имеются специальные рефераты (отделы), занимающиеся вопросами подбора кандидатов, их проверкой и оформлением на работу, безопасности кадрового состава разведки.
В разведслужбах разработана система мер по отбору лиц, отвечающих строго определенным требованиям. Среди этих требований основными являются следующие:
1. Политическая благонадежность. Она предполагает, что кандидат должен:
а) быть преданным существующему в стране государственному строю, не принимать участие в деятельности радикальной оппозиции;
б) относиться к высшим либо к средним социальным группам;
в) иметь гражданство данной страны (кандидат на работу в БНД обязатель¬но должен быть гражданином ФРГ не менее пяти лет);
г) принадлежать к основной в стране национальности. В американские разве¬дывательные службы принимаются граждане США преимущественно англосак¬сонского происхождения. Представителей других национальностей принимают при условии, что они родились в США, являются гражданами США и не имеют близких родственников в странах Восточной Европы. В американские спец¬службы в Европе принимаются на работу в разведку на второстепенные долж¬ности лица других национальностей (главным образом немцы). В разведку Великобритании принимаются преимущественно англичане, ФРГ — немцы.
2. Моральная и психологическая устойчивость. Необходимыми условиями для кандидата являются: наличие устойчивых морально-психологических ка¬честв, самообладание, умение не попадать под влияние других лиц, отсутствие судимости, долгов. Не допускается прием на работу лиц, имеющих склонность к употреблению алкогольных напитков, наркотиков и т.п.
3. Профессиональная пригодность. Для работы в разведывательных служ¬бах принимаются преимущественно лица с высшим образованием, имеющие крепкое здоровье, обладающие волевыми качествами, хорошей памятью, способ¬ностями к разведывательной работе, умеющие хранить тайну, устанавливать правильные взаимоотношения в коллективе, поддерживать корректные отношения с людьми.
При отборе кандидатов для работы в разведке учитывается, что ее сотрудни¬ки являются потенциальными объектами изучения со стороны иностранных спецслужб. Поэтому обязательно обращается внимание на необходимость от¬сутствия у кандидатов характерных черт «модели уязвимости личности». По¬добная модель была разработана в ЦРУ в 60-е годы. Она представляет собой некоторые проявления в поведении человека, позволяющие иностранным спец¬службам успешно вести его вербовочную разработку: отчужденное отношение людям; высокомерие; материальные трудности; супружеская неверность; пе¬реоценка личных качеств, выраженный эгоизм; подверженность резким колеба¬ниям в настроении, частым депрессиям и т.д.
Возрастной ценз для вновь принимаемых на работу в разведку — от 20 до 35 лет.
Особая тщательность подбора лиц по профессиональной пригодности, высо¬кому общеобразовательному уровню существует, в частности, в ЦРУ. В этом Разведывательном ведомстве 75 процентов сотрудников имеют университетское образование, 10 процентов – ученые степени. В ЦРУ работают выпускники 60 университетов и 700 других высших учебных заведений США: они представляют свыше 280 областей науки. 75 процентов сотрудников владеют иностранными языками, из них 38 процентов — одним, 18 процентов — двумя, 14 процентов — тремя, 5 процентов — четырьмя и более.
В брошюре ЦРУ, которая вручается лицам, подбираемым для работы в раз¬ведке, говорится: «ЦРУ требуются молодые мужчины и женщины, которые хо¬рошо разбираются в вопросах истории, мировой экономики, политики. ЦРУ за¬интересовано в людях, которые умны, находчивы, обладают хорошим характе¬ром, умеют располагать к себе собеседника, готовы взять на себя обязательство работать в глуши и, если необходимо, посвятить свой талант и энергию подвигам, которым суждено остаться анонимными».


***

Комплектование кадрового состава разведывательных служб осуществ¬ляется в индивидуальном порядке с помощью методов административного и протекционного подбора, а также иногда путем приема лиц, инициативно предложивших свои услуги («добровольный» метод). На практике эти ме¬тоды часто применяются в сочетании друг с другом, и такой метод можно назвать смешанным.
В годы Второй мировой войны американцы применяли групповой отбор кан¬дидатов на работу в разведку, разработанный Управлением стратегических служб (УСС). После окончания войны и упразднения УСС от этого метода они отка¬зались. В конце 70-х годов подразделения ЦРУ, занимавшиеся вопросами под¬бора кадров, использовали групповой метод для набора сотрудников для работы в научно-техническом и информационно-аналитическом директоратах и в дру¬гих обслуживающих службах и отделах.
Административно-кадровый отдел ЦРУ из отбираемых кандидатов отсеива¬ет 75 — 80 процентов из-за несоответствия предъявляемым требованиям, еще 10 — 11 процентов — после специальной проверки на благонадежность. Таким образом, принимаются, как правило, не более 10 процентов из общего числа отобран¬ных кандидатов. В разведке ФРГ подбор кандидатов еще более жесткий. Из общего числа подбираемых кандидатов только около 5 процентов принимается на работу в разведку.
Протекционный метод подразумевает наличие у кандидата рекомендации для поступления на работу в разведку от официальных учреждений или от ого до трех — пяти авторитетных для разведки лиц из близкого окружения рекомендуемого. Так, для поступления в разведку ФРГ необходимо поручительство трех лиц — граждан ФРГ, а также наличие других пяти лиц (не родственников), которые могут подтвердить правильность данных, сообщенных о себе кандидатом при поступлении в разведывательную службу. Рекомендации помимо характеристики рекомендуемого содержат гарантии ответственности рекомендующего. Этот метод активно используется в разведке Великобритании, и особенно в разведке ФРГ, в которой работают многие родственники или близкие знакомые бывших сотрудников БНД.
Протекционный метод применяется и при назначении руководящих работников разведывательных служб.
Во многих разведывательных службах до 70-х годов «добровольный» метод применялся относительно редко. Однако в начале 70-х годов некоторые разведывательные ведомства стали публиковать объявления о приеме на работу в разведку и расширили прием лиц, инициативно изъявляющих желание служить в спецслужбах. Привлекательность этого метода состоит в том, что в разведку отбираются люди, которые хотят в ней работать, то есть чувствующие к этой работе призвание. Наиболее широко данный метод применялся и применяется при подборе кандидатов в некоторые разведывательные службы США, руководители которых считают, что отрицательные моменты такого метода можно устранить тщательной проверкой.
ЦРУ постоянно выпускает информационно-справочные материалы, в которых сообщается, какие специалисты требуются для работы в разведке, и излагаются возможности карьеры для тех лиц, которые свяжут свою судьбу с работой спецслужбах. В одном из проспектов о наборе специалистов давался перечень профессий, представляющих наибольший интерес для американской разведки. В частности, приглашались: инженеры различных специальностей, программис¬ты, физики, химики, математики, психологи, географы, картографы, экономисты, аналитики, специалисты в области политических наук, международных отно¬шений, лингвистики, истории, журналистики и библиотечного дела. Предпочте¬ние отдавалось людям, обладающим аналитическим складом ума, и лицам, свя¬занным по характеру работы или учебы с изучением проблем иностранных го¬сударств.
В американской прессе периодически публикуются объявления ЦРУ, при¬глашающие на работу в разведку. Вот одно из них: «Мы ищем Вас, отважные мужчины и женщины, готовые к риску и опасностям. Таких, как Вы, немного: возможно один из тысячи. Если Вы считаете себя смышленым, самостоятель¬ным, решительным человеком, нам нужна Ваша помощь в деле сбора разведыва¬тельной информации и выявления достоверной картины того, что происходит в мире. Вы будете принадлежать к самой элитной группе мужчин и женщин. Принятым кандидатам придется целиком полагаться на собственную сообрази¬тельность, искусство и инициативу, поскольку эти и только эти качества ценятся при работе за рубежом и при продвижении по служебной лестнице. Работая у нас, Вы приобретете ценнейший опыт, ибо предлагаемые нами возможности по¬зволят развить Ваши способности руководить людьми, принимать решения, творчески мыслить, работать в коллективе».
В некоторых вузах на доске объявлений указаны часы, когда сотрудник ЦРУ принимает желающих поступить на работу в разведку. Во время беседы сотрудник ЦРУ знакомит студента с брошюрой, в которой кратко рассказывается о значении разведки. Конкретных сведений, на основании которых кандидат мог бы составить представление о характере работы в разведке, брошюра не содержит.
В ФРГ до 1975 года лица, предлагавшие услуги разведке, обычно брались в оперативную разработку как подозрительные. Однако, начиная с 1975 года, руководители подразделений БНД высказывались за большую гласность в работе по подбору кандидатов, в частности за опубликование объявлений в прессе о приеме на работу в разведку.
Кадровики МИ-6 долгое время были лишены возможности использовать рекламу для привлечения в свои ряды пополнения. С недавних пор в англий¬ских газетах стали публиковаться предложения о приеме на работу и номера телефонов для получения справочной информации. Теперь открыто указывает¬ся, что заявления о поступлении на работу в эту спецслужбу следует посылать по адресу: РО Box 3255, London SWIP 1АЕ.
В перечень требований, предъявляемых к будущему сотруднику МИ-6, вхо¬дят: «незапятнанная биография, благонадежность, наличие аналитических спо¬собностей, пунктуальность в работе, умение объективно оценивать обстановку, отсутствие склонности к злоупотреблению спиртными напитками, взвешенность, высокоразвитый интеллект, инициативность, коммуникабельность и способность легко сближаться с людьми, гибкость мышления, умение разбираться в людях, организаторские способности, самообладание, терпение, выдержка и упорство в достижении цели».
Наиболее универсальным методом комплектования кадров является смешан¬ный метод, которым пользуются некоторые разведывательные ведомства и службы США. В его основе лежит принцип подбора лиц, изъявивших желание работать в разведке.
Проверка. Этот процесс длится около года и более. Его целью является изучение кандидатов на соответствие предъявляемым сотрудникам разведки требованиям. Рассмотрим некоторые элементы проверки кандидатов на работу в ЦРУ, БНД и СИС.
На первой стадии проверки и изучения лицам, согласившимся работать в ЦРУ, выдается для ознакомления и подписания информационная форма № 1, которая состоит из трех пунктов:
а) материалы, раскрывающие основные задачи ЦРУ, определенные Законом о национальной безопасности США 1947 года;
б) требования к кандидату;
в) сообщение о его тщательной проверке и о том, что право приема кандида¬та на работу принадлежит только ЦРУ. В информационной форме № 2, тоже подписываемой кандидатом, сообщается о том, что кандидат будет проверяться на полиграфе.
Одновременно кандидат на работу в разведку ставится на учет как посту¬пивший на работу в государственное учреждение. Он заполняет в двух экземпля¬рах анкету-биографию, которая состоит из 25 разделов и содержит более 250 вопросов. Медицинская карта содержит 40 вопросов, на одну часть из них кан¬дидат дает ответ сам, на другую — медицинская комиссия.
После заполнения кандидатом анкеты кадровые подразделения разведки проводят его тщательную проверку.
1. Кандидат проверяется по учетам федеральных учреждений: ФБР (у по¬ступающих на работу берутся отпечатки пальцев, и производится проверка по дактилоскопической картотеке ФБР), бюро по обеспечению кадрами государ¬ственных учреждений, следственного подразделения министерства обороны, министерства транспорта, службы иммиграции и натурализации, госдепартамента (по визовой картотеке), налоговой службы и при необходимости по материалам других учреждений и ведомств.
В случае возникновения неясных вопросов кандидат приглашается для беседы в службу внутренней безопасности разведки.
2. Проверка осуществляется с учетом предыдущих 15 лет жизни кандидата, а молодого – с 17-летнего возраста. Подлинность происхождения устанавливается по журналу регистрации его рождения. Исследуются документы, которые представил и на которые сослался проверяемый, допрашиваются свидетели и проверяются архивы организаций, в которых он ранее работал.
3. В ходе проверки кадровые подразделения ЦРУ получают не менее пяти характеристик от лиц, знающих кандидата. Лица, дающие их, несут ответственность за правильность даваемых характеристик.
4. Материалы проверки направляются в специальные подразделения ЦРУ для оценки по двум критериям пригодности кандидата для работы в ЦРУ: «год¬ность» и «степень надежности».
5. При положительном решении кандидат направляется на углубленное ме¬дицинское обследование, проходит серию психологических тестов, а иногда и беседу с психиатром.
6. На конечном этапе кандидаты проходят проверку на полиграфе. Предва¬рительно задается ряд контрольных вопросов с тем, чтобы определить реакцию кандидата. Ограничений во времени при испытании на полиграфе не устанав¬ливается. По решению директора ЦРУ кандидаты освобождаются от испы¬таний на полиграфе лишь по причине слабой физической подготовки или беременности.
7. Повторная проверка сотрудника проводится через пять лет, в ходе кото¬рой осуществляется сбор сведений по месту жительства, проводятся беседы с руководителями подразделения, где работает сотрудник, а также испытания на полиграфе.
Следует здесь отметить, что решение о регулярном, не реже одного раза в 5 лет, прохождении сотрудниками ЦРУ проверок на «детекторе лжи», было принято руководством этой службы после разоблачения О. Эймса в 1994 году.
Ранее такие проверки практиковались в основном при отборе кандидатов на зачисление в ЦРУ, а также при проведении расследований в отношении лиц, подозревавшихся в измене или серьезных нарушениях секретных правил, как это практикуется и поныне в БНД и СИС. При новом же порядке им стали подвергать даже опытных, ничем не запятнавших себя работников, особенно возвращения их из загранкомандировок. Многие сотрудники считают эту процедуру унизительной и высказывают намерения уволиться из разведки. В связи с проверками на полиграфе моральная атмосфера в ЦРУ находится на «критическом уровне», так как оперативные работники не знают, выдержат ли они очередное «тестирование», которое стало проводиться практически ежегодно. В итоге текучесть кадров в ЦРУ за последние годы удвоилась и достигла 20 процентов. По оценке руководства, такое положение привело к деквалификации профессионального уровня сотрудников разведки, существенному сокращению объемов добываемой ЦРУ информации и снижению ее качества.
По заказу ЦРУ Гарвардским университетом разработана применительно к различным должностям и видам работы система испытаний (тестов). Испытания позволяют не только определить уровень общеобразовательной подготовки кандидата, но и проверить его физические данные и психические качества, напри¬мер внимательность, сообразительность, быстроту реакции, силу воли и выдер¬жку, умение завязывать связи и оказывать влияние на других людей, не подда¬ваться чужому влиянию и т.д.
На второй стадии отбора, к которой допускаются лица, прошедшие тестирова¬ние, проводится конкурсная проверка общеобразовательной и специальной подго¬товки, знание иностранного языка, умение анализировать материалы и т.д.
Для поступающих в ЦРУ устраиваются устные и письменные экзамены по английскому и иностранному языкам, математике, логике, политической подго¬товке и некоторым другим предметам. Оценивается не только качество знаний, но и быстрота и оригинальность ответов и решений.
Результаты проверки и испытания учитываются в баллах. Лица, пользующи¬еся льготами, например бывшие военнослужащие или награжденные орденами, получают дополнительные баллы.
Наряду с конкурсным порядком приема на работу в разведку США для определенного круга руководящих работников, а также крупных специалистов аналитических подразделений существует особый порядок назначения, без кон¬курса. Однако и в этом случае проверяется благонадежность принимаемых в разведку лиц.
Несмотря на сложность проверки, она не всегда оказывается эффективной, и на работу в ряде случаев попадают нежелательные для ее руководства лица.
Действует система повторных проверок, которые проводятся негласно при переводе разведчика на другую, более важную должность или в другой разве¬дывательный орган.
Для поступления на работу в БНД кандидат заполняет специальную анкету, в которой указывает общие сведения о себе, партийность, образование, знание иностранных языков, данные о поездках за границу, в том числе транзитный проезд через страны Восточной Европы, наличие родственников и знакомых в этих странах, характер связей с ними (если есть), контакты с представителями иностранных спецслужб. Кандидат должен также перечислить адреса прожи¬вания за последние десять лет, в том числе во время отпусков, сообщить, име¬ются ли у него долги, чем увлекается. Кроме того, заполняющий анкету указы¬вает фамилии и адреса пяти лиц (не родственников), которые могут подтвер¬дить правильность изложенных им данных, а также установочные данные трех других лиц, рекомендующих его на работу в государственное учреждение.
Работа по проверке пригодности кандидата ведется длительный период и продолжается от полутора до двух лет. Она включает комплекс следующих мероприятий: проверка достоверности анкетных и биографических данных; беседы с руководителями учреждений и учебных заведений; проверка по учетам спецслужб ФРГ, полиции, разведывательных и контрразведывательных орга¬нов стран НАТО, в первую очередь США, Великобритании, Франции; установка по месту жительства; изучение через агентуру; проведение оперативно-технических мероприятий; проверка через резидентуры БНД, органы контрразведки и полицию (если имеется возможность) тех стран, где находился кандидат; изучение и проверка личных качеств с помощью тестов, которые проводятся психологами, оперативными сотрудниками БНД, выступающими под различными прикрытиями; медицинское освидетельствование.
Действует правило, что лица, имеющие близких родственников в странах Восточной Европы, на работу в БНД не оформляются. При наличии у кандидата в этих странах дальних родственников вопрос о его приеме рассматривается только при условии, что его связь с ними ограничивается обычной почтовой перепиской, и нет взаимных посещений. В случае принятия положительного решения поступающий дает письменное обязательство не поддерживать никаких связей с этими родственниками.
Если подбираемый кандидат или его близкие родственники имеют связи с гражданами бывших социалистических стран, и эти связи не носят случайный характер, то вопрос решается, как правило, отрицательно.
При приеме на работу в БНД учитываются не только поездки кандидата и его жены (мужа) в страны Восточной Европы, но и любое их пребывание за границей за последние десять лет, исключая туристские поездки. Вопрос о при¬еме на работу в БНД лица, находившегося в длительной зарубежной команди¬ровке, рассматривается только через три года после его возвращения в ФРГ.
БНД проверяет соблюдение кандидатом легенды прикрытия будущей работы в разведке. Отклонение от легенды является основанием для отказа в приеме. Такая же практика существует и в МИ-6.
Проверке подвергаются все кандидаты на работу в МИ-6, независимо от дол¬жности, на которую они будут приниматься. Ее осуществляют кадровые под¬разделения разведки, которые при необходимости подключают к этой процеду¬ре контрразведывательные и полицейские органы.
Особое внимание уделяется вопросу о пригодности кандидата для работы в разведке и правдивости сообщенных им о себе данных.
Как правило, кадровики МИ-6 не принимают на работу тех кандидатов, кото¬рые сообщили о себе сведения, не поддающиеся проверке, которая может осуще¬ствляться гласными и негласными методами и вестись за длительный период жизни кандидата.
В проверке будущих сотрудников активно используются имеющиеся у кад¬рового аппарата оперативно-технические возможности, в том числе и полиграф.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:07

Профессиональная пригодность кандидата на работу в британскую разведку, как правило, определяется психологическими методами, включающими в себя различное тестирование и проверку общеобразовательной подготовленности кандидатов: высшее образование, специальное образование, опыт работы в силовых и специальных структурах. Именно эти сведения позволяют определить уровень наличия у сотрудников базового опыта в области обеспечения безопасности и общей подготовки в специфических областях различных участков деятельности разведки, а также судить о перспективах продолжения их карьеры в спец¬службе.
Чтобы окончательно убедиться в пригодности прошедших проверку кандидатов для работы в разведке, иногда практикуется прием их на работу в качестве стажеров с определенным испытательным сроком, после которого они могут быть оставлены на работе в разведывательном органе или уволены по служебному несоответствию.
С целью определения физической подготовки будущего разведчика от кандидата требуется прохождение специального медицинского освидетельствования. Такой подход позволяет быстро и эффективно составить исчерпывающее представление о физическом состоянии будущего сотрудника и соответственно планировать его возможное использование на конкретном рабочем месте.
Как уже говорилось выше, при комплектовании своего кадрового состава МИ-6 использует специально разработанные автоматизированные системы компьютерных тестов, включающих в себя несколько сот вопросов. Основной акцент при этом делается на интеллект, психику, эмоционально-волевую сферу, честность и порядочность. Как правило, успешно проходят такое тестирование следующие контингенты лиц:
- мужчины в возрасте 25—35 лет;
- семейные кандидаты, имеющие детей;
- бывшие военнослужащие и оперативные сотрудники правоохранительных органов и спецслужб;
- лица с практическим складом ума, дорожащие работой и руководствующиеся правилом «лучше синица в руке, чем журавль в небе».
При решении вопроса о зачислении в штаты разведки принимается во внимание наличие у кандидата родственников за границей, этнографические, религиозные и иные особенности. Не принимаются на работу алкоголики, наркоманы. Отдается предпочтение людям с сильной волей, хорошей памятью, способным владеть собой в любых ситуациях, наблюдательным, смелым и находчивым, способным оказывать влияние на других людей, с аналитическим складом мышления.
Ответственность за подбор кандидатов на работу в аппарат разведки, включая их проверку на благонадежность, возложена на Административно-кадровый директорат центрального аппарата разведки. Согласно существующим правилам, сотрудник МИ-6 должен являться подданным Великобритании и, по крайней мере, один из его родителей должен быть британским подданным. В тех случаях, когда кандидат на работу не является уроженцем Великобритании, необходимо, чтобы последние 10 лет он проживал на территории страны. При этом кадровая политика МИ-6 провозглашает правило: «отбор кандидатов на службу и продвижение их по службе происходит на основании их личных заслуг, независимо от этнического происхождения, расовой принадлежности, религии и сексуальной ориентации».
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:09

Подготовка кадрового состава

В системе подготовки кадрового состава разведывательных служб можно выделить общую, курсовую и индивидуальную подготовку.
Общая подготовка предполагает получение большого объема знаний и позволяет претендовать на получение соответствующих званий и рангов. Как правило, она проходит на базе разведывательных школ, законспирированных режимных объектов разведок. В некоторых случаях обучающиеся наряду со специальной подготовкой получают и высшее гражданское образование. Стабильность программ, преподавательского состава и учебно-материальной базы обеспечивает получение в учебных заведениях большего объема знаний и навыков по сравнению с курсовым и самостоятельным обучением. Школьную форму обучения чаще всего используют разведки, испытывающие значительную потребность в новых кадрах. В настоящее время она наиболее широко развита в разведке США.
Курсовая подготовка предполагает обучение по профилю и характеризуется динамичностью, многообразием сроков (от нескольких дней до двух лет). Она мало отличается от общей, если организуется с использованием учебно-материальной базы и преподавательского состава разведывательных школ. Малочисленные курсы зачастую работают на конспиративных квартирах. Программа обучения на курсах приспосабливается к потребностям каждого набора.
Как правило, группа состоит из пяти — десяти человек. Курсовая подготовка преобладает в разведках Англии и ФРГ, которые набирают кадры с высшим образованием и знанием иностранного языка, что в значительной мере сокращает объем и сроки подготовки.
Широко применяется система курсов по переподготовке сотрудников раз¬ведки, повышению их квалификации, специальной подготовке перед выездом на работу за границу.
Индивидуальная подготовка существует для обучения сотрудников нелегаль¬ной разведки, лиц, приходящих в разведку на высшие должности.
В случае необходимости сотрудники разведки для изучения иностранных языков, получения необходимых знаний или специальности направляются в гражданские учебные заведения, такие как Принстонский и Колумбийский уни¬верситеты в США, Кембриджский и Оксфордский университеты в Англии, Гейдельбергский — в Германии. Разведчики либо выделяются в самостоятельные группы, либо включаются в группы студентов вуза, что обеспечивает лучшую их конспирацию и установление полезных контактов среди будущих специалис¬тов. При этом разведслужбы учитывают, что во время учебы в гражданских вузах будущие разведчики находятся вне контроля, общаются с другими сту¬дентами, в том числе и с иностранцами, через которых с ними могут установить контакты представители других разведок.
Содержание подготовки. Программа обучения кадрового состава разведки предусматривает:
а) политическую и идеологическую подготовку (как правило, спецслужбы стремятся воспитывать свои кадры на основе национальных традиций, убеждая обучающихся в превосходстве своей нации и своей разведки над разведками других государств);
б) профессиональную подготовку (методы ведения разведки, изучения орга¬нов безопасности иностранных государств и т.п.);
в) страноведческую и языковую подготовку (изучение страны, против которой будет работать разведчик, в том числе ее исторических, географических, экономических и политических особенностей, языка, режима пребывания иностранцев и т.д.).
Основной акцент в процессе обучения делается на практические занятия, учебные игры.
Содержание и методику подготовки разведчиков полезно рассмотреть на примере германской разведки.
Для подготовки кадрового состава и повышения его квалификации в БНД имеется своя школа (цифровой код — 91).
Подразделения школы размещаются в г. Кёльне, Мюнхене, Штарнберге, Вайльхайме. Отдельные учебные помещения размещаются и на территории, занимае¬мой центром БНД в Пуллахе. По информации начальника разведшколы гене¬рала Кёнена (Klaus Coenen), в 1994 году в учебном заведении БНД прошли подготовку и повышение квалификации 549 человек, в 1995 году — 644. В школе имеется 5 относительно самостоятельных подразделений:
1. Отдел руководства и поддержки (разрабатывает учебные курсы, планы, организует учебный процесс, занимается материально-техническим обеспечени¬ем и т.д.).
2. Факультет по подготовке оперативных сотрудников для разведыватель¬ного отдела (управления) (Lehrgruppe ND — Laufbahn).
3. Факультет по подготовке технических сотрудников (Technik).
4. Факультет по изучению иностранных языков.
5. Факультет по подготовке сотрудников дружественных спецслужб иност¬ранных государств.
Отличительной особенностью преподавательского состава разведшколы яв¬ляется тесная связь с практическими подразделениями. Преподаватели специ¬альных дисциплин приходят с практической работы и примерно через пять лет работы в школе вновь уходят в оперативные или аналитические подразделения. Это позволяет вести обучение с учетом изменений в оперативной обстановке. Каждый преподаватель готовит эксклюзивный лекционный курс, тексты лекций в спецбиблиотеку не передаются. Это связано, прежде всего, с требованиями конспирации, но, по мнению руководства школы, затрудняет контроль за мето¬дикой преподавания. Преподаватели других дисциплин (правовых, иностран¬ных языков) работают в школе более длительное время.
Содержание и сроки подготовки в школе зависят от места работы (оператив¬ное, техническое, аналитическое управление) и должности, на которую зачислен или планируется обучаемый.
Так, в процессе обучения руководителей разного ранга начальная подготов¬ка составляет 8 недель. Она является общей для сотрудников всех управле¬ний. На этом этапе изучается структура БНД, задачи и особенности работы каждого из управлений, практика их взаимодействия, вопросы общения и уп¬равления коллективом, отрабатываются разведывательные навыки. Изучают¬ся также правовые дисциплины. После окончания начального срока обучения руководство и кадровый аппарат определяют будущее место работы слушате¬ля, и в зависимости от этого проводится его дальнейшая подготовка. Сотрудники разведывательного управления обучаются 17 недель, технического — 4 недели, аналитического - 4 недели, контрразведки — 5 недель. После этого слушатель может быть определен в резерв выдвижения и пройти еще 8-недельный курс подготовки.
Основной профиль подготовки в школе - подготовка лиц, которые ранее не работали в государственном аппарате, то есть подготовка сотрудников среднего звена (на базе среднего образования). Она осуществляется в течение трех лет. Примерно такую же (по срокам) подготовку проходят госслужащие всех министерств и ведомств, но в зависимости от профиля их работы изучаются разные дисциплины.
В школе БНД в процессе обучения проходят следующие этапы:
1-й этап - 6 месяцев — общая подготовка, где изучаются в основном обще¬теоретические дисциплины. Слушатели получают знания в области права, пси¬хологии, информации и т.п.
2-й этап — 1 месяц — ознакомительная практика в подразделениях разведки.
3-й этап — 5 месяцев — практика на конкретной должности под руковод¬ством наставника.
4-й этап — 6 месяцев — теоретическая подготовка.
5-й этап — 12 месяцев — стажировка.
6-й этап — 6 месяцев — преддипломная подготовка.
По окончании учебы слушателям выдается диплом.
Подготовка аналитиков. Как правило, для работы в аналитических подразде¬лениях первоначально подбираются лица, имеющие опыт такой работы в других учреждениях и организациях, не связанных с БНД. По мнению руководителей школы, такой человек, прежде всего, должен быть аналитиком, а уже потом овла¬девать профессией агентуриста. В связи с этим в БНД существует постоянный обмен кадрами между оперативными и аналитическими подразделениями. Про¬цесс обучения, как и на других потоках, начинается с начальной подготовки (общетеоретической, правовой), а затем идет непосредственно специальная под¬готовка аналитиков. Трудность обучения состоит в том, что приходящие из раз¬личных ведомств аналитики использовали и различные методики анализа. Поэтому, прежде всего, необходимо показать, что есть разные методики, в том числе и методика разведывательной оценки и анализа информации. Для БНД харак¬терна модульная система подготовки. На первом этапе проводятся семинарские занятия в течение 4 — 5 недель. Затем слушатели работают на своих местах под наблюдением опытных работников, которые проводят дальнейшее обучение молодежи, выявляют их сильные и слабые стороны подготовки. Наиболее под¬готовленные слушатели привлекаются для проведения занятий с более молоды¬ми; выявление слабых сторон отдельных лиц показывает, в каких направлениях следует продолжить их обучение.
Преподавание иностранных языков ведется примерно 20 часов в неделю общим объемом до полутора тысяч часов. Упор делается на разговорную практику.
В связи с исчезновением социалистического лагеря и развалом СССР зна¬чительно расширился факультет подготовки и повышения квалификации сотрудников дружественных (для Германии) спецслужб иностранных государств.
В настоящее время на этом факультете проходят подготовку преподаватели спецслужб Чехии, Словакии, Литвы, Польши и ряда других стран. Основная цель образования таких групп подготовки (их общее название 91g) — укреп¬ление сотрудничества, взаимопонимания, оказание помощи в создании различ¬ных лабораторий (фото-, видео-, спецтехники). Школой БНД составляется перечень потоков на год и направляется в первое (разведывательное) управле¬ние, на которое возложены не только оперативные задачи, но и функции координации с иностранными спецслужбами. Последние знакомятся с пред¬лагаемым перечнем потоков, сроками обучения и направляют в БНД заявку на обучение своих представителей. Заявок поступает, как правило, 100 — 120, но школа имеет возможности проводить обучение до 40 потоков. Естествен¬но, что БНД выбирает, из каких стран и на какие потоки следует пригласить слушателей. Потоки небольшие как по количеству обучаемых (5 — 7 чело¬век), так и по продолжительности, например, на работу с источниками отво¬дится 2 недели, анализ информации — 2 недели, техническую поддержку (использование аудио-, видеоаппаратуры, изучение компьютерных техноло¬гий) — 1 неделя.
Эти потоки преподаватели школы могут проводить как на территории ФРГ, так и на территории других стран (куда разрешен выезд сотрудникам БНД). Если обучение проводится на территории других стран, количественный состав слушателей может быть больше. Потоки «борьба с наркобизнесом и отмывани¬ем денег» (2 недели) и «обучение менеджменту» (2 недели) проводятся только на территории ФРГ, так как для проведения занятий на этих потоках приглаша¬ются высокопоставленные сотрудники и практические работники разных под¬разделений БНД и других ведомств.
По данным руководства школы БНД, в настоящее время примерно 80 про¬центов всех потоков на данном факультете проходят на территории ФРГ. Одна из причин такого положения в том, что ряд стран, прежде всего восточноевро¬пейских, не имеют достаточных средств для оплаты командируемых в эти стра¬ны преподавателей разведшколы. Разумеется, немаловажным фактором явля¬ются и соображения собственной безопасности.
Разумеется, в кадровом отношении разведка ФРГ является относительно дорогостоящей. Однако это, видимо, тот самый случай, когда цель оправдывает средства. Эффективная спецслужба дешевой быть не может. За время суще¬ствования БНД число громких разоблачений ее оперсостава ничтожно мало по сравнению с разведками других ведущих стран. Это также касается и ее аген¬туры, что объясняется как жесткими требованиями конспирации, так и особен¬ностями организации работы БНД со своими оперативными источниками.





***

Подготовка сотрудников ЦРУ осуществляется в школе стратегической раз¬ведки в Вашингтоне. Сотрудники разведки госдепартамента обучаются в Ин¬ституте заграничной службы госдепартамента в Арлингтоне (близ Вашингто¬на). В штате Северная Каролина, неподалеку от г. Хертфорд, находится крупный учебно-тренировочный комплекс ЦРУ Harvey Point Defense Testing Activity, на базе которого проходят подготовку оперативные работники ЦРУ, участвующие в проведении тайных специальных операций.
Для системы подготовки кадров американской разведки характерно сочетание обучения разведчиков в специальных разведывательных школах с обучением в обычных военных и гражданских учебных заведениях, где для них создаются особые группы. Использование обычных учебных заведений для подготовки разведчиков позволяет привлекать более опытные преподавательские кадры и использовать обширную учебно-материальную базу этих учебных заведений. Однако такой метод подготовки может привести к преждевременной расшифровке разведчиков.
Программа обучения разведчика включает теоретический и практический курсы. В американских разведывательных школах, как и в ФРГ, исключитель¬ное внимание уделяется практическим занятиям. На них подвергаются анализу наиболее крупные разведывательные операции, проведенные разведкой США и разведками других стран.
Большое внимание уделяется работе с учебными объектами. Например, разведчики обучаются методике опроса военнопленных, проведения встреч и тайниковых операций с агентами. Роль пленных и агентов выполняют сами учащиеся. При этом ставится задача — не только получить практические навыки в осуществлении определенных разведывательных действий, но и по¬бывать в положении противной стороны, прочувствовать состояние агента, аре¬стованного и т.д.
Серьезное внимание уделяется изучению иностранных языков. В последние годы заметно повысились требования к языковой подготовке разведчиков.
В докладе правительственной комиссии о деятельности разведки США выд¬вигается требование, чтобы официальные представители США, в том числе и разведчики, могли писать, бегло говорить, правильно понимать не только об¬щеупотребительные слова, но и идиоматические выражения на языке страны пребывания.
Языковую подготовку сотрудники ЦРУ получают в специальных школах и на курсах. На этих курсах ведется подготовка более чем по 30 языкам. Про¬грамма изучения языков строится дифференцированно. В зависимости от спе¬циализации слушателя и трудности изучаемого языка продолжительность обу¬чения колеблется от нескольких недель до года и более.
В результате, примерно 40 процентов сотрудников ЦРУ знает один иностран¬ный язык, более 32 процентов владеет двумя или тремя иностранными языками.
Период пребывания в школе или на курсах используется для продолжения изучения и проверки будущего разведчика. Окончательно определяется его пригодность для работы в разведке и устанавливается, на какую работу и на какую должность его целесообразно зачислить.
Во время работы в разведке сотрудники периодически проходят переподго¬товку и сдают квалификационные экзамены, что обычно связано с продвижени¬ем по службе.
Переподготовка разведчиков проводится, как правило, при разведывательных школах и иных специальных учебных заведениях, например, в Национальном военном колледже, в Национальной академии ФБР и других. Сотрудники резидентур американской разведки в странах Восточной Европы проходят крат¬ковременную переподготовку в разведывательной школе, в г. Гармиш-Партенкирхене (ФРГ), где их знакомят с оперативной обстановкой и методикой работы контрразведывательных служб в восточноевропейских государствах.
Переподготовка проводится и без отрыва от работы в форме различного рода собеседований и семинаров, а также написания рефератов и теоретической разработки вопросов, связанных с разведывательной деятельностью. В после¬дние годы в американской разведке наблюдается тенденция — обучать развед¬чиков смежным специальностям, что расширяет возможности для маневрирова¬ния кадрами.


***

Кандидатов на работу в МИ-6, прошедших проверку на благонадежность, также направляют для получения профессиональной разведывательной подго¬товки в специальные учебные заведения.
Система специальных учебных заведений существовала в Англии уже в пе¬риод Первой мировой войны. Тогда разведшколы являли собой синтез апроби¬рованных принципов старых и новейших методов разведки. Система обучения включала в себя политическую и профессиональную подготовку. При необхо¬димости она дополнялась обучением в Кембриджском или Оксфордском уни¬верситетах. В основном акцент делался на подготовку слушателей к противо¬борству с определенным противником, чьи сильные и слабые стороны были заранее известны.
С конца 40-х годов XX века при Кембриджском университете существовали специальные курсы русского языка. Там сотрудники СИС, представленные как английские дипломаты, учились по программе факультета славянских языков. Естественно, что их положение в университете ничем не должно было отличать¬ся от жизни обычных студентов. Преподавательский состав курсов имел опыт подготовки нескольких поколений русистов, нередко используя в этих целях подселение слушателей курсов в семьи русских эмигрантов.
До недавнего времени для подготовки личного состава МИ-6 использова¬лось три объекта. Первый размещался в здании конторских учреждений на Барэ Хай-стрит в Лондоне. Второй, где обучались тактике «побегов и уходов», актам саботажа, диверсиям и иным подрывным действиям, находился в Форте Монктон близ Газпорта. Третий объект дислоцировался в штаб-квартире ар¬мейской разведки в Ашфорде. Здесь разведчики обучались методам ведения наружного наблюдения и допросов.
В 1997 году в г. Чиксенд, графство Бердфоршир, начал действовать новый центр подготовки специалистов для разведывательных служб Великобрита¬нии (Defence Intelligence and Security Center - DISC). В нем проходят обучение сотрудники МИ-6, Специальной авиадесантной службы (САС) и Специальной морской десантной службы (СБС). Ранее такая подготовка осуществлялась в нескольких разведшколах, действовавших в структуре Объединенной организации разведывательных служб Великобритании и при штабах сухопутных сил, ВВС и ВМС В состав DISC вошли также Объединенная школа подготовки аналитиков видовой разведывательной информации, базировавшаяся в г. Уайтон, графство Линкольншир, и Школа военной разведки и безопасности, прежде находившаяся в г. Эшфорд, графство Кент. Кроме того, DISC подчинена Специальная школа связи Министерства обороны Великобритании, которая готовит специалистов по радиоэлектронному перехвату для штаб-квартиры правительственной связи. Объединение этих учреждений под одной крышей, по мнению экспертов, позволило существенно сократить затраты министерства обороны на обучение и повышение квалификации сотрудников британских спецслужб и военнослужащих Сил специального назначения, которые, по данным английской печати, в 1996 году составляли 35 млн. фунтов стерлингов.
В процессе подбора, учебы, переподготовки и службы в МИ-6 кадровый состав готовит персонал разведки к суровой и коварной работе «в поле», а не к «интеллектуальным изыскам» в штаб-квартире МИ-6, расположенной недалеко от Парламента и Букингемского дворца.
В ходе специальной подготовки сотрудников МИ-6 опытными инструктора¬ми реализуется ряд программ профессиональной учебы и специальной подго¬товки сотрудников разведки с целью повышения качественных характеристик будущего оперативного и руководящего состава спецслужбы. Сюда относятся различные программы обучения на спецкурсах, компьютерная подготовка в сфере информационно-аналитической деятельности, стажировка и повышение квали¬фикации в различных специализированных учебных центрах, а также активное задействование практики «наставничества» и обучения конкретным методам в практической деятельности в конкретных оперативных подразделениях МИ-6.
Подготовка на специальных курсах практикуется в тех случаях, когда наби¬рают кадры с высшим образованием и знанием иностранных языков, что значи¬тельно сокращает объем и сроки подготовки.
Профессиональная подготовка включает в себя разведывательную, страноведческую и языковую подготовку. В разведывательную подготовку входит обучение навыкам сбора разведывательной информации, установления разведывательных контактов, ведения агентурной работы, приемам обнаружения наблюдения, правилам конспирации.
Страноведческая подготовка включает изучение географии, истории, экономики, науки, культуры, образа жизни народов той страны, где разведчику предстоит работать.
Языковая подготовка призвана облегчить разведчику получение информации и установление контактов среди местного населения.
По окончании курса обучения знания стажеров аттестуются по ряду дисциплин:
1) законодательство Великобритании, регламентирующее все виды деятельности спецслужб;
2) служебная документация (делопроизводство и документирование результатов разведывательной деятельности);
3) навыки применения и материальная часть современных видов оружия;
4) знание технических средств разведки;
5) навыки агентурной деятельности;
6) навыки получения информации от собеседников.
Учебными заведениями профессиональной переподготовки и повышения квалификации кадров МИ-6 учитывается тот факт, что подготовка специалистов «широкого профиля» ведет, как правило, к снижению качества практической работы аппарата разведки. Поэтому основным условием переподготовки повышения квалификации является дифференцированный подход к ее организации. В этой связи вполне успешно используется проблемно-целевой подход организации переподготовки и повышения функционального потенциала сотрудников разведки, который предполагает разработку структуры целей, включающей: а) определение общей конечной цели для конкретного потока повышения квалификации (руководители резидентур и оперативных подразделений разведки или оперативный состав); б) определение основных направлений последовательного достижения общей цели для данной группы повышения квалификации. Такие направления формируются исходя из профилизации конкретной группы и имеют ярко выраженную практическую направленность на следующих трех уровнях:
1) обучение всего руководящего и оперативного состава разведки по наиболее актуальным, характерным для всех подразделений МИ-6 вопросам;
2) обучение руководителей оперативных подразделений и подчиненных сотрудников по узким «функциональным» проблемам;
3) обучение сотрудников непосредственно в подразделениях МИ-6.
Большое внимание в кадровой работе МИ-6 уделяется соблюдению принципа преемственности и обеспечения непрерывного возрастания уровня профессиональной подготовки сотрудников спецслужбы.
Повышение квалификации разведчиков обеспечивается системой переподготовки на специальных курсах или в форме самостоятельной работы. При этом основное внимание уделяется повышению уровня теоретической подготовки. Стимулом служит периодическая аттестация кадрового состава, отражающая не только результаты оперативной деятельности, но и работу по повышению квалификации. В соответствии с аттестацией разведчика включают в списки на повышение и допускают к конкурсу на замещение вышестоящей должности.


***

С целью обеспечения политической благонадежности кадрового аппарата и его ограждения от агентурного проникновения противника в спецслужбах устанавливается жесткий режим обеспечения безопасности. От разведчиков требуется строгое соблюдение режимных правил специального ограничения, касающихся их личной жизни и общественной деятельности. В большинстве стран с многопартийной системой (США, Англия, Франция, ФРГ и т.д.) выдвигается принцип политической «нейтральности» государственных служащих, включая сотрудников разведки. Работники английской разведки лишены даже пассивного избирательного права. Выдвижение кандидатуры разведчика на выборах предполагает его увольнение со службы.
Принцип «нейтральности» обусловлен необходимостью исключить государственный аппарат из сферы интересов политических группировок, чтобы он мог «объективно» служить интересам нации.
Сотрудники спецслужб ограничиваются в области гражданских прав. Разведчикам, как правило, запрещается заниматься частным предпринимательством, так оно не только отвлекает их от основной работы, но и открывает дополнительные возможности для вербовочных подходов к ним. Например, от французского разведчика требуется, чтобы он информировал руководство о характере частной деятельности супруги, с тем, чтобы принять меры к предотвращению ее вербовки или компрометации иностранной разведкой.
Специально регламентируются семейно-брачные отношения. В ряде стран работник разведки обязан получить предварительное разрешение на брак. От будущей супруги требуется принятие гражданства страны мужа, исповедание господствующей религии и соблюдение других условий. Израильский разведчик может вступить в брак лишь с еврейкой по рождению или принявшей иудаизм.
Разведки стремятся знать все факты, которые могут быть использованы для оказания вербовочного давления на их работников. Показателен перечень вопросов анкеты, согласно которым кандидат в разведку США должен указать: зависимость от зарплаты и наличие других источников дохода; банковские учреждения, где он имеет счета; заинтересованность с финансовой точки зрения в деятельности какой-либо корпорации с участием иностранного капитала; наличие и размеры имущества за границей.
Проступки, которые рассматриваются как компрометирующие, в спецслужбах различных государств оцениваются неодинаково. Оценка их носит отпечаток социально-политических, национальных и религиозных особенностей конкретной страны. Один и тот же проступок может привести к серьезным последствиям для разведчика одной страны и не повлечь за собой никакой ответственности для разведчика другой страны.
Перечень дисциплинарных взысканий в различных разведках также неодинаков, но довольно обширен и включает меры материального и морального воз¬действия: снижение должностного оклада; возмещение причиненного ущерба; лишение каких-либо надбавок и льгот; выговор; исключение из списка на повышение, дисциплинарный арест (для военнослужащих); понижение в должности, ранге, чине; отстранение от работы на определенный срок без выплаты содержания (военнослужащие могут отстраняться на большие сроки, чем чиновники); увольнение без предупреждения; увольнение с правом или без права на пенсию, увольнение с лишением прав государственного чиновника, а, следовательно, и права работы в государственном аппарате; увольнение с любым из указанных последствий без права обжалования (прежде всего по соображениям политической неблагонадежности). Допускается сокращение пенсий за проступки, совершенные в период службы в разведке, но ставшие известными после ухода на пенсию.
Дисциплинарное взыскание налагается вышестоящим начальником единолично. Некоторые проступки наказываются дисциплинарными судами, или советами (как в США), состав которых подбирается администрацией разведки.
Жесткая дисциплинарная практика в спецслужбах — не только мера безопасности от проникновения противника, но и проявление действительного отношения правящих кругов к тем, кто недостаточно активно или надежно служит их интересам.
Порядок прохождения службы, как и материальные стимулы, устанавливаются таким образом, чтобы обеспечить формирование стабильного аппарата профессионалов, которые в разведывательной деятельности видели бы основной род своих занятий. Должностной перечень, табель о рангах и воинские звания имеют возрастающую шкалу денежного содержания и дополнительных льгот, что призвано стимулировать служебное рвение сотрудников, стремление «сделать карьеру», создать у рядового работника иллюзию доступности высоких постов при условии добросовестного выполнения служебных обязанностей и верности правительственным кругам.
Аттестация кадровых разведчиков составляется тщательно и содержит полную и всестороннюю характеристику за все время службы в разведке. Перечень критериев для аттестации составлен с целью побудить разведчика к активной деятельности по обеспечению интересов господствующих кругов.
Администрация разведок практически имеет неограниченные права на увольнение сотрудника. Поводом может служить отсутствие необходимых личных качеств, сокращение штатов, ликвидация подразделений, выполнивших задание, совершение работником преступлений или дисциплинарных проступков, сомнение в политической благонадежности сотрудников и т.д. С целью удаления из аппарата разведок лиц, неугодных, прежде всего, по политическим мотивам, проводятся периодические проверки всего личного состава. Для укрепления дисциплины и надежности соблюдения всех требований разведчики США предупреждаются о практике периодических проверок, во время которых допускается применение полиграфа. Порядок прохождения службы в разведке неизбежно порождает угодничество перед старшими начальниками, конкурентную борьбу за лучшие должности. Действующая в разведках система комплектования, подготовки и проверки кадровых сотрудников, а также порядок прохождения службы в целом направлены на формирование надежного и квалифицированного аппарата.


***

В кадровых структурах иностранных разведок принято считать, что сотрудники, участвующие в тайных операциях за рубежом, это золотой фонд спецслужб, в связи с чем они требуют к себе совершенно особого подхода. Именно такой подход к разведчикам считается необходимым, если служба хочет, чтобы они по собственному убеждению занимались трудным, не всегда приятным, а иногда опасным делом. Руководство МИ-6, например, не один раз подчеркивало, что этого можно добиться только в том случае, если экстраординарные условия, в которых находятся за рубежом оперативный сотрудник и его семья, будут частично компенсироваться особым отношением к нему в его организации.
Срок прохождения службы. Срок прохождения службы в разведках разных стран различный. Так, в разведке США предельный возраст выхода на пенсию - 62 года. Однако за президентом США остается право продлевать его в индивидуальном порядке. В разведке ФРГ возраст выхода на пенсию — 60 лет. Согласно сложившейся в МИ-6 практике, на пенсию сотрудники британской разведки могут выйти в возрасте 55 лет.
Выход на пенсию возможен: а) по достижении установленного возраста и истечении срока службы; б) по инициативе сотрудника; в) по инициативе администрации. Права руководителей разведывательных служб при этом практически не ограничены.
В ЦРУ предусмотрены две системы выхода на пенсию:
1) обычная пенсионная система — для лиц, находившихся на государственной службе (около 2/3 состава сотрудников);
2) специальная система — для лиц, проводивших разведывательные опера¬ции за рубежом.
По закону 1964 года сотрудники ЦРУ, имеющие 20-летний стаж работы и выполняющие задания за границей, могут уходить на пенсию в возрасте 50 лет. Пенсия сотрудников, имеющих не менее пяти лет работы за границей, может достигать 70 процентов наибольшего оклада в ЦРУ.
По решению правительственных органов США от 1977 года, сотрудникам ЦРУ разрешен выход в отставку после 45 лет.
Для освобождения разведок от лиц, неугодных, прежде всего, по политическим мотивам, проводятся периодические проверки всего штата сотрудников разведки (например, в США и ФРГ - через пять лет). Администрация разведки имеет право подвергнуть проверке любого из своих сотрудников, в том числе и на «детекторе лжи». А при возникновении сомнений или подозрений в его благонадежности — уволить из разведки без права на обжалование принятого решения (дело Томлинсона).
Некоторые разведывательные службы стремятся сохранить хорошие отношения с теми, кто уволен не по компрометирующим основаниям (отставка, со¬стояние здоровья, собственное желание). БНД активно работает с так называемыми «свободными сотрудниками» (уволенными на пенсию сотрудниками разведки), привлекая их для выполнения многих важных заданий разведки. Довольно часто квартиры бывших сотрудников британской разведки используются в качестве «почтовых ящиков» и явочных квартир МИ-6.
Английская разведка обеспечивает трудоустройство сотрудников, выходящих на пенсию. При отделе кадров имеется специальное бюро по трудоустройству уволенных. Считается, что опыт разведчика — это непреходящее достояние всей спецслужбы.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:11

Кадровый аппарат британской разведки

Традиции в британской разведывательной службе, как и во многих других сферах английского общества, практически остаются неизменными. Именно по этой причине не самая многочисленная в Европе она считается одной из самых рабо¬тоспособных и эффективных. Сравниться с ней могут лишь разведки США, Германии и Израиля. Для британской разведки характерна минимальная прослойка бюрократии. Именно из-за этого МИ-6 пользуется большим доверием парламента и правительства. Ее проблемы неизменно рассматриваются с вели¬чайшим тактом.
В британском обществе принято считать, что разведка — это своего рода барометр, который задолго до бури предсказывает ее приближение. Механизм этого барометра состоит в том, чтобы:
- узнать местонахождение самой ценной информации;
- оставаясь необнаруженным, добыть ее;
- суметь своевременно передать в Центр добытые разведданные;
- принять необходимые меры для того, чтобы противник не догадался об «утечке» сведений;
- отсеять несущественные сведения от жизненно важных фактов, создав из них фактическую базу для принятия на высоком уровне политических реше¬ний, относящихся к проблемам национальной безопасности.
Личный состав разведки, как правило, характеризуется однородностью в на¬циональном отношении, что часто сочетается с выраженной националистичес¬кой настроенностью кадрового состава, стабильностью и, как правило, высокой профессиональной подготовкой (разведчики долгие годы работают по одной линии, тем самым накапливают богатый опыт работы на специфическом направлении разведывательной деятельности).
Система комплектования, подготовки и проверки кадровых сотрудников, а также порядок прохождения ими службы направлены на формирование надеж¬ного и квалифицированного аппарата для борьбы против реальных и потенци¬альных противников Великобритании.
Бывший директор ЦРУ Аллен Даллес, отдавая должное своим английским коллегам, как-то сказал: «Британская система разведки имеет за собою долгую историю неуклонного и эффективного развития, базирующегося на использова¬нии высокопоставленного персонала с большим стажем работы и на огромных технических возможностях».
На протяжении всей истории Великобритании работа в аппарате националь¬ной разведки всегда считалась престижной и привлекала к себе выходцев из аристократических семейств и творческой интеллигенции. Принято было счи¬тать, что кадровый состав английской разведки состоит исключительно из «джен¬тльменов, которые элегантно нарушают законы и права человека».
Во все века британские «джентльмены с бесшумной походкой» не испытыва¬ли угрызений совести, когда ради интересов Британской империи прибегали к не совсем достойным методам и средствам. Английская поговорка, видимо, в их оправдание утверждает, что «шпионаж настолько грязное дело, что им может заниматься только джентльмен».
Первый руководитель БНД генерал Рейнхард Гелен в своих мемуарах «Служ¬ба» так описывает тип сотрудника английской разведки: «Сотрудники британ¬ской СИС мне импонировали уверенностью в себе, основанной на почти леген¬дарных традициях; с уверенностью офицеров разведки и обладанием высокого профессионализма, воплощением чего угодно, но только не Джеймса Бонда».
Менее авторитетный автор вышедшей в 1989 году в Лондоне публикации «Игра в разведку» Джеймс Расбриджер выдвинул в своей книге тезис, будто роль разведки в современном мире сильно преувеличена. Автор, в частности, утверждает, что английская разведка укомплектована «беспощадными, как Джеймс Бонд, хитрыми, как Макиавелли, и преданными, как змеи» сотрудниками, за неблаговидной деятельностью которых со стороны парламента должен
быть установлен жесткий контроль.


***

Практика работы тех, кто отвечает за комплектование кадрового состава британской разведки, выработала ряд принципов, которыми руководствуют¬ся при формировании национальных разведывательных структур и подго¬товке оперативного состава резидентур. К основным принципам относятся следующие:
- Работать в разведке могут только люди, имеющие склонность к этой рабо¬те и стальные нервы.
- Быть разведчиком — это значит прежде всего служить начальникам, зада¬ча которых состоит в том, чтобы вам не доверять и это является главным усло¬вием разведки. Таким образом, разведчик обречен на то, чтобы находиться меж¬ду двух огней. Разведчик не доверяет никому. Секретная служба запрещает не только любовь, но и дружбу.
- Разведчик борется в абсолютной тайне и одиночестве, противопоставляя свой ум объединенным усилиям контрразведки противника и напрягая до пре¬дела свои нервы. Известными становятся только те, кто «провалился».
- Разведчик — это прежде всего исследователь, он должен видеть взаимо¬связь частного и общего, уметь обобщать отдельные явления, чтобы заранее пред¬видеть возможность наступления определенных событий. Всякая случайность — это форма проявления необходимости, поэтому так важно для разведчика ви¬деть связь и взаимодействие явлений.
- Самое опасное в разведке — это привыкнуть к опасности. Разведчик дол¬жен помнить, что действенным является лишь то, что неповторимо, поэтому без изобретательности ему не обойтись. Повторять пройденное — значит совер¬шать ошибку. У разведчика должно работать воображение, но он не должен им слишком злоупотреблять.
- Самое трудное испытание — перенести наблюдение контрразведки. Раз¬ведчик не должен пытаться обнаружить наблюдающего за собой. Он всегда должен быть естественным.
- Правда естественности — самый надежный союзник разведчика. Она — высший пилотаж, высшая школа и высший наставник. Только она может давать руководящие указания, и уклониться от них — значит сойти с правильного пути, приблизиться к провалу.
- Положение разведчика скромное — спокойное рукопожатие начальника или произнесенные тихим голосом слова: «Чистая работа» — вот максимум того, на что может рассчитывать разведчик.
- Погибает разведчик молча, как будто проваливаясь в люк.


***

В «Искусстве разведки» А. Даллес перечислил качества, которыми, по его мнению, должен обладать высокий профессионал разведки:
- хорошо разбираться в людях;
- уметь ладить с людьми в тяжелых условиях;
- научиться отличать факты от вымыслов;
- уметь отличать существенное от несущественного;
- проявлять любознательность;
- быть человеком весьма изобретательным;
- уделять надлежащее внимание деталям;
- обладать способностью выражать свои мысли ясно, кратко и, что весьма важно, интересно;
- знать, когда следует хранить молчание.
Хороший разведчик должен с пониманием относиться к мнениям, мыслям и поведению других людей, даже если это совершенно чуждо ему. Косность и ограниченность — качества, которые не предвещают ничего хорошего работни¬ку разведки. Он не должен быть слишком честолюбивым и не должен стре¬миться к тому, чтобы его труд вознаграждался славой или богатством. Ни того, ни другого он, по всей вероятности, не получит, работая в разведке.


***

При решении вопроса о назначении на высшие руководящие должности в спецслужбах требуется отнюдь не абсолютная компетентность и высочайший профессионализм кандидата, а симбиоз: личной преданности политическому руководителю; полного доверия со стороны политического руководителя к потенциальному руководителю разведки и контрразведки; максимальная га¬рантия отсутствия в перспективе неожиданных самостоятельных инициатив по тем или иным направлениям разведки и контрразведки, а, следовательно, внеш¬ней или внутренней политики, любых возможных несанкционированных дей¬ствий.
Как сказал в 1991 году М. Горбачев, решающим при назначении на долж¬ность Председателя КГБ СССР Крючкова было именно то, что тот являлся непрофессионалом. К чему привело — известно.
Разведка и контрразведка — не войска и не армия, и сильны не числом, количеством, боевой слаженностью и массовой выучкой, а личностями. Спец¬служба может быть по штатному расписанию в несколько десятков, а то и сотен тысяч (КГБ СССР) человек кадрового состава, но результат — ощутимый, оглушительный, стратегический, как правило, дает личность, которая в состоя¬нии в одиночку решить оперативную задачу, неподъемную порой целым служ¬бам и управлениям, напичканным посредственностями.


Полковник Лоуренс (1888—1935) классический разведчик-одиночка

В период Первой мировой войны основная масса британских разведчиков была представлена офицерами, состоявшими в армии и флоте на действительной службе или в запасе и действовавшими из чисто патриотических побуждений, обладав¬шими широким кругозором и происходившими из благородных семей. К этому типу «национальных разведчиков» относился и полковник Лоуренс, за кото¬рым со временем закрепилось прозвище Лоуренс Аравийский. Славу нацио¬нального героя Лоуренс Аравийский, которого в свое время называли «самым замечательным из живущих ныне британцев», заслужил на Среднем Востоке, где его считали «некоронованным королем Аравии». Правда, самому Лоуренсу больше нравился титул «Эмир-динамит», так как он, в совершенстве владея минным искусством, за свою жизнь лично взорвал 79 мостов. Имя Лоуренса, человека честолюбивого, склонного к авантюризму и наделенного редким упор¬ством, знатоки разведки не могут забыть до настоящего времени. В отличие от многих своих коллег по профессии он был равнодушен не только к женщинам, но и к деньгам, что в немалой степени способствовало обеспечению его личной безопасности. Английскими и не английскими историками исписана не одна сотня страниц, посвященных подвигам Лоуренса. О нем рассказывают легенды.
Томас Эдвард Лоуренс родился 15 августа 1888 г. в Северном Уэльсе, в довольно бедной семье, которая после длительных скитаний по Шотландии и Англии осела в Оксфорде. Он был вторым из пяти незаконнорожденных детей Сары Мейден и сэра Томаса Чепмена. Здесь в местном университете Эдвард и начал учиться. Мальчишеская увлеченность историей со временем переросла в серьезное увлечение археологией. В студенческие годы он проникся живым интересом к арабскому миру. Будучи в Оксфордском университете, который он окончил в 1910 году, Лоуренс написал дипломную работу на тему «Влияние крестовых походов на средневековую военную архитектуру Европы», которая была отмечена первой премией. Прежде чем сдать выпускные экзамены, Лоу¬ренс побывал в Сирии (1909 г.), где изучил все известные развалины замков крестоносцев. Руководителем научной практики молодого ученого-ориенталис¬та Лоуренса был профессор археологии Хоггарт, работавший на британскую разведку. «Экспедиция» Хоггарта накануне Первой мировой войны, по заданию военного министра, располагалась на Синае в месте границы Турции с Егип¬том — в районе древних городов Кархемиша и Джераблуса (на Евфрате). Раскопки велись в Сирии и Месопотамии, где экспедиция, прикрываясь архео¬логической работой, участвовала в топографическом обследовании южной Па¬лестины, изучая будущий театр англо-турецкой войны, и производила топогра¬фические съемки для британской разведки. Кроме этого экспедиция участвова¬ла в диверсионных актах на строящейся немцами Багдадской железной дороге.
В 1913 году Лоуренс вернулся в Оксфорд, но уже на следующий год вновь отправился на Восток, где присоединился к экспедиции, возглавляемой все тем же сотрудником британской разведки профессором Хоггартом, с которым Лоу¬ренс в общей сложности проработал бок о бок с 1910 по 1914 год.
По заданиям Хоггарта Лоуренс неоднократно выезжал в Сирию, Аравию Египет и Палестину для сбора необходимой британской разведслужбе информации и установления перспективных контактов. Официальным прикрытием экспедиции были поиски дороги, по которой вел иудеев библейский Моисей, но на самом деле англичане наносили на карту северные районы Синайского полуострова. Одним из итогов участия Лоуренса в этой экспедиции стала книга «Дикая страна Зин», написанная им в соавторстве с капитаном С.Ф. Ньюкомбом и увидевшая свет в 1915 году. Это была первая из десяти книг Лоуренса
В октябре 1914 года, с началом Первой мировой войны Лоуренса произвели во 2-е лейтенанты и прикомандировали к географическому отделу военной министерства, являвшемуся прикрытием британской разведки в Каире («Арабское бюро»).
Официально Лоуренс находился на службе в британской армии в 1914 — 1919 и в 1922 — 1935 годах. Начав военную карьеру в географическом отделе военного министерства, двадцатилетний офицер разведки Лоуренс переходил затем в филиал Интеллидженс сервис, постоянно действовавший в Каире под названием «Арабское бюро». С началом Первой мировой войны Бюро превра¬тилось в региональную резидентуру английской разведки на Арабском Востоке; которую возглавил генерал Клейтон. Второй лейтенант Лоуренс, который к это¬му времени уже считался одним из ведущих западных арабистов того времени, стал сотрудником каирской резидентуры СИС. В этот период он привлекался к участию в разведывательных операциях в Сирии, Палестине, Аравии и Египте. Свою известность Лоуренс получил после того, как принял участие в организа¬ции арабского восстания против Турции в период войны. Началось все с того, что он стал одним из нескольких младших офицеров, направленных в помощь арабам с заданием организовать подрывную работу против турецких войско¬вых подразделений. Компетентность Лоуренса произвела сильное впечатление на эмира Фейсала, и британское командование разрешило ему стать поверен¬ным советником эмира. В дальнейшем Лоуренс руководил налетами арабов на турецкую железную дорогу, не забывая при этом и об основной цели — сборе разведданных в интересах британского командования.
В годы Первой мировой войны Лоуренс действовал в тылу у турок на Ара¬вийском полуострове, занимаясь сбором разведданных и руководя восстанием арабов. После того как в 1916 году саудовский король Хуссейн поднял восста¬ние против Турции, Лоуренс нелегально проник в Аравию. Историками написа¬но немало книг о том, как «друг» арабов стал незаменимым человеком при свите саудовского короля Хуссейна, а затем вторым «я» его сына — командую¬щего арабскими силами Фейсала, под властью которого находились многие пле¬мена. Удачно брошенный лозунг объединения арабов для борьбы с Турцией, выступавшей в союзе с Германией против Антанты, позволил Лоуренсу поднять восстание местного населения, сплотить его и создать боеспособную армию, со¬стоящую из диверсионных отрядов, которая доставляла много неприятностей турецким войскам.
Постепенно, благодаря замечательному знанию этнической психологии, тра¬диций местных жителей и незаурядному уму, авторитет Лоуренса возрос, и он стал одним из лидеров партизанской войны аравийских племен против Турции.
До самых последних дней войны он находился при армии Фейсала в качестве военного советника и офицера связи арабского фронта со ставкой английского командования на Среднем Востоке. 6 июля 1917 г., в нарушение приказа, Лоуренс возглавил небольшую ударную группу бедуинов, захватившую ключевой город-порт Акаба (древний Элат) в заливе Акаба. Утвердившись в Акабе, он осуществил серию набегов на основную турецкую линию связи — Геджасскую железную дорогу, систематически разрушал ее.
Лоуренс являлся незаурядным разведчиком для своего времени. Он прекрасно знал арабский язык и наречия многих бедуинских племен, изучил не только их быт и нравы, но и религию. Еще до начала войны он исколесил практически всю Аравию и установил тесные связи с вождями наиболее крупных арабских племен. Он знал как свои пять пальцев все их слабые стороны, что и позволило ему, в конечном итоге выдвинуться в первые ряды организаторов арабского восстания. Лоуренс сумел перевоплотиться в настоящего кочевника, он ел их пищу, носил их одежды, прекрасно ездил на верблюде, легко переносил жару и фактически жил одной с бедуинами жизнью. Все это давало ему неограниченную власть над территориями и людьми их мира. Он умел с риском для своей жизни «без расточительства» подкупать шейхов, но всегда делал это безошибочно. Лоуренс был храбр перед лицом опасности и авантю¬ристичен до предела. В конце концов он превратился в руководителя арабских повстанческих отрядов, которые весьма эффективно боролись против турок. Лоуренс говорил: «Каждый мятеж может увенчаться успехом, если хотя бы два процента населения его поддержат» — это было его философией и принципом в разведке. Современники говорили о нем, что он дьявольски ловок, хитер, как лиса, не считался ни с кем и плевал на начальство, чем восстановил против себя почти весь Генеральный штаб британской армии. Только небольшая группа экспертов и руководителей ценила его поистине энциклопедические знания и умение вести дела с арабами.
Лоуренс сумел создать наиболее разветвленную и хорошо организованную агентурную сеть на территориях, занятых турками. Все это привело к тому, что за голову разведчика турецким командованием была назначена награда в 20 тыс. фунтов стерлингов. Вот почему рядом с ним постоянно находилась многочисленная охрана из числа его друзей-арабов. Но однажды Лоуренса предал проводник, и он попал в плен к туркам. Ему пришлось пройти через суровые испытания, которые выпадают на долю военнопленных. Лоуренса подвергли пыткам (он, по турецким обычаям, был изнасилован). Но ему удалось бежать
Партизанские отряды Лоуренса действовали очень энергично и грамотно. Своими успехами они обеспечили продвижение правого фланга наступающей на Палестину и Сирию английской армии. В результате, потеряв важнейшую базу, турки были вынуждены загнуть свой фланг, и это, в свою очередь, позволило британским войскам под командованием генерала Эдмунда Г.Г. Алленби взять в декабре 1917 года Иерусалим. В октябре 1918 года Лоуренс возглавил наступление арабов на сирийскую столицу Дамаск. Город был взят и в возрасте 30 лет он был произведен в полковники военной разведки. Англо-французское командование отказалось признать Фейсала лидером независимой Аравии, что привело разведчика в негодование. Решив, что его предали, и чувствуя большую вину перед арабами, Лоуренс вернулся в Англию.
Находясь в Англии и участвуя в качестве эксперта по арабскому вопросу Версальской мирной конференции 1919 года, Лоуренс активно выступал за предоставление Аравии независимости. Он вел себя несколько дерзко, поскольку знал, что у него имеются влиятельные друзья в Лондоне. Это оправдало себя, когда в 1921 году Уинстон Черчилль, возглавивший министерство по дела колоний, предложил Лоуренсу занять пост политического советника по арабским делам в новом управлении по делам Среднего Востока. Приняв это предложение в марте 1921 года, Лоуренс сумел убедить Черчилля посадить на трон Ирака, подпавшего под мандат Англии, изгнанного из Сирии Фейсала, оплатив таким образом, старый долг бывшему «брату».
Король Георг V представил Лоуренса за заслуги перед империей к ордену Бани, но тот неожиданно отказался от награды, чем очень смутил монарха. В 1921 год Лоуренс вновь посетил Восток и на этот раз вместе с Уинстоном Черчиллем. Он приняли участие в Каирской конференции, на которой были определены границы Ирака и Трансиордании. Позднее Лоуренс написал книгу «Семь столпов мудрости», которая вышла в свет в 1926 году, и должна была убедительно доказал во-первых, право арабов на создание собственного государства, а во-вторых, что они, арабы, были преданы своими западными союзниками.
Будучи одержимым идеей искупления вины перед арабами, Лоуренс в августе 1922 года, по заданию английской разведки, под вымышленной фамилией Росс поступает рядовым в Королевские военно-воздушные силы. Через шесть месяцев его опознал один из офицеров, считавший полковника своим врагом. В результате он решил передать эти данные газетчикам, и английская разведка была вынуждена перевести расшифрованного Лоуренса в Королевский танковый корпус, а позднее откомандировать его в Индию, в пограничный с Афганистаном поселок-форт Мирам-шах. Приняв новое обличие, Лоуренс при общении с англичанами стал представляться рядовым бортмехаником Шоу, а для индусов полковник превратился в священнослужителя Пир-Карам-шаха. В эте период скромный «рядовой» выполнял ряд ответственных поручений «Интеллидженс сервис».
Известно, что в 1919 году на афганский трон вступил Аманулла-хан, который провозгласил полную независимость Афганистана и обратился к Советском правительству с предложением об установлении союзнических отношений. Кончилось тем, что Великобритания подписала с Афганистаном мирный договор, котором признавалась независимость этого государства. Прибывший в 1925 год на афганскую границу, Лоуренс начал действовать против Афганистана и СССР из Карачи и Пешавара, где начал разрабатывать идею захвата Ближнего Востока и создания на арабской территории «цветного доминиона» в составе Британской империи. В 1928 году Лоуренсу была поручена операция по смещению с афганского престола эмира Амануллы и последующей заменой его на подконтрольного Лондону правителя.
Лоуренс сумел быстро навести мосты с Кабулом. Следует сказать, что в средствах он не был стеснен, поскольку ему было разрешено подкупать и перекупать продажных мулл, бандитов из местных отрядов, бродивших в приграничных районах между Индией и Афганистаном. В результате полковнику удалось завербовать бандита Бачайи Сакао, которому за свержение Амануллы был обещан афганский престол. Одновременно Лоуренс сумел распространить сфабрикованные фотографии афганских женщин, сидящих в полуобнаженном виде на коленях у мужчин. Фотографии были снабжены следующим текстом: «Вот так эмир Аманулла исполняет святые веления пророка и священного шариата о том, что никто не имеет права показывать чужим мужчинам свою жену». Это вызвало бурю гнева во всех уголках Афганистана. После этого Лоуренсом было инспирировано заявление от имени всех правоверных, в котором «согласно божьему велению и указаниям великого пророка мусульмане объявляли себя истинными подданными эмира Бачайи Сакао». В результате серии активных мероприятий ему удалось в 1928 году спровоцировать восстание наиболее воинственно настроенных пле¬мен на востоке и на севере страны. После подробного отчета Лоуренса о про¬деланной в Афганистане работе в Лондоне было принято решение продемон¬стрировать военную мощь Англии. В определенный момент, по сигналу Лоу¬ренса, со всех аэродромов в Индии были подняты в воздух военные самолеты, которые направлялись на территорию Афганистана. Некоторые боевые ма¬шины долетели до самого Кабула. Бачайи Сакао захватил Кабул и провозгла¬сил себя эмиром Афганистана. Сразу же после этого английская разведка, стремясь изучить возможности создания плацдарма подрывной работы в реги¬оне, приступила к организации рейдов вооруженных групп басмачей на терри¬торию Среднеазиатских республик СССР. Движение, по наводке Лоуренса и при поддержке МИ-6, возглавил бежавший в Афганистан бывший бухарский эмир Сеид Алим-хан. Из архива советских органов госбезопасности известно, что в задачу его боевиков входил сбор информации об оперативной обстанов¬ке в азиатских районах проживания «советских» мусульман, изучение воз¬можностей ведения тайных и военных операций в Советской Азии, соответствующая идеологическая обработка населения, террористическая и подрыв¬ная деятельность.
На стороне афганского шаха в борьбе против англичан, не обращая внимания на «классовую сущность» режима, действовало немало граждан Советской России и представителей советской разведки. Их численность доходила до нескольких сотен человек. В противостоянии с СССР и Афганистаном Великобритания не сумела достичь таких впечатляющих успехов, как в англо-турецкой войне. В итоге ставленник Лоуренса Бачайи Сакао недолго удержался у власти а операция в Афганистане англичанами без лишнего шума была свернута.
В феврале 1929 года арабская и среднеазиатская карьера самого таинственного человека британской империи полковника Лоуренса закончилась, и он вернулся в Лондон. С 1929 года и вплоть до своей отставки с военной службы в феврале 1935 года он жил в Англии относительно тихо и безмятежно, занимаясь писательской деятельностью. Его перу принадлежат две книги: «Восстание в пустыне» и «Семь столпов мудрости». К сожалению потомков, свои афганские заметки он так и не успел закончить. Сам о себе Лоуренс однажды сказал так: «Я, в общем-то, похож на ловкого пешехода, который увертывается от автомобилей, движущихся по главной улице».
Гордости английской разведки полковнику Лоуренсу не суждено было до¬жить до 50 лет. Вечером 19 мая 1935 г. на одной из провинциальных дорог произошла авария, жертвой которой оказался мотоциклист сэр Томас Эдвард Лоуренс, 47 лет. Шесть дней организм Лоуренса боролся за жизнь, но в итоге от полученных ран он умер, не приходя в сознание.
Из ряда английских источников известно, что за день до катастрофы Лоу¬ренс получил от одного из своих людей письмо, в котором ему предлагалось организовать встречу с Гитлером. Полковник, который жил за городом, отправился на почту, чтобы дать срочную телеграмму о своем согласии на эту встречу. На обратном пути с мотоциклом произошла авария. Следует напомнить, что незадолго до своей смерти Лоуренс, возможно по заданию британской разведки, установил тесные отношения с английскими фашистами и их лидером Освальдом Мосли. Известно, что в 30-е годы XX века английские спецслужбы (МИ-6 и МИ-5) активно разрабатывали левые и правые экстремистские группировки на территории Великобритании. Особый интерес английские спецслужбы проявляли к зарождавшимся в стране фашистским организациям. Британская разведка и контрразведка, в период, когда в Европе стал созревать нацизм, немало сделали в сфере борьбы с местными фашистскими организациями за счет успешного внедрения своей агентуры во все звенья структур экстремистов. Тот факт, что палата, в которой после аварии лежал смертельно раненый Лоуренс, находилась под повышенной охраной британских спецслужб, означает, что связь полковника с разведкой сохранялась до последних дней его блистательной карьеры. Лоуренс Аравийский был похоронен со всеми почестями в лондонском соборе Павла рядом с другими британскими легендарными военными героями.
Несмотря на очень сдержанное отношение к известности Лоуренса в СССР всегда признавали его успехи и тщательно изучали проводимые им операции в рамках партизанских войн. Да и на Западе политика, апробированная Лоуренсом в сфере ведения так называемой малой войны, успешно проводится и по сей день.
Лоуренс полностью соответствовал требованиям Сунь-Цзы, который в «Трак¬тате о военном искусстве» утверждал: «На роль соглядатаев необходимо подбирать людей умных, но кажущихся глупыми. Смелых, энергичных и выносливых, умеющих затеряться среди черни, способных вынести голод, холод, лишения и даже унижения».
Лоуренс — редчайший и неповторимый тип разведчика-одиночки, бывший одновременно руководителем, резидентом, агентом, аналитиком, агентом влияния, дезинформатором, этнопсихологом, географом, топографом, страноведом, экономистом-прогнозистом, миссионером, расширявшим сферы английского политического и экономического влияния.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:13

А.Х. Артузов

Ф. Ницше писал: «Быть моральным, нравственным, этичным - значит оказывать повиновение издревле установленному закону или обычаю. При этом безразлично, подчиняются ли ему насильно или охотно, - существенно только то, что это вообще делают».
1964 год. На телеэкраны страны Советов выходит многосерийный телефильм «Операция "Трест"». Широкая общественность впервые узнает о крупном чекисте, соратнике Дзержинского - Артуре Христиановиче Артузове.
Артур Христианович Фраучи (Артузов) не случайно был популяризирован в «послеоттепельские» 60-е годы благодаря заказному от КГБ при Совете Министров роману Льва Никулина «Мертвая зыбь» и его телеверсии «Операция "Трест"»„ где Артузова талантливо, остро сыграл Армен Джигарханян. Практически одновременный выход в свет двух произведений - литературного и кинематографического ознаменовал начало очередного этапа мифологизации ЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ, продлившегося до середины 80-х годов XX века. Это был «золотой» андроповский этап в истории органов безопасности, впрочем, закончившийся не только полным в государственном масштабе развенчанием, как сказал небезызвестный Бакатин, идеологии и практики ЧеКизма, но и раз¬громом и развалом самой коммунистической системы, оплотом которой структуры госбезопасности и были.
Но это было позднее. А в 60-е годы образом Фраучи-Артузова в массовое обывательское сознание методично вдалбливался тщательно отретуширован¬ный портрет чекиста-интеллигента, насмешливо-снисходительно переигрывавшего политических противников коммунистической партии и советского госу¬дарства. Игра велась на очерченном революцией интеллектуальном поле, где Артузов — небрежен, изящен, ироничен, саркастичен. Действительно великоле¬пен актер Джигарханян в роли Артузова — этакое сардоническое, элегантное, мягкое изящество закормленного кота, притворно ласково урчащего с беззащит¬ной, не имеющей возможности сопротивляться мышкой в лице врагов Советско¬го государства; кота, заранее знающего запланированный для мышки печаль¬ный и неизбежный в силу законов революционной логики результат. Позднее, в 70-е годы Фраучи-Артузов вновь появляется в полудокументальном романе В. Ардаматского «Возмездие», а уже в 80-е - в откровенно апологетической повести Т. Гладкова и Ф. Зайцева «И я ему не могу не верить...», появляется все в той же маске полумифа, полузагадки, чья жизнь и работа - под покровом тайны, полна недомолвок, многозначительных недоговоренностей. Наконец, самое полное и объемное творение об Артузове выходит в 2000 году из-под пера же Т- Гладкова под эмоциональным названием «Награда за верность - казнь».
На протяжении десятилетий усиленно проталкивается только одно - высо¬чайшие морально-нравственные качества Артузова - умнейшего, честнейшего, интеллигентнейшего, одного из 20 тыс. репрессированных Ежовым — Сталиным «чекистов-дзержинцев». В этом отношении примечателен очерк «Артур Христианович», опубликованный во 2-м томе шеститомного сборника «Очерки истории Российской внешней разведки», вышедшем под редакцией Е.М. Примакова. Даже в конце 90-х, в свободной России, Артузова показывают в придуманном в 60-е годы образе кристально чистого, честного, необычно совестливого разведчика, невинной жертвы Сталина и пролетарского маршала Ворошилова.
Вместе с тем достаточно удачная, но не до конца полная попытка создания портрета Артузова, анализа его деятельности в разведке и контрразведке предпринята А. Папчинским и М. Тумшисом в исследовании «Щит, расколотый мечом. НКВД против ВЧК», опубликованном в 2001 году.
Насколько искусственно сформированный и санкционированный ЦК КПСС и КГБ СССР образ Фраучи-Артузова соответствовал действительности? Почему Ягода, Ежов, Паукер, Молчанов, Евдокимов, Берия, Абакумов — преступники, не подлежащие реабилитации, а Артузов — незапятнанный чекист-разведчик, «отец советской контрразведки»? Насколько можно было в той мясорубке оставаться абсолютно честным и чистым? Каким образом мораль общечеловеческая могла соответствовать придуманной и насильно привнесенной в общество морали пролетарской, классовой? И насколько моральным (аморальным?) можно было оставаться, работая в ЧК-ГПУ — орудии беспощадного коммунистического террора?
Свидетельствуют документы, где изложены некоторые доктринальные установки политического руководства РСФСР — СССР 20-х годов.
Среди них — Постановление Совета Народных Комиссаров по обсуждению доклада председателя ВЧК Ф. Дзержинского от 5 сентября 1918 г., подписанное наркомом юстиции Д. Курским, наркомом по внутренним делам Г. Петровским, управляющим делами Совнаркома В. Бонч-Бруевичем. В этом постановлении сказано: «Совет Народных Комиссаров, заслушав доклад Председателя Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности о деятельности этой комиссии, находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; что для усиления деятельности Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности и внесения в нее большей планомерности необходимо направить туда возможно большее число ответственных партийных товарищей; что необходимо обеспечить Советскую Республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях; что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам; что необходимо опубликовывать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры».
Среди них — совершенно секретное письмо В. Ленина в Политбюро от 19 марта 1922 г. Вот отдельные выдержки из этого поистине злодейского документа: «...Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать».
Среди них откровения члена коллегии ВЧК М. Лациса в газете «Красный Террор». Спустя лишь год после Октябрьского переворота в ноябре 1918 года он писал: «Мы не ведем войны против отдельных лиц... Мы истребляем буржуазию как класс. Не ищите на следствии материала и доказательств того, что обвиняемый действовал делом или словом против Советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить, какого он происхождения, воспитания, образования и профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого. В этом смысле и сущность красного террора».
Среди них - полемика председателя Реввоенсовета Л. Троцкого с извест¬ным теоретиком II Интернационала К. Каутским. В 1920 году Троцкий, в то время еще виднейший руководитель большевистской партии и государства, дек¬ларирует: «Кто отказывается принципиально от терроризма, то есть от мер подавления и устрашения по отношению к ожесточенной и вооруженной контр¬революции, тот должен отказаться от политического господства рабочего класса, от его революционной диктатуры».
Без сомнения Фраучи-Артузов, выполняя организационно-управленческие функции в высшем, стратегическом звене контрразведки ВЧК, не мог не руко¬водствоваться подобными установками, более того, не мог не осуществлять их на практике с рвением, усердием, иначе неусердие было бы немедленно отмече¬но, отслежено, доложено и в результате он оказался бы немедленно сжеван системой гораздо более ранее, чем это произошло с ним, сжеван и заменен, может быть, на менее интеллигентного, но еще более преданного и напуганного, более аморального, рвущегося наверх, более непресытившегося неограниченной властью над людьми.
Фраучи-Артузов являлся одним из немногих чекистских руководителей, имевших базовое высшее образование. Он окончил металлургическое отделе¬ние Петербургского политехнического института, работал в уникальном конструкторском бюро под руководством знаменитого российского инженера-металлурга В.Е. Грум-Гржимайло. Диплом инженера в дореволюционной России имел ценность значительную, он свидетельствовал о разносторонних знаниях его обладателя, эрудиции профессиональной компетенции, широте взглядов; быть инженером было престижно.
Не ставим себе целью рассматривать научно-технические изыскания учите¬ля Фраучи-Артузова В.Е. Грум-Гржимайло. Для нас интересна атмосфера сре¬ды, формировавшей Фраучи, уже далеко не юношу, среды студенческой, среды молодых инженеров-специалистов, среды уже несемейной, не домашней. С ат¬мосферой в семье ясно — положение детей эмигрантов, лиц некоренной, нерусской национальности, частые вынужденные переезды, отсутствие собственного постоянного угла, а главное — отсутствие корней, родовых корней, привязанных к своей земле; плюс революционные родственники в лице двух дядей, мужей родных сестер матери — большевиков Михаила Кедрова и Николая Подвой¬ского, преодоление подсознательного комплекса «ущемленного» в силу соци¬ального происхождения человека. Безусловно, семья сформировала из юного Фраучи если не революционера, то, во всяком случае, далеко не приверженца существующего в царской России строя.
Итак, Грум-Гржимайло. Вот как характеризует его, базируясь на документальных источниках, член-корреспондент РАН О.А. Платонов, автор знаменитой «Истории русского народа в XX веке». Российская интеллигенция, перешедшая на службу большевизму, исповедовала совершенно аморальную истину — «факт бесспорного перехода власти в какие-либо руки делает новое правительство за¬конным». Эти слова принадлежат Грум-Гржимайло — учителю Фраучи, тогда еще не Артузова. Отсутствие национального сознания у значительной части старой российской интеллигенции делало ее пособником в антироссийских экспериментах большевиков. Не понимая истинных особенностей русского характера, вместо того, чтобы осудить аморальные коммунистические утопии, шедшие вразрез с национальными традициями и обычаями страны, многие представители интеллигенции с готовностью, усердием включились в этот эксперимент.
Справедливости ради необходимо отметить, что не только инженерно-техническая элита, интеллигенция со щенячьим восторгом встречала революцию.

Мир строится по новому масштабу.
В крови, в пыли, под пушки и набат
Возводим мы, отталкивая слабых,
Утопий град — заветных мыслей град, —
писал поэт Николай Тихонов в ноябре 1918 года.

В первых рядах идеологов революции дружно шагалии и футурист Маяков¬ский, и супрематист Малевич, и лирический сюрреалист Шагал («Ленин пере¬вернул Россию вверх ногами точно так же, как я поступаю в своих картинах»), и реформатор театра Мейерхольд, — но не только авангардисты. Четко печата¬ли свой шаг мистики-символисты: «Левой! Левой! Левой!»
«Да, на Руси крутит огненный вихрь... Вихрь несет весенние семена. Вихрь на Запад летит... Перевернется весь мир», — предвкушал Иванов-Разумник, идеолог скифства, в окружении которого были тогда многие. Они воспринима¬ли русскую революцию как мессианское религиозное движение — разруши¬тельное, но очищающее.
«Быть большевиком не плохо и не стыдно, — объясняет Ходасевич Садов¬скому в декабре 1917 года. — Говорю прямо: многое в большевизме мне глубо¬ко по сердцу».
Интеллигенция в революцию большевиков и эсеров не только шла сама. Тех, кто не шел, зазывали. Ленин — пролетарскому писателю Горькому в 1918 году: «Скажите интеллигенции, пусть она идет к нам. Ведь, по-вашему, она искренне служит интересам справедливости? В чем же дело? Пожалуйте к нам...».
В.Е. Грум-Гржимайло, дослужившийся до председателя научно-техническо¬го совета ВСНХ (а кто председатель ВСНХ? — первый чекист Ф. Дзержинский — интеллигенция и политическая полиция вместе: отдельная тема на сты¬ке морали, психологии, политики, права, нравственности и безнравственности), считал, что за большевистский эксперимент непременно следует заплатить до¬рогой ценой. «Большевики хотят сделать опыт создания социалистической по¬стройки государства. Он будет стоить очень дорого. Но татарское иго стоило еще дороже, однако благодаря татарской школе русские сделались государствен¬ной нацией. Временный упадок и ослабление нации с избытком покрывается выгодами такой школы. Увлечение большевизмом сделает русскую нацию та¬кой же сильной, как американская. Подавление большевиками личной инициа¬тивы в торговле и промышленности, бюрократизация промышленности и всей жизни сделают русских нацией инициативы, безграничной свободы. Большеви¬ки излечат русских от национального порока — беспечности и, как следствие ее, расточительности. За это стоит заплатить. Вот почему приветствую этот опыт, как бы тяжелы не были его последствия для современного поколения».
С благословения интеллигенции российской, в том числе и профессора Санкт-Петербургского университета В.Е. Грум-Гржимайло, заплатили десятками мил¬лионов жизней своих сограждан, полной хозяйственной разрухой, потерей тер¬риториальной целостности, превращением великой многовековой империи в по¬допытную лягушку для сомнительных экспериментов кучки отщепенцев, своровавших власть, сорвавших кожу с российского народа и, в конце концов, сожравших и себя самих.
Выделим отмеченный О.А. Платоновым аморализм русской интеллигенции. Именно аморализм и был доминантой в деятельности чекиста-супермифа Фраучи-Артузова. Аморализм, замешанный на крови соотечественников.
1918 год. Для обследования положения в Архангельской, Вологодской, Ярос¬лавской, Костромской и Иваново-Вознесенской губерниях Совет Народных Комиссаров направляет на север России «Советскую ревизию народного ко¬миссара М.С. Кедрова». В числе «ревизоров» — отряд профессиональных палачей — латышских стрелков. Работу кедровской «ревизии» описывает русский историк Сергей Петрович Мельгунов в книге «Красный террор в Рос¬сии». В ней поездка Кедрова именуется не иначе, как «карательной экспедици¬ей». «В Архангельске Кедров, собрав 1200 офицеров, сажает их на баржу вбли¬зи Холмогор и затем по ним открывает огонь из пулеметов... В верстах 10 от Холмогор партии прибывших (в концентрационный лагерь) расстреливались десятками и сотнями. Лицу, специально ездившему для нелегального обследо¬вания положения заключенных на севере, жители окружных деревень называ¬ли жуткую цифру — 8 тысяч таким образом погибших...». После работы ко¬миссии Кедрова Архангельск называют «городом мертвых». Мельгунов отме¬чает, что «были случаи расстрелов 12 —16-летних мальчиков и девушек».
Для придания видимости революционной законности расстрелы оформля¬лись соответствующими документами-решениями. В архангельских «Извести¬ях» периодически печатались списки лиц, к которым «Советская ревизия» Кед¬рова применила расстрел.
Секретарем карательной «ревизии» был 27-летний дипломированный инже¬нер-металлург Артур Фраучи.
Не под влиянием ли организации этих массовых расстрелов Фраучи-Арту-зов напишет позднее в своем дневнике: «Боюсь одного: выдержит ли моя психика ту огромную нагрузку, которая пала на мои плечи по праву большевика? Должен же быть какой-то защитный панцирь в той изнурительной борьбе, кото¬рую приходится вести ежедневно?».
Путь, приведший Фраучи-Артузова в контрразведку, определен не предвари¬тельной подготовкой профессионала, не жизненным опытом, не целевыми уста¬новками, а его величеством случаем — дядя Фраучи М. Кедров после успешной «ревизии» севера России в 1919 году становится руководителем советской во¬енной контрразведки — Особого отдела ВЧК. Особоуполномоченным этого отдела становится и Артур Фраучи, взявший, очевидно не случайно, после кро¬вавой бойни на Севере псевдоним «Артузов».
Что значит быть допущенным руководить военной контрразведкой в разгар Гражданской войны, когда не столько от боеспособности, сколько от лояльности армии, прежде всего ее высшего и среднего командного состава, напрямую зависит судьба большевистского государства, судьба самих большевистских вождей и их семей? Это означало наивысшую степень доверия правителей страны человеку, в чьи руки отдавался неограниченный, тотальный контроль над армией. Очевидно, при этом учитывался и «опыт» работы Кедрова с «офицерским кон¬тингентом» в Архангельске.
Влияние Кедрова на Артузова поистине многогранно. В семье Кедров-рево¬люционер формирует из юного племянника человека с мышлением государ¬ственного преступника. Став одним из руководителей государства, Кедров лич¬ным примером формирует у уже зрелого 27-летнего Артузова психологию палача, привлекая его к массовому террору. К слову, Кедров воспитывал не только одного племянника. Его сын, Игорь Кедров, прославился как один из самых жестоких следователей ежовского НКВД. Свидетельствует высокопоставленный сотрудник советской военной разведки В. Кривицкий (Самуил Гинзбург): «В мае 1937 года, в разгар великой чистки, мне представилась возможность поговорить с одним из следователей ОГПУ — неким Кедровым, в то время занимавшимся выбиванием признаний. Разговор шел о методах нацистской полиции. Вскоре он перекинулся на судьбу лауреата Нобелевской премии мира, прославленного немецкого пацифиста Карла фон Осецкого, в то время узника гитлеровской тюрьмы, погибшего в 1938 году.
Кедров говорил тоном, не терпящим возражения: "Осецкий мог быть хорошим человеком до ареста, однако, побывав в руках гестапо, он стал их агентом". Я попытался возразить Кедрову и пробовал объяснить ему величие характе¬ра и достоинства человека, о котором шла речь.
Кедров отметал все мои аргументы: "Вы не знаете, что можно сделать из человека, когда он у вас в кулаке. Здесь мы имеем дело со всякими, даже с самыми бесстрашными. Однако мы ломаем их и делаем из них то, что хо¬тим!"».
Случайность ли — сын и племянник М. Кедрова оказались одной и той же социально-психологической типологии, типологии интеллигентов-аморалистов? Сын М. Кедрова — руководствовавшийся формулой аморального интеллигента-прокурора-юриста-дипломата-академика Вышинского: «Если ставить воп¬рос об уничтожении врага, то мы и без суда можем его уничтожить», племянник М. Кедрова — убийца интеллектуальный, для которого люди — всего лишь шахматные фигуры в придуманной, инспирированной в болезненном воображе¬нии игре в разведку и контрразведку.
Михаил Кедров не шел против общепринятых в большевистской среде правил, пристраивая своего племянника в ВЧК. Личная уния применительно к карательным органам власть предержащими реализовывалась неуклонно. Ин¬стинкт самосохранения? Высокие должности в ЧК-ОГПУ-НКВД длительное время занимал барон фон Пильхау Романам Людвикас — Роман Александро¬вич Пиляр, остзейский немец, являвшийся двоюродным племянником самого Дзержинского. Несмотря на незавершенное образование (2 курса юридическо¬го факультета Петербургского университета) и достаточно молодой возраст (в 1920 году ему было всего 26 лет) Пиляр последовательно занимал должно¬сти заместителя начальника контрразведывательного отдела ВЧК, заместителя председателя и председателя ГПУ Белоруссии, наркома внутренних дел Белорусской ССР, начальника ряда территориальных управлений НКВД, дослужил¬ся до звания комиссара госбезопасности 2-го ранга.
Первый советский президент Я. Свердлов определил к Дзержинскому в ка¬честве секретаря президиума ВЧК сына двоюродного брата своего отца, ровес¬ника Артузова — Генриха Ягоду (Енона Гершоновича Иегоду), тоже сделавше¬го поистине феерическую карьеру: управделами особого отдела ВЧК, замести¬тель начальника особого отдела ВЧК, 2-й, а затем 1-й заместитель председателя ОГПУ, нарком внутренних дел, генеральный комиссар госбезопасности.
Основное содержание деятельности Артузова в контрразведке и разведке не шпионаж и контршпионаж, а разработка русской эмиграции. Считается, что в основном исход беженцев из Советской России завершился в ноябре 1920 года, когда из Крыма на 120 судах было вывезено около 150 тыс. русских людей. Из общего количества лиц, покинувших страну, а это около 2 млн. человек, пример¬но пятая часть — военнослужащие Белой армии.
По официальной версии, растиражированной в советских исторических из¬даниях, от русской эмиграции в 20 —30-е годы исходила угроза существованию большевиков в России.
Реальная же проблема была в угрозе интеллектуальной, ибо в эмиграции оказались лучшие умы России: ученые, писатели, инженеры, конструкторы, художники, военные, разведчики, политики, композиторы, идеологи, экономисты, поэты, финансисты, православные священнослужители — словом, те, кого без преувеличения можно назвать интеллектуальной элитой России; в значительной степени в эмиграции был сохранен, спасен генофонд русской нации.
Мысль, идея, духовная аура, исходившая от М.А. Алданова, А.В. Амфите¬атрова, К.Д. Бальмонта, Н.С. Батюшина, А.Н. Бенуа, Н.А. Бердяева, И.Я. Билибина, С.Н. Булгакова, И.А. Бунина, Г.В. Вернадского, А.Н. Вертинского, С.М. Волконского, Р.Б. Гуля, А.И. Деникина, СП. Дягилева, Е.И. Замятина, Иоанна Шаховского, В.Н. Ипатьева, В.В. Кандинского, Л.П. Красавина, Ф.Ф. Комиссаржевского, А.И. Куприна, Н.О. Лосского, СП. Мельгунова, В.В. Набокова, Б.В. Никитина, Б.И. Николаевского, М.А. Осоргина, С.С. Про¬кофьева, СВ. Рахманинова, П.Ф. Рябикова, Д.Л. Рябушинского, Л.Н. Савицко¬го, И.И. Сикорского, С.Г. Скитальца, М.Л. Слонима, И.Ф. Стравинского, П.Б. Струве, Н.С. Трубецкого, Н.В. Устрялова, С.Л. Франка, В.Ф. Ходасевича, А.Е. Чичибабина, З.А. Шаховской, И.С. Шмелева, Р.О. Якобсона и многих других для кремлевских правителей на протяжении всего существования Советской власти была опаснее сотен вражеских дивизий.
Не случайно, в первые десять — пятнадцать лет существования Советской власти ВЧК-ОГПУ интересовали не столько иностранные разведки, сколько российская эмиграция, ее политические и военные организационные структуры, открыто ставящие своей целью свержение большевистского правительства, вос¬становление российской государственности.
Необходимость проведения прежде всего контрразведывательной работы за рубежом среди эмиграции продиктовала создание в органах госбезопасности СССР внешней разведки.
Была ли угроза существованию государства Советов со стороны организо¬ванных эмиграционных кругов реальной, действительной или мнимой, преуве¬личенной? Считается, что 20-е годы были расцветом российской эмиграции, русской национальной интеллигенции. Как отмечает О.А. Платонов, «пройдя через горнило опыта братоубийственной брани, русская интеллигенция сумела подняться выше своего обычного уровня и разглядеть с его высоты то, что не могла увидеть раньше: глубину духовных ценностей святой Руси и неисчисли¬мые полчища ее внешних врагов». В эмиграции были отшлифованы нравствен¬ные качества самой высокой пробы: служение общечеловеческим идеалам, са¬мопожертвование во имя блага и интересов Отечества, Родины, народа, принци¬пиальность, высокая гражданственность, бескомпромиссность в борьбе за истину и справедливость.
Верхушка коммунистической партии прекрасно понимала, что реальной уг¬розы физическому существованию Советского государства со стороны российс¬кой эмиграции не было. К середине 20-х годов было ясно, что военные методы борьбы с Советской властью полностью себя исчерпали. Боролись с другой уг¬розой — идеей, носителями идеи, потенциальными и действительными. Подавив всякое инакомыслие внутри страны, боролись с животворным источником сво¬бодной мысли за рубежом. И эта борьба, начатая Артузовым, продолжалась еще шесть десятилетий, вплоть до трагического крушения советской империи. На операциях против российской эмиграции написаны десятки учебников, по кото¬рым воспитывалось не одно поколение чекистов.
В передовом отряде борьбы с русской эмиграцией и нашел свое место выхо¬дец из обрусевшей швейцарской семьи, российский интеллигент А.Х. Фраучи-Артузов.
Начатую при активном участии Артузова борьбу с эмиграцией продолжат его последователи, так сказать ученики.
В 30-е годы в разведке и контрразведке перестанут играть в изящные интел¬лигентские оперативные игры и начнут убивать, взрывать, топить, устраивать аварии, отравлять. Тысячи эмигрантов будут насильно при участии ГУКР «Смерш» и НКВД вывезены после войны в СССР и брошены в лагеря — с женами, детьми — все, повально.
В 40-50-е годы те, кого не удалось через союзников-англичан затащить в СССР, также беспощадно уничтожались, только более изящно, используя яды, имитирующие сердечные приступы.
Не до игр.
А Артузов со своими оперативными играми войдет в классику разведки и контрразведки. И портрет его повесят в музее СВР в Ясенево. По официаль¬ным версиям, на Фраучи-Артузове крови нет. На его примере санкционировано будут воспитывать новые поколения разведчиков.
Мы уже отмечали, что учителем Артузова по инженерной линии был В.Е. Грум-Гржимайло. Наставники Артузова-чекиста — большевики-революционеры Дзер¬жинский, Кедров и... генерал-майор свиты его величества по гвардейской пехо¬те, в 1913 — 1915 годах товарищ министра внутренних дел царской России Вла¬димир Федорович Джунковский.
Джунковский в числе других видных деятелей царской политической поли¬ции будет привлечен к работе в ВЧК-ОГПУ после того, как в 1922 году по инициативе Дзержинского было оформлено соответствующее разрешение ЦК РКП(б) привлекать для работы в органах безопасности бывших сотрудников охранного отделения департамента полиции «как специалистов по разработке антисоветских акций». При принятии данного решения партийная верхушка руководствовалась двумя основными мотивирующими факторами: 1) в услови¬ях мирного времени прежние методы работы ЧК, в основе своей заключавшиеся в массовых карательно-репрессивных мерах по отношению к населению себя изжили. Да и политические противники большевиков были, наученные горьким опытом попыток легальной политической борьбы, либо в эмиграции, либо доста¬точно хорошо законспирированы; 2) царская политическая полиция имела об¬щепризнанные превосходные традиции эффективной и результативной работы именно по эмиграции: легендарный Петр Рачковский — «полицейский Маккиавели», его ученики — Ратаев, Гартинг, Красильников в конце XIX — начале XX веков создали и поддерживали уникальную заграничную агентурную сеть, позволявшую освещать практически всю зарубежную деятельность оппозици¬онных монархии партий и движений, оказывать на нее необходимое воздей¬ствие и влияние, поддерживать взаимодействие с английской, французской, гер¬манской, итальянской и швейцарской полицией.
Овладение опытом спецслужбы означает, прежде всего, перенос методов ра¬боты. А излюбленным методом царской политической полиции была провока¬ция. Сущность провокации — искусственное создание доказательств соверше¬ния преступной деятельности. Этот метод царской охранкой использовался ак¬тивно и повсеместно, независимо от того, где проводилась оперативная разработка — в России или за границей. Провокация стала почерком полити¬ческой полиции России.
Оформленный упомянутым секретным постановлением ЦК РКП(б) реве¬ранс в сторону непревзойденной школы царской политической полиции свиде¬тельствовал не только об определенной эволюции в принципиальной позиции большевистского руководства после завоевания власти; об эволюции в отноше¬нии к полиции вообще как составной части политической системы государства.
Окончательно срывалось покрывало, видимость законности в борьбе с оппозицией, открывались шлюзы – чекистам давали понять: для достижения целей подавления инакомыслящих дозволено использовать все средства.
Позднее, в 30-х годах, дополнительно к провокации разрешили и пытки; раз¬решили специальным решением ЦК ВКП(б).
Именно Джунковский, привлеченный к работе по разработке российской эмиграции и явился одним из закулисных идеологов, вдохновителей и организа¬торов одной из грандиозных провокаций XX века — операции «Трест». Опера¬ции, во многом сформировавшей специфический оперативный почерк работы ОГПУ-НКВД, заключающийся в повсеместном использовании метода провока¬ции. Метода, в полном объеме заимствованного из арсенала департамента поли¬ции МВД царской России и существенно усовершенствованного ОГПУ СССР. Метода, безусловно, аморального.
Все совпало в нужное время и в нужном месте. Аморализм части российской интеллигенции наложился на аморализм востребованных новым режимом ме¬тодов царской охранки. В основу поведенческой мотивации руководства ЧК-ОГПУ легла воинствующая русофобия. К этому добавился радикальный не¬профессионализм и крайне низкий образовательный уровень (если о таком можно вообще говорить) большинства чекистов-руководителей. Да и откуда ему было взяться — профессионализму? Оперативного работника-агентуриста пестуют годами, подлинными руководителями оперативных подразделений разведки и контрразведки становятся, отработав в спецслужбе не один десяток лет. Так же, как нельзя в одночасье стать истинно сформировавшимся, подготовленным во¬еначальником, не пройдя последовательно все ступени армейской служебной лестницы (взвод, рота, батальон, полк, дивизия, корпус, армия), невозможно вы¬биться в руководители спецслужб, не отработав «в поле».
Не один Артузов был аморален и поверхностен на начальном этапе карьеры в своем виде деятельности. Не менее аморален был и знаменитый пролетарский маршал Михаил Тухачевский, выходец из той же интеллигентной среды, что и Артузов. Только Артузов беспощадно срезал интеллектуальный слой России: офицерство, ученых, писателей, священников, не продавшуюся русскую интелли¬генцию, а Тухачевский диковинным в то время химическим оружием беспощад¬но уничтожал вековую основу земли Русской — пухнувших и умирающих от голода, доведенных большевизмом до отчаянья российских тамбовских кресть¬ян. Оба, Тухачевский и Артузов, не стесняясь, носили ордена, полученные за геноцид против российского народа.
Любопытное совпадение. В подавлении тамбовского восстания по распоря¬жению Ленина самое активное участие принимает дядя Артузова — Михаил Кедров. При подавлении восстания ведомые Тухачевским и Кедровым карате¬ли убили более 100 тыс. крестьян, значительную часть которых составляли женщины, дети и старики.
Система свела Артузова и Тухачевского, по меньшей мере, дважды. В первый раз Тухачевский активно используется в курируемых Артузовым контрразве¬дывательных операциях — «Тресте» и ряде «Синдикатов», известных под но¬мерами «2», «4» и т.д.
Во второй раз Артузов в 1937 году сознательно, спасая свою шкуру, иначе сказать нельзя, заталкивает Тухачевского в уже заготовленную для него Стали¬ным и Ежовым ловушку, но об этом позже.
Разумеется, нельзя огульно причислять всех руководителей ОГПУ 20 — 30-х годов к личностям полностью аморальным, хотя жизнь большевистской верхушки тех лет повсеместно пронизывали цинизм, предательство, жестокость, зависть, стяжательство. Люди, принадлежавшие к этому кругу, отвергали обще¬принятые моральные устои; ложь, лицемерие, двойные стандарты жизни стали нормой отношений. Господствовала идеология пренебрежения к человеческой жизни, вседозволенности. Они поставили себя не только над нравственностью, моралью, но и над законом и обществом, причислив себя к избранным.
Тем не менее, среди руководства ОГПУ находились люди, отдававшие себе отчет, во что могут вылиться массовые провокации, чем грозит обществу бескон¬трольное всевластие тайной политической полиции, манкирование законностью. В 1930 году по делу оперативной разработки «Весна» ОГПУ было арестова¬но и осуждено более 3 тыс. генералов и офицеров бывшей царской армии, обви¬нявшихся «в принадлежности к антисоветским организациям и проведении враж¬дебной деятельности против СССР». Среди них были известные военные тео¬ретики и ученые А. Снесарев, А. Верховский, Н. Какурин, П. Сытин, А. Свечин, К. Мехоношин, Д. Шуваев, Н. Сологуб и др. Основными доказательствами по делу были показания самих арестованных. О том, как они добывались, лучше всего свидетельствует письмо наркому обороны К. Ворошилову видного военного ученого А.И. Верховского, на свою беду женатого на сестре последнего председателя Временного правительства А.И. Керенского. Вот что пишет Алек¬сандр Иванович Верховский, заслуженный генерал русской армии, доброволь¬но перешедший на службу в Красную Армию в феврале 1919 года, впоследствии ставший членом Особого совещания по обороне при главнокомандующем Воо¬руженными Силами республики, профессором Военной академии РККА, на¬чальником штаба Северо-Кавказского военного округа, автором многочислен¬ных научно-исследовательских работ, учебников, монографий. Для наиболее адек¬ватной передачи духа, обстановки 30-х годов, в которых творил Артузов, без купюр представляем читателю крик души боевого генерала, не раз смотревшего смерти в лицо на поле боя, награжденного за храбрость императором именным оружием.
«Товарищ народный комиссар!
Я хочу доложить Вам то, что случилось со мной, потому, что судебная ошибка, имевшая место в моем деле, может повториться, принося, как я понимаю, ущерб авторитету Советской власти.
Я повторяю в этом докладе то, что мной письменно сообщалось начальнику Особого отдела ОГПУ и прокурору СССР в 1933 году.
2 февраля 1931 г. во время служебной командировки в купе поезда на меня сзади набросились четверо граждан в штатском. Предполагая нападение банди¬тов, я стал кричать, звать на помощь. Только когда мне предъявили ордер об аресте. Меня высадили из поезда в Воронеже, и здесь два следователя — Николаев и Перлин — в течение трех недель по очереди вели допрос с короткими перерывами на еду и сон. Они довели меня до того, что я давал показания в состоянии крайнего переутомления, плохо понимая окружающее.
Допрос был построен так. Мне было сказано, что моя вина перед Советской властью обнажена со всей неопровержимостью. Если же я буду запираться, буду расстрелян, а моя семья — разгромлена. Если же я сознаюсь, то могу ждать снисхождения. На мое заявление, что мне не в чем сознаваться, мне наводящими вопросами дали канву того, что я должен, по мнению следователей показать:
1. Я будто бы пришел в Красную Армию в 1919 году как враг, подготавливающий взрыв ее изнутри. Для этого я группировал все время около себя контрреволюционное офицерство.
2. Кафедра тактики Военной академии якобы была моим штабом, в котором я разработал план восстания в Москве на случай войны в дни мобилизации.
3. Это давалось мне в связи с якобы существующей у нас трудовой Красной Армией.
4. Для политического обеспечения я связался в бытность мою в Генуе в составе нашей экспедиции в 1922 году с английским генеральным штабом.
5. В бытность мою начальником штаба Северо-Кавказского военного округа (СКВО) будто я подготавливал восстание на Северном Кавказе.
6. Все это я делал одновременно, вредительствуя, где только было можно. Я считал, что все это обычный прием следователя и просил его перейти к настоящему разбору обвинения, а для этого предъявить мне обвинение и заслушать мои объяснения. В этом мне было отказано. Тогда я отказался давать показания по этим вопросам. В ответ на это следователь Николаев приказал с меня сорвать знаки военного отличия и сказал, что мое присуждение к расстрелу решено. Я был вызван к уполномоченному представителю ОГПУ лично, тот подтвердил бесспорность моей вины, сообщил мне от имени коллегии ОГПУ, что если я стану на колени перед партией, строящей социализм, и «сознаюсь», то меня ждет 3 — 4 года тюрьмы в наилучших условиях. Если же я буду «запираться», то меня расстреляют, как Мека и Пальчинского.
После моего отказа меня перевели в Москву и установили следующий режим: одиночная камера, без прогулок, без всякого общения с родными, без чтения и каких-либо занятий, мыл уборную и параши под окрики надзирателей, заставлявших меня по нескольку раз переделывать дело.
Вызовы к Николаеву, издевавшемуся надо мной, ругавшемуся площадными словами и требовавшему дачи показаний. Он обещал «согнуть меня в бараний рог и заставить на коленях умолять о пощаде, если я буду упорствовать». Если же я дам показания, то режим будет немедленно изменен. Так длилось 11 месяцев. Лишь одно облегчение было сделано — через 5 месяцев дали читать.
Кроме Николаева меня вызвали следующие руководители ОГПУ: Иванов, Евдокимов, Дейч и, наконец, председатель коллегии т. Менжинский.
На мое заявление т. Иванову, что такое ведение следствия незаконно, он мне заявил: "Мы сами законы писали, сами и исполняем!". На мою просьбу ко всем этим лицам предъявить обвинение и дать мне возможность защищаться ответа не последовало. Даже не проводили очные ставки с теми, кто меня оговорил; мне все они отвечали, что моя вина в их глазах очевидна и мне остается одно: либо давать показания, либо готовиться к расстрелу.
В камере три раза посещали меня представители прокуратуры, которым я делал заявления о том, то следствие ведется так, что правду выяснить оно не может. Одна прокуратура не находила нужным даже выслушать меня. По всему ходу следствия становилось совершенно ясно, что никто не интересуется совершенно правдой и что меня хотят насильно заставить дать ложные показания. Если к этому прибавить сознание полной беззащитности и внушаемого след¬ствием убеждения, что партия требует от меня дачи этих ложных показаний во имя каких-то неведомых целей, то станет ясно, что заставило целый ряд лиц, которых следствие связало в одно со мной дело, дать ложные показания и ого¬ворить меня.
В ходе следствия я пошел по линии компромисса, чтобы, как я думал, спасти от разгрома семью, но я не мог пойти на то, чтобы объявить себя врагом советс¬кой власти и партии, в то время, когда я после длительного периода наблюдений и большой работы над собой, незадолго до ареста подал заявление о приеме меня в партию.
После 11 месяцев следствия во внутреннем изоляторе ОГПУ меня перевели в Ярославль в изолятор особого назначения. Я был посажен в одиночку, лишен всякого общения с семьей и даже с другими заключенными. Тюремный режим был нарочно продуман так, чтобы обратить его в моральную пытку. Запреща¬лось все, вплоть до возможности подойти к окну, кормить птиц и даже петь хотя бы вполголоса. В тюрьме были случаи сумасшествия, повешения и т.п.
Время от времени приезжал следователь, давая понять, что все изменится, "если у меня будет что-нибудь новое".
За два года моим родным удалось добиться только двух свиданий. В февра¬ле 1933 года я объявил первую голодовку. Через 5 дней приехавший следова¬тель сообщил, что выдвинутые мной требования о пересмотре дела, предъявле¬нии мне обвинения и даче возможности защищаться, так как это предусмотрено нашим УПК (Уголовно-процессуальным кодексом), будут исполнены.
Прошло 8 месяцев без всяких последствий. Я объявил новую голодовку. На 16-й день в тюрьму приехал т. Катаньян, которому я вручил подробное заявле¬ние. В результате я был переведен на общее содержание: прогулки, стал полу¬чать регулярно свидания с родными, и получил право на переписку. Освобожден я был без пересмотра дела еще через 10 месяцев после этого».
Даже сейчас, по прошествии семи десятилетий, от прочитанного письма веет ужасом.
Некоторые высокопоставленные сотрудники ОГПУ, в том числе начальник Иностранного отдела ОГПУ, член коллегии и заместитель председателя ОГПУ Станислав Адамович Мессинг, начальник Секретно-оперативного управления, член коллегии ОГПУ Ефим Георгиевич Евдокимов, начальник особого отдела ОГПУ Ян Каликстович Ольский (Куликовский), полномочный представитель ОГПУ по Московской области Лев Николаевич Бельский, считали дела на во¬енных специалистов «дутыми», искусственно созданными и выражали недове¬рие к показаниям арестованных.
Опытные руководители явно расслабились, запамятовали, что своего мнения в ОГПУ не может иметь никто, даже первые руководители. ОГПУ выполняет решения партии, а в партии есть только одно мнение — Сталина.
Решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 6 августа 1931 г. Евдокимов, Ольский, Бельский и Мессинг освобождаются от занимаемых должностей. Впоследствии. в 1938 — 1940 годах все они будут расстреляны. Тогда же, в августе 1931 годг Сталиным было подписано директивное письмо, адресованное секретарям ЦК нацкомпартий, крайкомов и обкомов партии, в которых говорилось:
«Поручить секретарям национальных ЦК, крайкомов и обкомов дать разъяс¬нение узкому активу работников ОГПУ о причинах последних перемен в руко¬водящем составе ОГПУ на следующих основаниях:
а) т.т. Мессинг и Бельский отстранены от работы в ОГПУ, тов. Ольский снят с работы в Особом отделе, а т. Евдокимов снят с должности начальника секрет¬но-оперативного управления... на том основании, что...
б) они распространяли среди работников ОГПУ совершенно не соответству¬ющие действительности разлагающие слухи о том, что дело о вредительстве в военном ведомстве является «дутым» делом;
в) они расшатывали тем самым железную дисциплину среди работников ОГПУ... ЦК отмечает разговоры и шушуканья о «внутренней слабости органов ОГПУ» и «неправильности» линии их практической работы как слухи, идущие без сомнения из враждебного лагеря и подхваченные по глупости некоторыми горе-коммунистами».
Беспрецедентная ситуация, аналог которой в истории СССР будет иметь место спустя 60 лет, после августовской провокации 1991 года: одновременно 4 высших руководителя органов государственной безопасности, ключевых подразделений ОГПУ снимаются с занимаемых должностей. Что было тогда, в 1931-м? Микропутч среди наиболее влиятельной верхушки ОГПУ? Четыре элитных руководителя спецслужбы не желают выглядеть причастными к грандиозной провокации. Поступок архимужественнейший. Ведь этим людям гораздо лучше других известны правила игры возле сталинского кремлевско¬го Олимпа, а главное — последствия для тех, кто посмеет нарушить эти правила.
Ольский — один из ближайших соратников Артузова, Мессинг — его пря¬мой начальник. А где же сам Артузов с его декларируемой на лекциях в погра¬ничной школе ОГПУ принципиальностью, законностью, моралью, профессио¬нальной честью? Артузов, пишущий в конспектах своих лекций: «Чекист слу¬жит правому делу. Ему по душе атмосфера подлинности и достоверности. Чекист, прежде всего, должен быть верным идеалам партии. Он работает, действует во имя осуществления задач партии, задач пролетарской революции. Он ее щит и меч. Чекист неотделим от партии, работает под ее контролем, растет на могучем древе партийной мудрости».
А Артузов получает повышение. Он становится начальником Иностранного отдела ОГПУ, заменив на посту руководителя внешней разведки не желающего быть соучастником террора Станислава Мессинга, который изгоняется из ОГПУ на второстепенную хозяйственную работу. Артузов достигает вершины своей карьеры, в очередной раз сделав выбор между честью, совестью, моралью, порядочностью и бесчестием, готовностью шагать по трупам, карьеризмом. Иностранный отдел, или как его сокращенно называли ИНО, занимал совершенно особое место в организационно-штатной структуре ОГПУ. Примечательно, что его численность в 1934 году составлял всего 81 (!) сотрудник. Для сравнения: Особый отдел - контрразведка и борьба с вражескими действиями в армии и на флоте - 255 человек по штату, Экономический отдел - 225, Транспортный отдел - 153.
Разведка была маленькая, но люди в ней работали большие.
Можно ли считать Артузова полноправным наследником искусства прово¬кации, которым владели «звезды» царской охранки?
В отличие от доктрины царской политической полиции, исповедовавшей сбере¬жение секретного сотрудника, доктрины, нарушенной практически лишь однажды товарищем министра внутренних дел В. Джунковским, «сдавшим» в 1912 году особо ценного агента полиции - члена ЦК партии большевиков, депутата Госу¬дарственной Думы, любимца Ленина Малиновского; в ВЧК-ОГПУ агентуру не жалели. Не жалел агентуру и Артузов, очевидно, сказывалась школа учителя по оперативной линии Джунковского.
Джунковского, несмотря на его пресмыкательство перед новыми хозяевами из ВКП(б)-ОГПУ, тоже не минула судьба испить до конца горькую чашу чело¬века, презирающего моральные нормы, предающего во имя собственного выжи¬вания... После провала «Треста» ему позволили в течение нескольких лет отси¬деться в Крыму, а затем в 1938 году, на год позже Артузова, расстреляли.
В 1936 году Артузова снимают с должности заместителя начальника воен¬ной разведки РККА, куда он был переведен в 1934 году. На короткий срок он становится начальником Особого бюро ГУГБ НКВД. В воспоминаниях сослу¬живцев он много времени проводит в оперативном архиве НКВД. По офици¬ально растиражированной версии, якобы, пишет историю ВЧК-ОГПУ. Заблуж¬дались сослуживцы. Артузов писал совсем другое. Аналитик разведки и контр¬разведки, стратег, знающий детали закулисной борьбы сталинского политического театра, он предвидит великую чистку. В январе 1937 года на имя наркома внут¬ренних дел СССР Н. Ежова, только что получившего специальное звание гене¬рального комиссара государственной безопасности, что приравнивалось к воин¬скому званию маршала Советского Союза, поступило письмо Артузова, в кото¬ром он, оперируя имевшимися в архиве НКВД сведениями закордонных агентов о «вредительской деятельности Тухачевского», высказывал свое мнение о суще¬ствовании в Красной Армии троцкистской организации.
Не просто так копался в архивах Артур Христианович, не историю ВЧК и пограничной охраны писать собрался, а добирал фактуру. Освежал в памяти, подкреплял документами своих агентов-липачей донос на Тухачевского.
Известно, что Тухачевский активно использовался в контрразведыватель¬ных операциях ОГПУ, непосредственное руководство которыми осуществлял не кто иной, как сам Артузов. Информация о, якобы, «причастности» Тухачев¬ского к подпольной военно-монархической организации в СССР предвари¬тельно сознательно, скрупулезно, детально готовилась в ОГПУ. Легендирование участия Тухачевского и ряда других советских военачальников в «оппозиционной» деятельности санкционировано на самом высоком уровне. Некоторые из видных военных — Зайончковский, Троицкий были агентами ОГПУ. Кому как не Артузову не знать истинную цену «агентурных данных» о Тухачевском?
Кому как не Артузову — руководителю контрразведки СССР на протяжении нескольких лет не знать о том, что Тухачевский и ряд других высших военачальников Красной Армии — бывших царских офицеров, в том числе Б.М. Шапошников, С.С. Каменев, М.Д. Бонч-Бруевич, являются объектами групповой оперативной разработки Особого отдела НКВД «Генштабисты». Тухачевский активно разрабатывался органами госбезопасности еще с 1925 года, в его оперативной проверке принимали участие негласные сотрудники ОГПУ, участвовавшие в том числе и в операции «Трест».
Итак, ОГПУ одной рукой легендировало перед противником участие Тухачевского в антисоветской монархической организации, другой же рукой, используя тех же агентов, что и в доведении дезинформации до иностранных разведок, писало на него доносы в Особый отдел ОГПУ — военную контрразведку, Использование провокационных методов работы органов ОГПУ-НКВД при активнейшем участии Артузова привело к тому, что целенаправленно распространяемые агентами в рамках контрразведывательных операций компрометирующие сведения на Тухачевского становились достоянием третьих лиц и, возвращались в эти органы по другим, в том числе и разведывательным, каналам уже как агентурные данные. Добытые таким путем материалы, как правило, не проверялись, накапливались в архивах ОГПУ-НКВД.
Итак, Артузов предчувствовал неотвратимый удар сталинской гильотины. Что он делает? Пытается спасти товарищей по работе, бывших подчиненных, соратников, учеников: Сыроежкина, Пиляра, Федорова, Стырне, Пузицкого? Пытается вывести из-под возможного удара агентуру, задействованную в особо сложных операциях? Покаяться по поводу своих провокационных методов работы? Внести ясность в существо сфабрикованных на военных руководителей разработок? Рвет с режимом как Кривицкий, Райсс, Фельдбин-Орлов, Раскольников, Агабеков?
Нет. Он сознательно топит Тухачевского перед Ежовым. Топит, прекрасно зная, что в архивных донесениях его агентов-провокаторов — ложь и дезинформация, что все эти агентурные материалы сознательно инспирированы, выдуманы в самом ОГПУ самим Артузовым и его подчиненными, что не только агентурным сообщениям, но и агентам верить ни в коем случае нельзя.
Расчет Артузова прост и коварен. Ежов — дилетант в оперативных играх, новичок в системе ОГПУ-НКВД, пришел из партийных органов, механизмами полиции в деталях не владеет. Выбивая «команду» Ягоды (позднее Ежов сам признает, что он «почистил 14 тыс. чекистов»), Ежов неизбежно выбивает и носителей истинной информации о подоплеке разработок десятилетней давности. Следовательно, на этом и нужно во имя выживания строить свою игру, ибо все нити операции известны только посвященным. А он — Артузов — один из немногих посвященных в провокации, именуемые для очистки совести и несведущих потомков контрразведывательными операциями советской контрразведки – «Трест» и «Синдикат».
Спустя два месяца после направления Ежову своего донесения, в марте 1937 года Артузов наносит еще один внезапный удар, на этот раз по своему преемнику на должности начальника Иностранного отдела НКВД комиссару госбезопасности второго ранга Абраму Ароновичу Слуцкому, в прошлом секре¬тарю парткома центрального аппарата НКВД.
Вот как передает речь Артузова на собрании руководящих работников в клубе ОГПУ 18 марта 1937 г. Вальтер Кривицкий.
«Артузов знал, что поставлено на карту. Старый чекист заговорил с актер¬ским пылом:
- Товарищи, в труднейшие дни для революции Ленин поставил Феликса Эдмундовича Дзержинского во главе ВЧК. В еще более сложное время Сталин поставил своего лучшего ученика Николая Ивановича Ежова во главе НКВД. Товарищи! Мы, большевики, научились быть безжалостными не только к вра¬гам, но и к самим себе. Да, Ягода действительно хотел играть роль Фуше. Он действительно хотел противопоставить ОГПУ нашей партии. Из-за нашей сле¬поты мы невольно участвовали в этом разговоре.
Голос Артузова креп, становился все более уверенным:
- В 1930 году, товарищи, когда партия впервые почувствовала эту тенден¬цию и, желая положить ей конец, назначила в ОГПУ старого большевика Акуло¬ва, что сделали мы, чтобы помочь Акулову? Мы встретили его в штыки! Ягода всячески старался помешать его работе. А мы, товарищи, не только поддержали саботаж Ягоды, но пошли еще дальше. Я должен честно признаться, вся партий¬ная организация ОГПУ была занята саботажем Акулова.
Артузов беспокойно искал взглядом хотя бы малейшего намека на одобрение на скуластом личике Ежова. Он чувствовал: наступил нужный момент для решающего удара, чтобы отвести подозрение от себя.
- Спрашивается, кто был в это время руководителем партийной организа¬ции ОГПУ?
Он набрал воздух в легкие и выдохнул:
- Слуцкий!
Бросив своего товарища на растерзание, Артузов с триумфом сошел с трибуны».
Иван Алексеевич Акулов, большевик с 1907 года, после августовского реше¬ния Политбюро ЦК РКП(б) о кадровой чистке высшего эшелона ОГПУ в 1931 году был назначен первым заместителем председателя ОГПУ, но пробыл в этой должности только до 1932 года, после чего стал Прокурором СССР. Его пребы¬вание в ОГПУ, как, впрочем, и быстрое увольнение от должности явилось след¬ствием подковерной борьбы партийной верхушки за влияние на ОГПУ, борьбы за монополию на тайную информацию о внутриполитических процессах в стра¬не. Акулов также впоследствии не пережил пика сталинского террора и был расстрелян в 1938 году, почти одновременно с Ягодой.
После ареста Артузова, когда, как профессионалу, ему уже должно быть все предельно ясно, даже в тюремной камере он остается вернейшим сталинистом.
В записке Ежову он пишет: «Глубоко понял, как должен быть недоволен мною и возмущен Сталин. Он послал меня в разведуправление Генштаба исправлять работу. Особенно тяжело сознание, что я подвел его перед военными, ведь он надеялся, что я буду его глазом в РУ».
Прочь иллюзии! Артузов такой же верный сталинский сатрап, как и другие, кричавшие перед расстрелом «Да здравствует Сталин!».
Просто в определенный момент Сталин избавился от него, как от выработавшего свой ресурс и излишне обремененного знаниями нежелательного свидетеля.
Перед казнью Артузов будет молить о пощаде. Он напишет свою последнюю записку следователю НКВД не чернилами, а собственной кровью. Вспомнил он тогда, сколько чужой крови он пролил за свою жизнь?
Как профессионал-разведчик и контрразведчик Артузов состоялся. Его уникальность в том, что он последовательно занимал высшие руководящие должности в контрразведке, внешней разведке, а затем и в военной разведке СССР. Со временем он действительно овладел искусством разведки и контрразведки, основными их методами, прежде всего игровыми (применительно к понятию «оперативных игр»). Он ввел комбинационный стиль в работу с агентурным аппаратом. Он стоит у истоков формирования, создания нелегальной линии работы разведки.
О. Гордиевский и К. Эндрю в мировом бестселлере 80-х годов «КГБ. История внешнеполитических операций от Ленина до Горбачева» утверждают, что секретные материалы внешней разведки КГБ СССР характеризуют Артузова как «генератора идей». Он разработал множество способов проникновения в иностранные миссии — от «медовой ловушки» до менее утонченных способ шантажа, впоследствии взятых на вооружение КГБ и рядом других спецслужб Им доведена до совершенства теория и практика операций по дезинформации противника.
Стремление к творческому встречается в среде сотрудников спецслужб не так уж часто. Широко распространено мнение, что разведка и контрразведка лишь ремесло, а ни в коей мере не искусство. Артузов уже в конце 20-х годов самостоятельно выходит на уровень анализа и обобщения практических знаний агентурно-оперативной работы, попыток сведения этих знаний и опыта в некую теоретико-методологическую систему. Он читает курс лекций в Высшей пограничной школе ОГПУ, призывает активно использовать фактор «сопредельности» со спецслужбами государств, окружающих СССР, подчеркивая, что общая государственная граница предоставляет совершенно уникальные возможности для долговременных разведывательных и контрразведывательных операций, предлагает «обыгрывать» в оперативном плане даже возможности пограничных застав.
Надо абсолютно вжиться в профессиональную деятельность, чтобы посвящать ей крупицы свободного времени на уже теоретико-методологическом уровне, тем более что высокое положение Артузова в ОГПУ этого отнюдь не требовало.
Артузов действительно был мастером организации агентурного проникновения в интересующие ОГПУ-НКВД структуры. Только в РОВСе и вокруг него было навербовано невидимое количество агентов, среди которых помимо известных Скоблина, Дьяконова, Плевицкой, Третьякова был даже сын генерал-лейте¬нанта Федора Абрамова, председателя РОВСа в сентябре 1937—марте 1938 года.
Справедливости ради заметим, что не один Артузов был уникумом в ОГПУ-НКВД, умудряясь одновременно работать и писать книги. Его подчиненный Вениамин Гражуль, один из участников похищения в Париже главы РОВС ге¬нерала Миллера, в 1944 году, будучи начальником Школы особого назначения (ШОН) (в настоящее время — Академия Службы внешней разведки), опубликовал прелюбопытнейшее исследование о внешнеполитической разведке Рос¬сии во времена Петра I и Екатерины II. Книга удостоилась публичной благо¬склонной рецензии патриарха отечественной исторической науки академика Е.В. Тарле (кстати, тоже не избежавшего в 30-х годах участи «быть объектом оперативной разработки» ОГПУ и чудом, только по прихоти Сталина, не пре¬вращенного в «лагерную пыль»).
Несомненно, можно и должно говорить об Артузове-Фраучи — талантливом профессионале разведки и контрразведки, как о выдающейся личности, разви¬вавшей теорию и практику деятельности спецслужб, оказавшем существенное влияние на формирование специфического почерка советской разведки и кон¬трразведки. Артузов внес неоценимый вклад в развитие высшей формы контр¬разведывательного искусства — оперативных игр. Понимание оперативной игры и сейчас доступно единицам. Он руководил Иностранным отделом ОГПУ чис¬ленностью всего в 81 человек. Маленькая по численности разведка делала боль¬шие дела. Именно артузовский ИНО, его гласные и негласные сотрудники, за¬ложили фундамент, на котором позже выросло здание великой внешней развед¬ки великой империи, позволившей устоять стране в годину суровых испытаний. Отрицать это — отрицать очевидное.
Апологеты Фраучи-Артузова могут возразить — он чистый, на нем нет кро¬ви. Да, после Архангельской «ревизии» во главе с Кедровым он де-юре дистан¬цировался от расстрелов, концлагерей, карательных операций. Он стал чистым оперативником-контрразведчиком, затем разведчиком. Но он был, оставался составным звеном сталинской карательной цепочки, он подготавливал условия для сдачи объектов своих разработок следователю. Инсценировать судебные процессы большевики начали не в 37-м, а, как минимум, на десятилетие раньше. Заманивая в оперативные ловушки объектов своих операций, Артузов не питал иллюзий, а прекрасно знал, что ждет этих людей, каков будет приговор. Рейли, Савинков, Анненков, Денисов, Кутепов, Миллер — кто по приговору суда, кто без приговора...
Есть понятия — реализация операции, разработки. А.Х. Фраучи-Артузов реализовывал свои оперативные дела трупами и искалеченными жизнями. Не¬важно, что он лично не расстреливал, не допрашивал, не фальсифицировал по¬казания, не пытал, не писал сценарии процессов.
Но без его оперативного, интеллектуального вклада процессы были бы невоз¬можны.
Он знал, что ждет его политических противников. Пуля. Ясно, что личность не может быть абсолютно идеальной. Но мифологизация образа руководителей спец¬служб морально растлевает саму спецслужбу, особенно молодых сотрудников.
Нынешнему поколению разведчиков, контрразведчиков, пограничников мифы не нужны. Нужна объективность, нужна правда, пусть горькая, но правда. Только тогда возможно истинное единство общества и структур государства, обеспечивающих безопасность страны, единство, основанное на взаимном соблюдении закона, морали, нравственности.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:14

Личность руководителя спецслужб

Личность руководителя разведывательной или контрразведывательной службы является определяющей, если не сказать решающей, для эффективности, результативности работы, развития, а в некоторых условиях и самого существования и выживания разведки и контрразведки в качестве самостоятельной и самодостаточной государственной структуры. В спецслужбах, в силу их максимальной закрытости от общества и его институтов, корпоративности и специфики решаемых тайных задач и применяемых средств и методов, субъективный фактор имеет, как это ни парадоксально, доминирующее значение при принятии стратегических решений.
Для политического руководства государства яркая, или, как сейчас модно говорить, харизматическая, фигура во главе спецслужб не столько неудобна, сколько опасна. Во времена СССР и Сталин, и Хрущев, ставя во главе министерства госбезопасности партийного функционера Игнатьева, назначая на должность председателя КГБ Шелепина и Семичастного, Брежнев — Андропова, Андропов — Чебрикова, а Горбачев — Крючкова, руководствовались их непрофессионализмом и лояльностью как основным критерием соответствия должности руководителя спецслужб. Политическое руководство не требовало от руководителей разведки и контрразведки выдающегося интеллекта и самостоятельности, какой-либо неординарности мышления и действия и не дай бог - независимости. Более того, вышеперечисленные качества как раз и являлись препятствующими при решении вопроса о назначении, ибо от руководителя спецслужб требовалось послушание, предсказуемость, управляемость, отсутствие любой возможной угрозы самому существованию и благополучию политического руководства и иных составляющих власти.
Закономерность имела цепной характер. Чем человек образованнее, умнее, более независим, самостоятелен, морален, совестлив, тем меньше у него шансов на продвижение по иерархической карьерной лестнице в системе разведки и контрразведки.
Во многом и неосведомленность политиков в тонкостях механизма функционирования спецслужб является причиной подбора по принципу личной преданности.
Но и устраивавшие в определенный период политическую элиту руководители спецслужб не были вечны и с завидной постоянностью, периодичностью покидали свои посты. Исключение — Дж. Э. Гувер, на протяжении 45 лет возглавлявший Федеральное бюро расследований США. (В уникальном, не имеющем аналогов случае с Дж.Э. Гувером заслуживает глубокого, всестороннего непредвзятого исследования версия о Гувере, как уполномоченном представителе «невидимого правительства», контролирующем, «смотрящем» за персонали¬ями высших политических кругов США, в том числе и президентами, и, следова¬тельно, абсолютно неподконтрольном обществу, системе государственного меха¬низма США.)
Отставки высших руководителей спецслужб проходили по самым разнообраз¬ным сценариям: могло быть почетное оформление или, наоборот, уничижитель¬ная критика, сопровождаемая улюлюканьем в средствах массовой информации. Сутью оставалось одно — отстранение от реальных рычагов власти и информа¬ционных потоков, механизма воздействия на принятие политических решений.
Можно по-разному обосновывать, мотивировать причины «выброса» руково¬дителей разведки и контрразведки из структур спецслужб — принципиальное несогласие с политической линией руководства, провалы в работе и, как след¬ствие, оглушительные международно-дипломатические и внутриполитические скандалы, возраст и состояние здоровья и т.п.
Истинных, реальных причин, как правило, две либо одна из двух:
1) знание скрытых политические механизмов, подоплеки политической и эко¬номической закулисы и боязнь политических руководителей именно этого зна¬ния и, как следствие, неуправляемости, независимости, возможности играть само¬стоятельные партии на политической шахматной доске;
2) стремление политического руководителя иметь на месте начальника раз¬ведки и контрразведки пусть гораздо менее компетентного или некомпетентно¬го и неискушенного в деятельности спецслужб руководителя, но, безусловно, лично преданного.
Иметь сильного руководителя спецслужбы могут позволить себе только чрез¬вычайно сильные, мощные, уверенные в себе политические руководители. В этой связи примечательна и показательна фраза президента США Д. Кеннеди, про¬изнесенная в апреле 1961 года об А. Даллесе непосредственно перед его прину¬дительной отставкой с поста директора ЦРУ: «Даллес является личностью ле¬гендарной, а с легендарной личностью крайне трудно работать эффективно...».
Какими качествами должен обладать руководитель спецслужбы? Максими¬лиан Ронге пишет:
«Для разведывательной службы наиболее важны: трезвая оценка и, последо¬вательно, знание людей, компетентность в специальности, знакомство с неприя¬тельской организацией и знание языков, естественность, здравый смысл и осто¬рожность.
Разведывательная работа требует строжайшей секретности. Но это не имеет ничего общего с таинственностью и пинкертоновщиной.
Для оценки достижений разведывательной службы в мировую войну нужно сопоставить достигнутые результаты с действительностью».
Л. Фараго выделяет энциклопедические знания и умение актуализировать в разведывательной и контрразведывательной практике новейшие научно-тех¬нические достижения.
Неизбежное постоянное вращение среди политического и финансово-промышленного истеблишмента, увы, предполагает и необходимость наличия так качеств, как цинизм, лесть, двоедушие, угодничество и светскость.
В последнее время в связи с бурным ростом научно-технических и информационных средств и методов разведки, накопления и анализа информации, математического моделирования роль тайных, консервативных, агентурных методов шпионажа продолжает постепенно, но неуклонно уменьшаться. В то же время все более рельефной становится тенденция использования разведки и контрразведки для проведения внутриполитических акций и тайных операций.
В данных ситуациях от руководителя спецслужб требуется психологическая устойчивость, исключительное политическое чутье, осмотрительность, здравый смысл, инстинкт самосохранения, не только лично себя на своей должности, но самой спецслужбы, сотрудников, агентурного аппарата, дабы не сделать их заложниками собственной нерешительности, политических игрищ, нередко сомнительного, авантюрного свойства.
Спецслужба — живой механизм, требующий постоянной как внутренней, так и внешней динамики. Застой для разведки и контрразведки губителен. Недаром А. Даллес часто повторял: «Я требую только действий. Пусть рискованных, пусть опрометчивых, пусть фарисейских, однако же действий». Рискнем высказать мнение, что одно из основных предназначений руководителя спецслужбы — быть генератором спецслужбы, не только в интеллектуальном, доктринально-концептуальном аспекте, но и в организационно-управленческом.
Входя по должности в высшее политическое руководство страны, руководитель спецслужбы должен заставлять политиков принимать политические решения по разведывательной или контрразведывательной информации.
Разведка и контрразведка — структуры военизированные, разумеется при определенном проценте, большем или меньшем, гражданского персонала.
Не всегда и не везде в спецслужбах присваивались воинские звания сотрудникам. Даллес, Кейси, Буш, Римингтон, Гейтс были гражданскими людьми, отсутствие у них генеральского (офицерского) звания никоим образом не повлияло на качество руководства ими разведки. Тот же Гувер — глава американской контрразведки на протяжении более четырех десятилетий — имел звание агента ФБР.
В то же время офицеры разведки во все времена считались элитой офицерского корпуса всех государств, что нельзя было сказать об офицерах контрразведки. Б.М. Шапошников вспоминает в своих мемуарах о том, что офицерам, уходившим из армии в жандармерию (читай — контрразведку), не подавали руки.
Доминирующее отношение к контрразведке среди граждан своей страны, плохо скрытая ненависть, боязнь, страх, опасение, невольное дистанцирование, осуждение, заспинное обсуждение. Не любили, но считались из-за разного рода соображений — карьерных, материальных, компрометирующих, но отнюдь не патриотических, моральных, этических.
Иное дело — контрразведка по противнику, по иностранцу, по спецслужбам и аффилированным с ними структурам. Это уже белая кость, уже всего лишь шаг до разведки.
Чистоплюи и костоломы. Как ужиться в одной структуре, системе? Парадокс истории, но основные усилия разведки и контрразведки тратились во мно¬гом и на устранение этих противоречий.
В спецслужбах, как и в обществе, свое древнеримское разделение на касты: элита, стража, рабы. Добавляем к этому еще и клановость и получаем общую картину, при которой руководителем спецслужбы может быть личность дей¬ствительно незаурядная, умеющая грамотно держать удар — как от чужих, так и от своих.
Разведывательный опыт является неоценимым в карьерном восхождении как политика, так и военного. Александр Иванович Чернышев в 1808 — 1812 годах был военно-дипломатическим агентом во Франции, руководителем российской разведки в стане главного противника — Наполеона. Позднее, в 1832 — 1852 го¬дах, в течение 20 лет Чернышев — военный министр Российской империи.
Алексей Николаевич Куропаткин в 1878 — 1879 годах был заведующим ази¬атского делопроизводства Главного штаба, в 1886 году выполнял секретные военно-разведывательные задания в Турции. Впоследствии стал военным ми¬нистром России, создателем российской военной контрразведки.
Борис Михайлович Шапошников занимал должности в структурах военной разведки как в царской, так и в Красной Армии, что, несомненно, оказало влия¬ние на его становление как крупнейшего военного теоретика, военачальника, будущего руководителя Генерального штаба, Маршала Советского Союза.
Не случайно выдвижение неординарных руководителей спецслужб на выс¬шие государственные посты: бывший директор ЦРУ Дж. Буш стал президентом США; военный разведчик Перон — президентом Аргентины; начальник военной разведки Израиля Е. Барак — премьер-министром страны; председа¬тель КГБ Ю. Андропов — генеральным секретарем ЦК КПСС и председателем Президиума Верховного Совета СССР; директор Службы внешней разведки Е.М. Примаков и директор Федеральной службы контрразведки С. Степа¬шин — председателями правительства; министр госбезопасности КНР Хуа Гофэн — главой Китая, наследником Мао Цзэдуна; председатель КГБ Азербай¬джанской ССР Г.А. Алиев — президентом Азербайджана; директор Федеральной службы безопасности В. Путин — председателем правительства и президентом России.
Из числа руководителей спецслужб наивысших и беспрецедентных в миро¬вой истории почестей был удостоен бессменный в течение 15 лет (1967 — 1982) руководитель КГБ СССР Ю.В. Андропов, генерал армии, дважды Герой социа¬листического труда. После его смерти в 1984 году было принято Постановление Центрального Комитета КПСС, Президиума Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР «Об увековечении памяти Юрия Владимировича Андро¬пова», где говорилось: «Учитывая исторические заслуги выдающегося деятеля Коммунистической партии и Советского государства, мирового коммунистичес¬кого и рабочего движения, верного ленинца, пламенного борца за мир и комму¬низм Юрия Владимировича Андропова и в целях увековечения его памяти, Центральный Комитет КПСС, Президиум Верховного Совета СССР и Совет Министров СССР постановляют:
1. Установить бюст Ю.В. Андропова на станции Нагутская Ставропольского края, где он родился.
2. Переименовать:
город Рыбинск Ярославской области в город Андропов;
Курсавский район Ставропольского края в Андроповский район.
3. Присвоить имя Ю.В. Андропова:
производственному объединению «Ростсельмаш»;
Новолипецкому металлургическому комбинату;
Ленинградскому высшему военно-политическому училищу противовоздушной обороны;
одному из высших учебных заведений;
гвардейской танковой Кантемировской ордена Ленина Краснознаменной дивизии;
пограничному отряду Краснознаменного Северо-Западного пограничного округа;
средней школе № 108 города Моздок Северо-Осетинской АССР;
Дворцу пионеров, город Петрозаводск;
проспекту или площади в городе Москве и по одной улице в городах Ярославле, Петрозаводске и Ступино (Московская область);
кораблю Военно-Морского Флота.
4. Установить 12 стипендий имени Ю.В. Андропова для студентов Петрозаводского государственного университета имени О.В. Куусинена, Ярославского политехнического института и одного из высших учебных заведений.
5. Установить мемориальные доски на здании судостроительного завода имени Володарского в Ярославской области и на здании Комитета государственной безопасности СССР, где работал Ю.В. Андропов, а также на доме № 26 по Кутузовскому проспекту в городе Москве, где он жил.
6. Установить бюст на могиле Ю.В. Андропова на Красной площади у Кремлевской стены».
Ю.В. Андропов, будучи политическим руководителем Комитета государственной безопасности, сформулировал две предельно краткие, но исключительно насыщенные по содержанию заповеди разведчикам и контрразведчикам: «Быть интеллектуально выше своего противника» и «Видеть события и явления за горизонтом».
В первом тезисе — сгусток требований к кадрам спецслужб — интеллект всепобеждающ!; во втором — основное предназначение разведки и контрраз¬ведки — не фиксация событий, а их упреждение, прогнозирование.





***

Для определения пригодности конкретной личности в качестве руководите¬ля спецслужбы абсолютно неприменим такой избитый, а потому бессмысленный кадровый критерий, как возраст. А. Артузов был назначен руководителем со¬ветской контрразведки в возрасте 31 года. В. Шелленберг в том же возрасте возглавил внешнеполитическую разведку Германии. Дж. Э. Гувер в 29 лет стал директором Федерального бюро расследований США. М. Вольф в 29 лет стал главой внешнеполитической разведки ГДР и руководил ею 34 года. В 33 года военную контрразведку СССР в тяжелейшее время Великой Отечественной войны возглавил В. Абакумов. В 36 лет директором «ШИНБЕТ» — израильской службы внутренней безопасности и контрразведки — стал Исер Харел (уроженец Рос¬сии по фамилии Гальперин), успешно руководивший затем внешней и военной разведкой вплоть до 1963 года. Между тем, легендарный А. Даллес, считающий¬ся непревзойденным руководителем разведки, оставивший после себя мемуары, названные «библией разведчика», начал заниматься разведывательной работой, когда ему было уже 49 лет, а в 60 стал директором в ЦРУ. Е. Примаков возгла¬вил внешнюю разведку в 62 года. У. Кейси повторно пришел в разведку после более чем тридцатилетнего перерыва и был назначен директором ЦРУ в возрасте 68 лет, оставаясь на этом посту в течение 7 лет, вплоть до своей смерти. Ю.В. Андропов стал председателем КГБ СССР в 53 года, в 59 — получил звание генерал-полковника, ушел из КГБ в 68 лет. И все они оказались на своем месте, достойно руководя спецслужбами, добиваясь впечатляющих результатов, которые оспаривать бессмысленно.


***

Макиавеллиевские законы отражения политической гильотины ломали судьбы и жизни руководителей спецслужб бесстрастно и безжалостно, особенно в условиях жестких тоталитарных режимов. Мартиролог руководителей разведки и контрразведки, умерших не своей смертью бесконечен: Николаи, Канарис, Гейдрих, Кальтенбруннер, Кан Шэн, Артузов, Берзин, Проскуров, Абакумов, Берия, Ягода, Урицкий, Трилиссер, Слуцкий, Деканозов, Юзбашян, Баранников...
Не избежали тюрьмы Вольф, Шелленберг, Мильке, Крючков, Баранников, Грушко, Судоплатов, Казаманов...
Такова плата, а вернее — расплата за знание тайной механики политической игры и обладание истинной информацией, которая доступна только спецслужбам и их избранным руководителям.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:16

Раздел 6

Агентура


Основу разведки и контрразведки всегда составляла агентура. О чем думает противник, что и как он намерен предпринять, можно узнать только с помощью глубоко внедренного тайного агента.
Согласно Библии Иуда был секретным агентом римлян, завербованным в среде первохристиан. Именно после его известного поступка доносительство стало именоваться «иудиным грехом». В конце XIX и начале XX века этот грех считался одним из самых тяжких, как в глазах верующих, так и атеистов. В обществе не было более презренной фигуры, нежели тайный полицейский агент.
Споры об этичности агентурных отношений велись всегда. Защита, как пра¬вило, строила свои аргументы исходя из того, что общество и государство в процессе обеспечения собственной безопасности не могут решать эти проблемы, не прибегая к тайным методам. При этом приводился известный библейский постулат, который гласит: «Богу — богово, кесарю — кесарево».
Пытаясь обойти моральную сторону доносительства, защитники института агентуры говорят: доносительство — это грех, но не всегда. Собственная защита кесаря является его неотъемлемым правом, а институт агентуры в этой связи — его легитимная собственность. Нуждаясь в информации, кесарь имеет право на ее получение. А раз так, то спецслужбы должны быть наделены компетенцией, позволяющей им совершать определенные действия. Другими словами, вникать в самые разнообразные области общественной жизни посредством сыскного агента, в качестве своего рода внутригосударственного аналитического центра, готовя затем «государю» свои аналитические обзоры — тайные сообщения.
В свое время, желая решить вопрос морали для американских спецслужб, президент США Рейган издал указ, регламентирующий деятельность спецслужб, в котором говорилось, что «любые действия, предпринятые по приказу, должны считаться законными, если они совершены с "честными намерениями"». Он явно пытался ответить на вопрос сотрудников американских спецслужб, как быть с другим президентским указом, запрещающим им «прямую или косвенную при¬частность к убийствам». Таким образом, президент предоставлял возможность трактовать «честные намерения», как «разрешение на убийство».
Разбираться в том, что есть Добро и что есть Зло, — право и обязанность каждого человека в отдельности. Правда, для этого необходимо обладать определенной суммой знаний.
Один из библейских постулатов гласит: «Познай истину, и она сделает тебя свободным». Видимо, и свободным от «ложных истин» при принятии справедливого решения. Но эта самая истина зачастую бывает скрыта от наших глаз, и добыть ее без тайных методов иногда просто невозможно. Таким образом, круг замыкается, и мы вновь возвращаемся к потребности в спецслужбах, которые, как известно, не могут существовать без агентуры. Не случайно именно эта библейская фраза стала девизом ЦРУ США. По-русски это звучит примерно так: «Вначале разведай место брода и только тогда смело форсируй водную преграду».
Итак, агентурные отношения не всегда греховны, а иногда они могут быть и богоугодны. Главным образом это происходит тогда, когда речь идет о борьбе со Злом (преступность, коррупция, терроризм, наркобизнес).
С точки зрения морали и нравственных норм агентурная работа не выдерживает никакой идеалистической критики и является образцом цинизма. Однако следует обратить внимание на то, что ни одна даже самая либеральная организация демократической Америки не выступает за ее ликвидацию.
Приходится признать, что современный уровень развития мировой цивилизации не позволяет отказаться от агентурного метода борьбы с преступностью, как и от использования спецслужб в целом. Другое дело, на каких принципах эта работа строится.
Единственным утешением в таком положении является осознание человеком своих прежних ошибок и очищение от них покаянием, в чем и заключается высший смысл пребывания человечества на Земле.
Из всего сказанного вытекает, что моральная сторона агентурных отношений является предметом совести каждого участника этих специфических отношений. При этом имеется в виду личность как вербовщика, так и самого вербуемого.
В русском языке слово «агент» (от латинского глагола agere — действовать, двигаться, править, управлять) появилось во второй половине XVI века. Впервые оно встречается в значении «торговый представитель, посредник». В первой половине XVII века слово «агент» появляется в значении «доверенное лицо, представитель иностранного государства». В XVIII веке агент обозначает лицо, «официально уполномоченное правительством для политических сношений и наблюдений при каком-либо иностранном дворе. Агентом также называется лицо, «посланное в иностранное государство с секретным политическим пору¬чением».
Понятие агент применительно к иностранцу, привлекаемому к сотрудниче¬ству с русской разведкой, появляется в начале XIX века. При этом термины «агент», «шпион», «лазутчик» применяются к отдельным категориям лиц как синонимы. К концу XIX века в разведывательный лексикон прочно входит определение «тайный, негласный агент» для обозначения лиц, осуществлявших обзор разведывательной информации исключительно тайно, скрыто, неофици¬ально, негласно.
В настоящее время существует несколько десятков категорий агентов и свя¬занных с ними разведывательных и контрразведывательных терминов.
Агент — 1) тайный сотрудник разведки или организации, занимающейся военным или промышленным шпионажем; лицо, занимающееся добыванием, изу¬чением и обобщением сведений экономического, научно-технического, полити¬ческого или военного характера о вероятном противнике или конкуренте; 2) лицо, которое по поручению спецслужбы или правоохранительного органа получает или способствует получению разведывательной или контрразведывательной информации; 3) лицо, изъявившее согласие на конфиденциальной основе, в том числе и по контракту, оказывать содействие органам, осуществляющим опера¬тивно-розыскную деятельность, и привлекаемое к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий.
Агент-боевик – агент, выполняющий особые задания с применением оружия, взрывчатых веществ, специальных препаратов и средств.
Агент-вербовщик – специально подготовленный агент, осуществляющий по заданиям и под руководством спецслужбы привлечение новых лиц к секретному сотрудничеству в качестве агента.
Агент влияния — 1) лицо, которое может быть использовано для тайного влияния на иностранных представителей, на органы, формирующие общественное мнение, на организации, влиятельные круги, с тем чтобы способствовать достижению целей правительства своей страны, или имеющее возможность предпринимать конкретные действия для поддержания его внешней политики; 2) агент, который по заданию спецслужбы, используя свое служебное и общественное положение, а также другие возможности, оказывает негласное воздействие на политику, общественное мнение, развитие отдельных событий, деятельность политических организаций и государственных органов других стран; 3) общественный деятель, проводящий политику какой-либо партии или организации в среде, не принадлежащей к этим структурам; 4) лицо, целенаправленно использующее по заданию спецслужбы имеющуюся у него возможность непосредственного воздействия на процесс функционирования объекта; 5) завербованный и обученный спецслужбами навыкам шпионской деятельности агент, располагающий возможностью, в силу занимаемой должности, оказывать по «каналам влияния» воздействие на большую политику, доводить до общественного мнения определенные идеи, а также выполнять важные политические поручения 6) в древности особо засекреченный агент, завербованный в среде отличавшихся выдающимися личными качествами и привлекательной внешностью представителей знатного происхождения, которого тщательно готовили и засылали, как правило, одного, по правдоподобной «легенде» в соседние общины, племена, государства с целью достигнуть там властного положения для получения возможности подрывать могущество явных или потенциальных противников своего Отечества; 7) лицо, используемое для оказания тайного влияния на государственных чиновников, средства массовой информации или активную часть населения в интересах и для достижения целей, преследуемых иностранной державой; 8) государственный или общественный деятель, оказывающий то или иное влияние на идеологию, политику и действия определенной социальной группы, партии, организации и т.д.
Агент-групповод — исполняющий роль куратора агент, который по заданию спецслужбы руководит работой одного или нескольких агентов, поддерживая с ними конспиративную личную связь.
Агент-двойник — 1) лицо, которое ведет тайную деятельность в интересах двух или более спецслужб, передавая одной службе информацию о другой или о двух службах третьей, и которое преднамеренно или непреднамеренно используется одной спецслужбой против другой; 2) перевербованный противником агент, работающий на обе разведки.
Агент-дезинформатор — 1) агент, сознательно сообщающий сотруднику спецслужбы, у которого он находится на связи, заведомо ложную информацию по вопросам, интересующим спецслужбу, выдавая ее за достоверную; 2) лицо, которое направляется не для сбора информации, а с целью введения в заблуждение разведывательного или контрразведывательного аппарата или иной структуры иностранной державы.
Агент — добытчик образцов — агент, который по заданию спецслужбы пери¬одически приобретает в зарубежных странах образцы засекреченной новой тех¬ники и материалов, скрывая эти операции от контролирующих органов страны-производителя.
Агент иностранной державы — 1) любой субъект, который действует на тер¬ритории государства в качестве должностного лица или служащего иностран¬ного государства, ведущего тайную деятельность, которая противоречит интере¬сам данного государства; 2) любой субъект, который сознательно участвует в тайной деятельности по сбору разведывательной информации в соответствии с указаниями разведывательной службы или агентурной сети иностранного государства, сознательно осуществляет любую другую разведывательную деятель¬ность для и от имени этого государства.
Агент — источник документальной информации — агент, передающий спецслуж¬бе добываемую им информацию в форме подлинных документов и их копий.
Агент-маршрутник — агент, осуществляющий по заданиям спецслужбы поез¬дки по намеченным маршрутам в разведываемой стране или в третьих странах и собирающий в процессе этих поездок интересующую разведывательную ин¬формацию путем личного наблюдения, использования оперативной техники или своих связей.
Агент-наводчик — агент, используемый спецслужбой с целью выявления и изучения лиц, представляющих интерес для вербовки или иного оперативного применения.
Агент наружного наблюдения — агент, специально подготовленный спец¬службой или правоохранительным органом и используемый для негласного ви¬зуального наблюдения за интересующими их лицами и другими объектами.
Агент-нелегал — 1) специально отобранный и подготовленный агент, снаб¬женный спецслужбой личными иностранными документами на присвоенные ему новые установочные данные или получивший таковые по ее указанию самосто¬ятельно и обосновавшийся по ним на жительство в третьей стране для выполне¬ния заданий спецслужбы; 2) агент разведки, который действует, как правило, под началом нелегального резидента и сам работает под чужими документами; 3) агент разведки, нелегально заброшенный в страну противника и действую¬щий в ней по фиктивным документам или же находящийся на нелегальном положении.
Агент-переправщик — агент, используемый спецслужбами для нелегальной переброски через государственную границу в интересующую страну своих кад¬ровых работников, агентов и других лиц, а также средств разведывательной деятельности.
Агент-подстава — агент противника, внедрившийся или пытающийся вне¬дриться по его заданию в агентурную сеть спецслужбы или правоохранительно¬го органа с целью выявления личного состава указанных органов, содержания проводимой ими работы и выполнения других поручений.
Агент-провокатор — 1) внедренный противником или перевербованный агент спецслужбы, который тайно предает ее интересы и конспиративно выполняет задания по организации провокаций, направленных против спецслужбы; 2) неофициальный полицейский агент, сотрудничающий с антиправительственными группировками или отдельными лицами, подозреваемыми в преступлениях, с целью завоевать их доверие и позже информирующий об этом; 3) агент, подталкивающий отдельных лиц или целые группы на совершение противозаконных актов с целью их дискредитации, компрометации.
Агент-радист — агент, специально подготовленный и используемый спецслужбой для поддержания конспиративной радиосвязи между нелегальной резидентурой, в состав которой он входит, и Центром, а также между отдельными нелегалами, агентами и центром.
Агент-разработчик — агент, который изучает разрабатываемых спецслужбой или правоохранительным органом лиц, наблюдает за их поведением в быту, на службе, выявляет связи, характер отношений с ними и выполняет другие задания в отношении объектов разработки.
Агент-связник — агент, используемый спецслужбой для поддержания конспиративной связи со своими структурными звеньями или отдельными агентами, находящимися в третьих странах.
Агент — содержатель конспиративной квартиры — агент, помещение которого конспиративно используется спецслужбой или правоохранительным органом для встреч с другими агентами, обработки материалов, хранения оперативно-технических средств и других целей.
Агент — содержатель почтового адреса — агент, адрес которого используется спецслужбой для конспиративной связи по почте с отдельными агентами.
Агент — содержатель прикрытия — агент, выступающий по заданию с помощью спецслужбы в роли владельца или являющийся действительным владельцем такой фирмы либо предприятия, в которые спецслужба конспиративно направляет на официальную работу своего сотрудника для легализации его приезда, проживания в стране пребывания и источников средств существования.
Агент-установщик — агент, систематически выполняющий задания спецслужб и правоохранительных органов по установке интересующих их лиц.
Существует ряд устоявшихся общепринятых терминов, непосредственно образующих смысловую связь с термином «агент».
Агентурная боевая группа — организационно-обособленная группа агентов, выполняющая специальное задание спецслужбы с применением боевой техники и методики.
Агентурная наводка — первичное устное или письменное сообщение агента о лице, представляющем для спецслужбы вербовочный или иной интерес.
Агентурная разведка — 1) вид разведывательной деятельности, осуществляемой с помощью тайных агентов, являющейся основным средством стратегической разведки и ведущейся как в мирное, так и военное время; 2) вид организации подрывной деятельности, основанной на агентурном проникновении на объекты специального интереса; 3) вид организации разведывательной деятельности, основанной на агентурном проникновении разведывательных служб в социально-политическую, военную, экономическую и иную систему разведываемых стран, на использовании агентурных позиций, созданных непосредственно на интере¬сующих эти службы объектах и в социальных слоях.
Агентурная радиосвязь — конспиративная радиосвязь спецслужбы со свои¬ми нелегальными звеньями или отдельными нелегалами и агентами, в которой в качестве радистов она использует своих агентов.
Агентурная радиостанция — портативная радиостанция, используемая спец¬службой для организации конспиративной радиосвязи агентов с Центром.
Агентурная связь — процесс конспиративного общения между разведыва¬тельной службой и агентом, действующим на территории иностранного государ¬ства, с целью руководства агентом, контроля за его деятельностью, получения от него информации и снабжения агента всем необходимым для ведения разведы¬вательной работы.
Агентурная сеть — 1) совокупность тайно взаимодействующих агентов спец¬службы или правоохранительного органа в целом или какого-либо ее подразде¬ления; 2) группа агентов, связанных между собой и подчиняющихся агенту-групповоду, который, в свою очередь, подотчетен сотруднику разведки (резиден¬ту) той державы, на которую работает сеть.
Агентурное наблюдение — конспиративное наблюдение, осуществляемое за разрабатываемыми лицами и другими объектами с помощью агентуры.
Агентурное изучение — сбор спецслужбой информации на интересующие ее объекты с помощью агентуры.
Агентурное сообщение — передаваемое сотруднику спецслужбы письменное или устное сообщение агента о добытой им оперативной информации либо о ходе выполнения порученного задания, поручения.
Агентурно-оперативная обстановка — совокупность условий в стране, городе, в районе деятельности спецслужбы или правоохранительного органа, которые прямо или косвенно влияют на решение задач и определяют выбор форм, мето¬дов и средств агентурно-оперативной работы, а также мер по обеспечению ее безопасности.
Агентурно-оперативная подготовка — теоретическое или практическое обу¬чение сотрудников или агентов спецслужбы или правоохранительного органа формам и методам специфической работы в объеме, достаточном для успешного выполнения возложенных на них обязанностей и заданий.
Агентурно-оперативная разработка — концентрирование, комплексное применение спецслужбой или правоохранительным органом своих средств и методов для негласного изучения интересующего их объекта и осуществления мероприятий по достижению преследуемых целей.
Агентурно-оперативное мероприятие — одно или несколько действий, конс¬пиративно осуществляемых сотрудниками спецслужбы или правоохранительного органа самостоятельно или с использованием агентуры и других средств, направленных на решение разведывательной либо контрразведывательной задачи.
Агентурные возможности — возможности спецслужбы для решения оперативных задач с помощью своей агентуры.
Агентурные данные – сведения по какому-либо интересующему спецслужбу вопросу, полученные от агентуры.
Агентурные отношения — вид негласных отношений, заключающийся в том, что лица, привлеченные спецслужбой или правоохранительным органом к секретному сотрудничеству в качестве агентов, систематически выполняют задания, соблюдают дисциплину и конспирацию в деятельности и сохраняют в тайне свое сотрудничество, получают определенное вознаграждение и т.п.

***

Применение, использование агентуры может носить как точечный, направленный, так и массовый характер. Так, в годы Второй мировой войны германская разведслужба — Абвер под руководством Фридриха-Вильгельма Канариса использовала тактику массовой заброски своей агентуры на советскую территорию.
Массовой заброской агентуры Абвер пытался, с одной стороны, наводнить тыл Красной Армии шпионами и через них добывать обширные и свежие разведданные, а с другой стороны, максимально затруднить советской контрразведке борьбу с нею, поскольку это должно рассеять ее внимание. Общий состав агентов Абвера был чрезвычайно разнообразным и в подавляющем большинстве включал советских граждан. Использовались антисоветские элементы, уголовники, лица, судившиеся и подвергавшиеся репрессиям, предатели и пособники оккупантам, дезертиры, военнопленные, лица, случайно оказавшиеся на оккупированной территории. Вся эта масса вербовалась различными методами: угрозы, провокация, насилие, шантаж, принуждение, террор, подкуп, обещания и т.п.
Между тем в разведке, в отличие от военной деятельности, почти не срабатывает философский диалектический закон, согласно которому количество неизбежно перерастает в качество. Основной результат в разведке приносят агенты-звезды, суперагенты, реализовавшие принцип стратегического агентурного проникновения на объекты заинтересованности разведки.
Существует закономерность прямой зависимости результативности деятельности разведки и контрразведки от наличия агентурных позиций в высшем военно-политическом руководстве иностранных государств и его окружении, а также в штаб-квартирах разведки и контрразведки. Говоря о суперагентах, мы подразумеваем прежде всего их сверхрезультативность в добывании разведывательной информации.
Один только Р. Эймс — агент внешней разведки КГБ СССР в 1984 — 1993 годах, сообщивший о более чем десяти агентах ЦРУ в СССР, — превзошел многолетний результат по линии борьбы со шпионажем свыше сотни территориальных управлений Комитета государственной безопасности и органов военной контрразведки.
О суперагентах: Редле, Рёсслере, Харнаке, Шульце-Бойзене, Филби, Бёрджессе, Фуксе, Гийоме, Пеньковском, Эймсе, Уокере, Бланте, Хансене, Полякове, Лемане, Базна, Фельфе, Ли Говарде и многих других, написаны десятки и десятки книг, им посвящены научные документальные исследования и кинофильмы.
Нет необходимости в очередной раз повторять широко известное, хотя деятельность некоторых из них по сей день не утратила оперативной и никогда не утратит исторической ценности.
Агенты спецслужб стояли во главе государств и армий, дипломатических представительств и международной организованной преступности; сообщали о подготовке к развязыванию мировых войн — невиданной бойни в истории че¬ловечества; передавали сведения о технологических секретах конструирования и создания ядерного оружия, коренным образом изменив ход развития всемирной истории; взламывали шифры и коды, передавая государственное достояние противнику; совершали диверсионно-террористические акты, рискуя своими и чужими жизнями; вводили в заблуждение, дезинформировали крупнейших, опыт¬нейших политиков современности; носили звания лордов, академиков и генералов, послов и лауреатов; зарабатывали многомиллионные состояния и государственные награды, становились народными и интернациональными героями; были воспеты, прокляты и забыты; шли в тюрьму и на эшафот; писали мемуары-бестселлеры и агентурные донесения; манипулировали судьбами людей и являлись слепым орудием в чужих руках; преданные Родине и спецслужбам и преданные спецслужбами и забытые Родиной.


***

Вечный вопрос: кто был чьим агентом?
По сей день существует множество догадок, версий, слухов, мифов — были или не были агентами зарубежных разведок, спецслужб противника генеральный директор МИ-5 сэр Роджер Холлис, ближайший сотрудник президента США Франклина Рузвельта Гарри Гопкинс, второе лицо в гитлеровской Германии Мартин Борман, шеф Абвера Вильгельм Канарис, руководитель гестапо Генрих Мюллер?
Был ли в действительности русским шпионом знаменитый полковник Альф¬ред Редль или это мистификация австрийской контрразведки?
Пеньковский — агент американской и английской разведок или двойной агент КГБ и ГРУ, игравший ключевую роль в стратегической дезинформационной операции?
Разоблачение Гордиевского — провал МИ-6 или операция английской разведки по прикрытию суперагента в высшем руководстве ПГУ КГБ СССР?
Болезненная проблема российской и советской истории — Ленин, партия большевиков, и истинная подоплека их сотрудничества с разведкой Генерально¬го штаба Германии.
Личности агентов, несомненно, заслуживают достойного и пристального внимания.
Но не менее, если не более пристального внимания и превосходной оценки заслуживают личности кадровых сотрудников разведки и контрразведки — вербовщиков. Нет, не было и не будет более высокой в иерархии разведки и контрразведки оценок и ценностей специальности, чем оперативный работник. В то же время вербовщики – чернорабочие разведки, наиболее уязвимая ее часть. Как правило, личности суперагентов затмевают впоследствии своих вербовщиков, хотя, по сути, должно быть иначе. Разглядеть в многообразии потенциальных источников разведывательной информации нужного, оценить его возможности, не сиюминутные, а с прицелом на перспективу, дано не каждому. Сливки с результативного агента в разведке, как правило, снимают не вербовщики.
История вербовочной работы ставит неразрешимую дилемму — какой подход к будущему агенту наиболее действенен, эффективен — жесткий, ломающий, кому-то кажущийся упрощенным, на сленге оперативного состава нередко именуемый «смершевским», хотя такой подход является и элементом почерка американской разведки, или витиеватые, паутинные, кружевные, мозаичные, многоходовые, ступенчатые отношения, выстраиваемые исподволь, с расчетом на постепенное созревание потенциального агента.
В основе и того и другого подхода — психология, второй подход является более щадящим по отношению к агенту, в конце концов, каждый, а если не каждый, то уж каждый второй агент хочет быть красиво обманут. Воистину у Фридриха Ницше: «Моя память говорит, что это было, моя совесть подсказывает — лучше бы этого не было. Постепенно память уступает диктату совести».
Крайне важен постоянный контроль за завербованными агентами, особенно сотрудничающими с разведкой продолжительный период. Со временем чувствуя бесконтрольность, люди начинают работать больше на себя и чуть меньше — на Родину. Перерождение? Нет, естественное психологическое действие среды и как следствие смена (постепенная) мировоззренческой ориентации. Напрашивается острая необходимость периодической психологической подпитки, иначе любой агент, резидент, штатный сотрудник ассимилируется средой, в которой живет, становится ее частью и не в состоянии ей противостоять. Это происходит и на психологическом, психическом, и на биологическом, генетическом, уровне.
Существует понятие «агент, вышедший из-под контроля». Последствия подобного развития событий, как правило, катастрофичны и необратимы, помимо расшифровки оперативных мероприятий наносят еще и колоссальный удар по спецслужбе в целом.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:17

Агенты влияния

В 1977 году внешней разведкой Комитета государственной безопасности в высшее политическое руководство СССР был направлен любопытный доклад «О планах ЦРУ по приобретению агентуры влияния среди советских граждан». В нем, в частности, говорилось: «...ЦРУ США на основе анализа и прогноза своих специалистов о дальнейших путях развития СССР разрабатывает планы по активизации враждебной деятельности, направленной на разложение советского общества и дезорганизацию социалистической экономики. В этих целях американская разведка ставит задачу осуществлять вербовку агентуры влияния из числа советских граждан, проводить их обучение и в дальнейшем продвигать в сферу управления политикой, экономикой и наукой Советского Союза.
ЦРУ разработало программы индивидуальной подготовки агентов влияния, предусматривающей приобретение ими навыков шпионской деятельности, а так¬же их концентрированную политическую и идеологическую обработку. ...Один из важнейших аспектов подготовки такой агентуры — преподавание методов управления в руководящем звене народного хозяйства.
Руководство американской разведки планирует целенаправленно и настойчиво, не считаясь с затратами, вести поиск лиц, способных по своим личным и деловым качествам в перспективе занять административные должности в аппарате управления и выполнять сформулированные противником задачи.
По замыслу ЦРУ, целенаправленная деятельность агентуры влияния будет способствовать созданию определенных трудностей внутриполитического характера… задержит развитие... экономики, будет вести научные изыскания... по тупиковым направлениям».
Из документа ясно, что основное предназначение деятельности агентов влияния не столько добывание разведывательной информации, сколько прямое и опосредованное воздействие на внутриполитические процессы в государстве в русле внешнеполитической стратегии другого государства. То, что цитируемый документ представлен в 1977 году, отнюдь не означает, что термин «агентура влияния» и разведывательный метод оказания воздействия на высшее военно-политическое руководство противника появились в 70-х годах XX века. Так, миссия великого английского разведчика Т.Э. Лоуренса в годы Первой мировой войны — это не что иное, как долговременная операция по приобретению и использованию агентуры влияния среди лидеров арабских племен в интересах провоцирования восстания против Турции — воевавшей с Англией союзницы Германии.
В 30 — 40-е годы прошлого века в Японии действовала резидентура советской разведки под руководством Р. Зорге, одной из основных функций которой было стратегическое агентурное проникновение в высшие политические, экономические, военные круги Японии с целью оказания влияния на внешнеполитические устремления Японии в ходе Второй мировой войны.
Говоря об агентах влияния, необходимо отметить достаточно зыбкую доказательную составляющую подобного обвинения; подозрения в принадлежности к агентуре влияния могут иметь место в отношении практически каждого оппозиционера, видного и бескомпромиссного представителя оппозиции.
Очевидно, лакмусовая бумажка здесь — отражение того, что в поведении и действиях конкретного лица, его убеждениях сформировано в результате личного осмысления внешних, внутренних, объективных и субъективных обстоятельств окружающей действительности и что является результатом, продуктом воздействия чужой воли, направленного влияния (именно поэтому мы и говорим об агентуре влияния; не только они влияют, но и на них оказывается действие) иностранной спецслужбы, разведки противника.
Доказать прямую связь агента влияния и непосредственно разведцентра, резидентуры иностранной разведки как представителей зарубежного государства достаточно проблематично, а подозрения в отношении конкретных лиц могут быть сознательно инспирированы с целью их дискредитации.
Различны и масштабы агентов влияния — от лидеров государств и их ближайшего окружения до владельцев, держателей источников информационных потоков, ресурсов.


Агенты-провокаторы

Суть провокации блестяще отражена А. Даллесом в его «Искусстве разведке». Рассматривая провокацию как «древнюю и бесчестную практику», Даллес утверждает, что сам термин «agents provocateurs» зародился во Франции, провокаторы использовались во времена политических смут, но опять-таки именно русские (имеется в виду царская охранка) подняли провокацию до уровня искусства. Формула провокации, по А. Даллесу, в том, что агент, вступив в какой-нибудь революционный кружок, не только шпионил за его участниками и передавал сведения о них полиции, но и подстрекал их к таким действиям, которые давали бы повод для ареста отдельных или всех членов кружка.
Необходимо подчеркнуть, что провокатором выступает не только и не столько агент, сколько его оператор, оперативный работник, отрабатывающий, поощряющий провокационный способ выполнения поставленной задачи, формирующий морально-психологическую позицию агента, суть которой в абсолютном аморализме, безнаказанности, круговой поруке, базирующейся на некоем государственном интересе, исключительности, — своего рода модель сверхчеловека, парящего над общечеловеческими этическими понятиями о чести и совести, добре и зле; истине и ответственности.


Агенты-инициативники

Не всегда приобретение спецслужбой агента является плодом кропотливой плановой вербовочной работы.
Как показывает практика, носители уникальных государственных, военных, разведывательных, контрразведывательных, научных, секретных и совершенно секретных сведений по собственной инициативе без какого-либо побуждения извне устанавливают контакт с целью сотрудничества с подразделениями спецслужб иностранных государств, как правило, резидентурами. Для спецслужбы этой ситуации главное — готовность принять, обработать так называемого «инициативника» и в кратчайшие сроки организовать агентурную работу с ним, главное в которой – обеспечение конспиративной связи. Агенту-инициативнику нечасто отрабатываются разведывательные задания, он действует, исходя из сложившихся у него возможностей в силу служебного и иного положения, сам определяет объем и периодичность передаваемой в спецслужбы информации и нередко диктуя иностранной разведке или контрразведке порядок обмена информацией и условия сотрудничества.
Инциативниками были такие суперагенты, как сотрудник ФБР Хансен, сотрудник ЦРУ Эймс и Ли Говард, офицеры ГРУ Пеньковский, Поляков, шифровальщик КГБ Шеймов, проваливший Р. Абеля заместитель резидента советской нелегальной разведки в США Хейханен.
Побудительные мотивы установления по собственной инициативе связи с иностранной разведкой в основном материальные; например, гонорары таких агентов-инициативников, как Эймс, Хансен, составляли не один миллион долларов США.


Роль конспирации

Конспирация - термин, применяемый в тайной политической борьбе, соответ¬ственно, в практике и теории деятельности разведки, контрразведки, политичес¬кой полиции. Суть конспирации, на наш взгляд, наиболее полно и емко отражена в определении, данном в 1927 году Н.Е. Варфоломеевым применительно к слагаемым военной хитрости. В статье «Оперативная внезапность и маскировка», опубликованной в журнале «Война и революция», Н.Е. Варфоломеев основными компонентами военной хитрости называет скрытность и введение в заблуждение.
Последующие определения дополняют, развивают каждый из указанных компонентов, предполагающих активный характер мер по введению в заблуждение со скрытностью как постоянной характеристикой оперативных замыслов, но не всегда оперативных и иных мероприятий разведки и контрразведки
Расконспирация, расшифровка агентуры происходили в силу различных причин, среди которых предательство официальных и негласных сотрудников разведки и контрразведки, неумелое использование агентурной информации, ее утечка к противнику, интервью бывших и настоящих сотрудников в средствах массовой информации, собственная инициатива агента. Широко известен совершенно дикий с точки зрения корпоративной этики случай, когда товарищ министра внутренних дел России В. Джунковский в 1914 году pacшифровал перед председателем Государственной Думы М.В. Родзянко агента Департамента полиции Романа Малиновского – депутата Госдумы, члена ее большевистской фракции.
Но наибольшая угроза для расконспирации агентов хранится в архивах спецслужб.
Одним из ценных агентов советской разведки 30-х годов ХХ века был Сергей Николаевич Третьяков. Его дед, Сергей Михайлович Третьяков, был некоторое время московским головой, основал всемирно известную Третьяковскую галерею. Во время Первой мировой войны Третьяков был заместителем председателя Московского Военно-промышленного комитета, в 1917 году занял пост председателя Высшего экономического совета в правительстве А.Ф. Керенского. В период Гражданской войны Третьяков – министр торговли и промышленности в Сибирском правительстве адмирала А.В. Колчака. В эмиграции в 1929 году Третьяков становится агентом Иностранного отдела ОГПУ, активно участвует в разработке Российского Общевоинского Союза в Париже. Считается, что благодаря ему была установлена связь руководства РОВС с французскими и японскими спецслужбами, выявлены каналы заброски боевиков РОВС на территорию СССР, и установлены их имена.
Сотрудничество Третьякова с советской разведкой продолжалось вплоть до оккупации Франции фашистской Германией. В конце 1941 года немецко-фашистские войска взяли Минск и захватили архивы Белорусского НКВД, которые не успели эвакуировать или уничтожить. Среди прочих документов было обнаружено дело некоего Третьякова, агента НКВД в Париже. В результате 14 июня 1942 г. Сергей Третьяков был арестован гестапо, а 16 июня 1944 г. расстрелян в концлагере под Берлином.
После крушения Берлинской стены в 1989 году и активизации процесса объединения двух Германий спецслужбы противостоящих Западного и Восточного открыли настоящую охоту за архивами Министерства госбезопасности (Штази).
Значительную часть разведывательного архива восточным немцам удалось переправить в СССР. Педантичность немцев в регистрации и дублировании документов, перекрестная бухгалтерия обеспценили большую часть этих сведений. Кроме того, ряд высокопоставленных чиновников Штази, зарабатывая себе прощение за свою прежнюю деятельность, стремясь закрепить свое личное положение в новой Германии, поспешили разгласить очень многие разведывательные секреты. В результате затрещала по швам вся разведсеть Штази, раскинутая по всему миру.
Контрразведывательная часть архивов, особенно местных отделений и управлений Штази, попала в руки западных немцев. Но только часть, поскольку на местах успели уничтожить часть документов, в первую очередь, касавшихся работы с агентурой. Хотя и здесь немецкая система разведучета и предательство бывших сотрудников Штази позволили во многом восстано¬вить утраченное.
Интересная метаморфоза произошла с центральным архивом госбезопасности ГДР.
Тысячи страниц этих документов попали в руки американской разведки. «Скачав» себе эту информации, ЦРУ в качестве жеста доброй воли и подтвер¬ждения своих союзнических обязательств передало свою часть архивов Министерства госбезопасности ГДР спецслужбам новой Германии. Обрадовавшиеся на первых порах немцы внезапно осознали, что вместе с секретами Штази получили постоянную головную боль.
Федеральное правительство Германии немедленно учредило специальную службу по изучению американской части архивов с тем, чтобы она выработала рекомендации по рассекречиванию и порядку опубликования материалов Штази. Первые же доклады службы привели верхи Германии в шоковое, а потом и паническое состояние.
Канцлер Герхард Шрёдер и министр внутренних дел Отто Шили среди первых заговорили о том, что к документам Штази надо подходить дифференцированно: что-то открыть, а что-то и засекретить на долгие времена.
Документы из архивов Штази проявили необыкновенную способность рас¬ползаться по свету. Американцы передали немцам сведения не только о деятельности разведки ГДР в ФРГ, но и в других странах. А в этом случае по законам США американцы обязаны испросить разрешение на передачу заинтересованной стороны. Так случилось, например, с Финляндией, где действовали десятки агентов Штази. Согласие передать Германии сведения о своих гражданах Финляндия дала, но с условиями. По законам этой страны с документами должны ознакомиться люди, о которых в них идет речь, а также соответствующие правительственные структуры Финляндии.
В 2000 году Федеральная прокуратура Германии нагрянула с обыском к корреспонденту журнала «Квик» Паулю Лимбаху. У последнего изъяли свыше 20 тыс. страниц текста — результат работы прослушки Штази. В документах содержались разговоры высшего руководства страны и руководства спецслужб ФРГ, и опять-таки с весьма компрометирующими данными. Как эти документы попали к журналисту, особой тайны не составляло. Незадолго до объединения двух Германий некоторые кадровые сотрудники МГБ ГДР сбежали в различные страны. Понятно, что уезжать с пустыми руками им не имело смысла. Поэтому из архивов Штази значительная часть документов, видимо, пошла на продажу, а то и просто была передана в частные руки как залог спокойной жизни бывших сотрудников госбезопасности в новых условиях.
Архивы Штази хранят в себе много такого, что различные политические силы Германии хотят либо скрыть, либо, наоборот, использовать в политической борьбе.
Между тем круги расходятся все шире. В 2000 году скандал разразился в Великобритании, где выяснили, что в 80-е годы в Королевском институте между¬народных отношений работал высокопоставленный чиновник — агент Штази. Английская контрразведка МИ-5 подняла дела на всех сотрудников, в том числе и нынешних пенсионеров. Но так и не смогла вычислить человека, много лет раскрывавшего ключевые моменты внешней политики страны.
Такая же история случилась в Дании. Министр юстиции этой страны Франк Енсен сообщил, что в 1989 году некий агент Штази (под псевдонимом «Штайн») действовал в качестве агента-наводчика. В частности, результатом его сотрудничества с восточными немцами стала информация о полусотне датчан, которых «Штайн» оценил как перспективных для дальнейшей вербовки.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:19

Гай де Монси Бёрджесс

Гай де Монси Бёрджесс, член легендарной агентурной «кембриджской пятерки» разведки НКВД, родился 16 апреля 1911 г. В составленном в 1951 году после его разоблачения и побега в СССР розыскном циркуляре английские контрразведчики дали такое описание его внешности: «...рост 5 дюймов 8 футов (172,5 см), плотного сложения, слегка лысоватый, с сединой на висках; объект ставит ноги носками внутрь... одет, как правило, неряшливо. Очень разговорчив... обладает даром злословия и любит обсуждать политические, философские вопросы, а также говорить об искусстве... свободно владеет французским».
Его отец, Малькольм Кингсфорд де Монси Бёрджесс, был офицером самого богатого традициями вида вооруженных сил — Королевского военно-морского флота — и служил в нем безупречно. К началу войны с кайзеровской Германией он имел звание капитан-лейтенанта и командовал канонерской лодкой «Геба»
Он прослужил всю войну под командованием адмирала Фредерика Стерлинга, в 1916 году получил звание капитана третьего ранга. «Геба» успешно участвовала в противодействии начатой Германией подводной блокаде Англии и Ирландии, топила немецкие подводные лодки, обеспечивала подъем с потопленных английскими крейсерами германских кораблей кодовых книг и принимала участие в Ютландском сражении в составе британского флота, который ценой больших потерь сумел запереть германскую эскадру в портах до конца войны.
В 1917 году морской офицер был командирован на Ближний Восток, где британские войска вели борьбу за захват Газы, установление протектората над Египтом, Месопотамией (Ирак) и за создание на территории Палестины эмирата Трансиордания. Находясь на Ближнем Востоке, Бёрджесс-старший заслужил благодарность послевоенных правителей Египта, признанного к этому времени «независимым» королевством, но фактически оставшимся английской колонией. В Каире Бёрджесс-старший за боевые заслуги был награжден орденом Нила, который Адмиралтейство разрешило ему носить в торжественных случаях. Он умер в 1924 году, в год, когда его сын Гай после окончания средней школы поступил в самый престижный и привилегированный во всей Британии частный колледж Итон, оставив юношу с постоянным чувством неуверенности, которое не рассеяло даже быстрое второе замужество его матери.
После года обучения в расположенном рядом с Виндзорским королевским дворцом аристократическом Итоне, который оканчивали многие премьер-министры и министры Англии, Гай Бёрджесс оставил колледж и, следуя семейной традиции, поступил в Королевский военно-морской колледж в Дартмуте, где в составе 650 курсантов провел около двух лет и зарекомендовал себя не только успехами в учебе, но и своей самостоятельностью, решительностью, сразу показав, что он — личность. Это учебное заведение тоже считалось не рядовым. В свое время его оканчивали английские короли и герцоги, а несколько лет спустя после Бёрджесса в него поступил и наследник престола принц Чарльз. Но вскоре после начала учебы при очередном медицинском осмотре врачи обнаружили у Бёрджесса легкий дефект зрения и признали непригодным к несению боевой службы на море. Покинув Дартмут, разочарованный Гай Бёрджесс вернулся в Итон, где, успешно пройдя собеседование с членами приемной комиссии, получил разрешение ректора и совета колледжа приступить к учебе. Говорят, что из Итона весьма редко уходили, но еще никто не возвращался. Быть принятым в колледж вновь было весьма нелегким делом. Помогло ему то, что память о нем в Итоне сохранилась надолго, а директор колледжа был в восторге от его знаний и успехов в учебе.
Бёрджесс пробыл в Итоне еще почти три года и очень быстро заработал именную стипендию выдающегося английского премьера Гладстона на право учебы и получения стипендии в Кембриджском университете. В октябре 1930 года Гай Бёрджесс поступил в считавшийся самым престижным в Кембридже Тринити-колледж, где избрал себе в качестве основного предмета обучения историю, став вскоре одним из лучших студентов своего курса.
Где бы Бёрджесс ни учился — в Дартмуте, Итоне или Кембридже, - определение «первый» всегда сопутствовало ему.
Именно поэтому все преподаватели Кембриджа стремились «заполучить» Бёрджесса под свое научное руководство, поскольку в те дни между ними было принято соревноваться в том, кто сможет распознать наиболее способных студентов и выпустить как можно больше блестящих интеллектуалов будущего.
В период учебы Гай Бёрджесс, который страстно увлекался чтением, после детального изучения «Капитала» Маркса довольно открыто стал исповедовать коммунистические идеалы. Во многом этому способствовал и тот факт, что он учился у преподавателей, известных своими марксистскими взглядами.
В ту пору наиболее заметной фигурой в коммунистической организации в Кембридже был Дэвид Гест, являвшийся однокурсником Кима Филби, будущего агента советской разведки. Гест сразу же включился в активную работу коммунистической ячейки университета и вскоре стал одним из ее неоспоримых лидеров. Благодаря его неутомимой энергии, деятельность коммунистической ячейки в университете, которая раньше была лишь фрагментом общей полити¬ческой активности студентов, выдвинулась на первый план, что способствовало быстрому количественному и качественному росту организации. В числе вновь вступивших в коммунистическую партию очень быстро оказались друзья Фил¬би — Гай Бёрджесс и Дональд Маклин. Оба они выделялись незаурядными ораторскими способностями и в ходе дебатов в литературных и философских кружках, а также на политических митингах открыто отстаивали свои комму¬нистические убеждения. Оба горели желанием подкрепить свои идеи практи¬ческими делами.
В начале 30-х годов в Британии считалось модным не скрывать своей при¬надлежности к компартии, и Бёрджесс на первых порах следовал этой тради¬ции. Находясь в Кембридже, он в 1932 году вступил в элитный клуб «Апосто¬лы», членами которого были одаренные интеллектуалы-марксисты, ставшие его друзьями. Бёрджесс в этой среде вызывал всеобщее восхищение, поскольку внешне был самым привлекательным, самым образованным, самым талантли¬вым, самым остроумным и самым влиятельным, главным образом ввиду нали¬чия у него обширных связей во всех ключевых слоях английского общества.
Во всяком случае, Бёрджесс прекрасно чувствовал себя в британской университетской среде, для которой он был просто создан.
Всегда увлекавшийся выпивками и флиртами, обладавший несомненной мужской красотой, Бёрджесс пользовался исключительным успехом у женщин, которые, правда, его не особенно привлекали, поскольку с английской сентиментальностью он больше симпатизировал мужчинам.
Нужно сказать, что британские спецслужбы никогда не были равнодушны к происходящему в университетской среде, поскольку уже тогда в ней начали складываться самые различные по своей направленности радикальные группы, в том числе симпатизировавшие коммунистам и фашистам. Особую опасность для спецслужб Великобритании в 30-е годы, которые были периодом расцвета использования разведслужбами Коминтерна иностранных коммунистических ячеек для приобретения агентуры, представляли потенциальные объекты заинтересованности советской разведки среди молодого поколения англичан.
В то же время можно понять, что перспективный вербовочный контингент кембриджских марксистов не мог долго оставаться вне поля зрения лондонской резидентуры ИНО НКВД СССР, а значит и британской контрразведки.
Организация работы среди университетского студенчества имела для советской разведки первостепенное значение, поскольку через молодежь можно было управлять регулярным потоком людей, идущих на государственную службу, которых можно было бы вербовать до того, как они сделаются слишком выдающимися, и устраивать их на безопасные стартовые позиции в той или иной интересующей резидентуру отрасли.
В 1934 году Бёрджесс посетил Советский Союз, главным образом с тем, чтобы своими глазами увидеть разницу двух систем, двух государственных устройств — советского и фашистского. В Москве он встретился с И.А. Пятницким, который бессменно с 1921 года до дня, когда он в 1938 году был репрессирован, руководил отделом международных сношений Коминтерна, ведающим нелегальной заграничной партийной агентурой. Здесь и была достигнута принципиальная договоренность о привлечении Бёрджесса к сотрудничеству с советской секретной службой.
Именно начиная с этого момента, оставаясь в душе коммунистом, Бёрджесс перестает говорить о своих коммунистических убеждениях и начинает открыто дезавуировать деятельность Москвы. Друзья Бёрджесса отмечали: «После поездки в СССР случилась ужасная вещь. Бёрджесс стал фашистом! Он тепер восхваляет реализм современных нацистских лидеров и намерен посетить нацистский слет в Нюрнберге». Эта неожиданная метаморфоза его взглядов безошибочно указывает на точную дату его вербовки в качестве агента советской разведки. Правда, риск такого рода выбранной для него легенды был налицо, поскольку в результате Бёрджесс оставался объектом заинтересованности отдела «Ф-7» британской контрразведки МИ-5, который разрабатывал существовавшие в стране левые и правые экстремистские группировки. Москве должно было быть достаточно хорошо известно, что еще в 30-е годы отдел проявлял интерес к зарождавшимся в стране фашистским организациям, успешно внедряя во все звенья их структур своих агентов. Известно также, что генерал сэр Вернон Келл, первый руководитель МИ-5, лично немало сделал в сфере борьбы с местными фашистскими организациями. Возможно, что таким образом Бёрджесса хотели подставить на вербовку и внедрить в агентурную сеть бри¬танской контрразведки, следившей за деятельностью посольства СССР в Лон¬доне, чтобы затем контролировать ситуацию вокруг резидентуры ИНО НКВД. Правда, в тот период отдела внешней контрразведки в Коминтерне не существо¬вало.
На всякий случай инициатива конкретного использования агента Коминтер¬на Бёрджесса в интересах Советского Союза была передана в руки лондонской резидентуры разведки ИНО НКВД, поскольку к этому времени в Москве уже прошел VII Конгресс Коминтерна, оказавшийся последним в истории этой меж¬дународной организации (официально Коминтерн был распущен 15 мая 1943 г. с тем, чтобы убедить союзников в изменении советской политики поддержки международного коммунизма).
Оперативный контакт с завербованным Коминтерном Гаем Бёрджессом со¬ветская разведка установила в 1935 году. Перед этим резиденту нелегальной разведки ИНО НКВД Александру Орлову и его помощнику Арнольду Дейчу пришлось мучительно решать вопрос о целесообразности привлечения Бёрд¬жесса к секретному сотрудничеству. Основным препятствием к этому был его неуравновешенный характер и та агрессивность и открытость, с которой он порой демонстрировал свое «возмутительное поведение и богемный образ жизни». Считалось, что въедливый Бёрджесс, слишком близкий к Филби и Маклину, если его не посвятить в тайну их деятельности и не привлечь к сотрудничеству, однажды сможет самостоятельно раскрыть этот секрет и поставить под угрозу работу резидентуры. Этот аргумент, а также репутация Бёрджесса как «мастера на все руки», в конце концов, победили, и в январе 1935 года агент НКВД Дональд Маклин устроил Арнольду Дейчу встречу с Бёрджессом. Гай принял сделанное ему предложение, сказав, что «это для него большая честь, и он готов пожертвовать всем ради дела». После детального обсуждения мер по безопасности и условий связи в переписке резидентуры появился новый агентурный псевдоним — «Медхен». В Центре для еще одного из сотен тысяч закордонных агентов НКВД источника в лице героя-завоевателя и крестоносца-феминиста подобрали довольно точный и не лишенный иронии псевдоним, который в переводе означал «девочка».
Так возникла «кембриджская тройка» в лице Маклина («Вайзе»), Филби («Зёнхен») и вновь завербованного Бёрджесса («Медхен»). В Центре явно тяготели к немецкой терминологии, которая была начальникам разведки того времени лингвистически явно ближе английской, хотя интересы конспирации также могли при этом преследоваться, уводя таким образом в «немецкие дебри» тех, кто мог перехватить каналы конспиративной связи. В 1937 году в эту группу стали вливаться новые «кембриджцы» с явно немецкими кличками.
Естественно, что после вербовки, согласно существовавшей в разведке НКВД традиции, советские кураторы запретили Бёрджессу открыто высказывать свои симпатии к коммунизму. Вскоре, по инструкции резидентуры НКВД, «Медхен» вышел из компартии. Взамен для него была придумана "легенда" сторонника идей фашизма, согласно которой он вступил в Англо-германское товарищество.
Выполняя данное ему НКВД первое задание, Бёрджесс закрепил новую легенду, проникнув в настроенные прогермански английские аристократические круги. В этих же целях Бёрджесс несколько раз выезжал в Германию, где присутствовал на Олимпийских играх 1936 года.
В Берлине Бёрджесс сумел подружиться с одним из высокопоставленных немецких дипломатов, который вплоть до начала Второй мировой войны снабжал его и лондонскую резидентуру советской разведки ценной информацией о политике Англии в отношении Германии и Франции.
Блестяще закончив университет, Гай Бёрджесс сразу же получил от научных обществ Кембриджа два приглашения на проведение научных исследований и преподавательскую работу, но, по указанию лондонской резидентуры НКВД, от¬казался от научной карьеры, поскольку был нацелен на сбор политической информации. В результате Бёрджесс довольно долго и безуспешно пытался найти себе работу в аппарате консервативной партии и лондонской «Таймс» и, в конце концов, с помощью многочисленных друзей ему все-таки удалось устроиться диктором на радио Би-Би-Си. Именно здесь на него впервые обратила внимание национальная разведывательная служба МИ-6, которая и привлекла его к сотрудничеству, заставляя на первом этапе, видимо, с целью его проверки, вы¬полнять за деньги отдельные поручения. В частности, известно, что в этот период Бёрджесс сообщал своим английским кураторам о содержании закрытых заседаний французского кабинета министров. Источником этой политической информации был французский коммунист и дипломат, с которым Бёрджесс уже длительное время находился в дружеских отношениях.
Кроме этого, одной из близких связей Бёрджесса был известный профессор по литературе Оксфордского университета Морис Бур. Его знали в Кембрид¬же практически все, и особенно в тайном обществе гомосексуалистов в коллед¬жах Кинг и Тринити. С точки зрения интересов разведки Морис Бур был кладезю информации о самых различных слухах, интригах и скандалах в сре¬де политической элиты Великобритании.
Став агентом советской разведки, Бёрджесс очень быстро включился в вер¬бовочную работу лондонской резидентуры ИНО НКВД, занимаясь, по ее зада¬нию, поиском подходящих кандидатов на вербовку и затем привлекая их к сотрудничеству. Считается, что именно Бёрджесс, по заданию советской развед¬ки, завербовал своего преподавателя Энтони Бланта, с которым поддерживал дружеские отношения еще со времен совместной учебы в Тринити-колледже Кембриджа, где Блант в 1936 году вступил в то же, ставшее впоследствии знаме¬нитым, тайное общество «Апостолы», члены которого уже тогда находились од¬новременно «под колпаком» НКВД и, естественно, британской контрразведки. Следует сказать, что, являясь обаятельным человеком, Гай Бёрджесс во время войны приобрел множество друзей во всех важных английских учреждениях и практически создал для себя такие разведывательные возможности, которые позволяли освещать практически любые вопросы, интересующие Москву. Со¬ветский разведчик Юрий Модин, которому в лондонской резидентуре была по¬ручена работа с «кембриджской пятеркой», считал Бёрджесса «самым важным агентом, который был в состоянии выполнить любые, подчас чрезвычайно тяже¬лые задания Центра».
Бывший резидент КГБ в Австралии и перебежчик Владимир Петров, рабо¬тавший в отделе внешней контрразведки КГБ, где накапливались материалы «кембриджской пятерки», в одном из интервью в 1955 году сказал, что «объем материалов, поставляющихся Бёрджессом, особенно в период войны, был столь велик, что все шифровальщики советского посольства в Лондоне по временам были заняты лишь тем, что готовили сообщения Бёрджесса для передачи по каналам радиосвязи в Москву».
В своей среде Бёрджесс считался душой общества и неизменно пользовался безоговорочным уважением своих товарищей, которые были всегда готовы прийти на помощь другу. Влиятельных знакомых Бёрджесс довольно часто использо¬вал в своих личных интересах, особенно если такая необходимость возникала. Так, находясь в Ирландии во время одного из отпусков, Бёрджесс насмерть задавил человека, но сумел за счет своих связей избежать наказания. Во время другого отпуска он поехал в Гибралтар, где встретился с бывшими друзьями, сотрудниками резидентуры британской разведки. Приятели оказались, по его мнению, слишком «проамерикански» настроенными, и он с ними устроил драку, после которой в Лондон ушла жалоба. Высокопоставленные друзья Бёрджесса и в этот раз сумели ее замять.
Лондонская резидентура НКВД часто использовала Бёрджесса в качестве связника со своими ценными источниками информации. Так, известно, что во время Мюнхенского соглашения 1938 года Кернкросс добывал и передавал разведке НКВД через Бёрджесса «весьма ценную информацию о секретных планах британских и французских политиков, толкавших Германию к агрессии против СССР». Филби, который в этот период находился в Испании в качестве военного корреспондента, тоже поддерживал связь с Центром через Бёрджесса, который для этого периодически выезжал во Францию. При этом Бёрджесс одновременно выполнял функции связника и для британской разведки, с кото¬рой через свои широкие связи сумел к этому времени установить довольно «дружественные отношения». В течение 1938 года Бёрджесс часто в качестве курьера банкирского дома Ротшильдов, куда он перешел на работу сразу после окончания Кембриджа, бывал в Париже, где поддерживал связь с Эдуардом Пфайфером, шефом кабинета премьер-министра Франции (с апреля 1938 по май 1940 года) Эдуарда Даладье. Эти поездки выполнялись под контролем заместителя начальника отдела МИ-6 Дэвида Футмена, являвшегося «другом» гомосексуалиста Пфайфера. Фактически в этот период Бёрджесс был связным между Даладье и Чемберленом. Естественно, что содержание этих контактов незамедлительно становилось достоянием и лондонской резидентуры ИНО НКВД.
Бёрджессу первому из «кембриджской пятерки» удалось проникнуть в анг¬лийскую разведку. До этого момента (15 января 1939 г.) Бёрджесс некоторое время работал в МИ-5, но затем по рекомендации Дэвида Футмена был принят на работу в управление «Д» (пропаганда и подрывная деятельность) МИ-6, где начал карьеру разведчика под крышей сотрудника Объединенного комитета по радиовещанию (Джойнт Бродкастинг Комити). Руководителем управления, занимавшегося «изучением возможных действий по уничтожению потенциального противника», тогда был генерал-майор Лоуренс Дуглас Гранд (мистер «Д»). Бёрджесс проработал в МИ-6 под его началом два года.
3 сентября 1939 г. Чемберлен сформировал военное правительство Великобритании, где в ранге первого лорда Адмиралтейства был Черчилль. При этом ввиду подписанного между Германией и СССР пакта о ненападении в Великобритании и Франции многие сочли, что СССР вместе с Германией воюет против них, что в результате явилось одной из причин поражения Франции. В этой связи многие интеллектуалы из числа британских коммунистов и лейбористов, ранее сочувствовавших СССР, теперь стали открыто осуждать Москву и рассматривать всех коммунистов как предателей, что создавало серьезную угрозу разоблачения членов «кембриджской пятерки», которые не раз активно использовали свои многочисленные связи в качестве источников разведывательной информации.
В этот период самым безопасным местом для них могла стать работа в самих спецслужбах, что в определенной степени могло вывести их из числа рядовых подозреваемых подданных королевства. Итак, в 1940 году Бёрджесс, используя свои связи, сумел, по заданию НКВД, устроить на работу в МИ-6 Филби, где тот, являясь незаурядным специалистом, возглавил в отделе внешней контрразведки так называемый Пиренейский подотдел.
В начале 40-х годов лондонская резидентура НКВД порекомендовала холостому Бёрджессу начать ухаживать за Клариссой Черчилль, племянницей британского премьера Уинстона Черчилля, которого Гай довольно хорошо знал лично. Это, по соображениям Москвы, должно было обеспечить ему надежное прикрытие в его разведывательной деятельности. Но, несмотря на категорическое указание Центра, Бёрджесс не очень старался преуспеть в роли Ромео, и в результате, это задание так и не было выполнено. Дело в том, что Бёрджесс не интересовался женщинами, даже такими как Кларисса. К тому же он знал, что ею серьезно увлечен Джеймс Поуп-Хеннесси, будущий выдающийся писатель. Джеймс Поуп очень ревновал Клариссу к Бёрджессу и однажды явился в квартиру на Бентинк-стрит с револьвером в кармане, угрожая застрелить обоих и покончить жизнь самоубийством. Соперничество благополучно разрешилось, поскольку Кларисса Черчилль предпочла обоим Энтони Идена и вскоре вышла за него замуж, став леди Эвон.
Во время войны Бёрджесс работал в спецслужбе, которая называлась Управление специальных операций (УСО), и, являясь начальником Филби, поручил ему подготовить для руководства секции «Д» предложение, в котором тот сумел доказать необходимость создания школы по подготовке агентов. Разведшколы в Англии существовали еще в период Первой мировой войны. Известно, в частности, что одна из них располагалась в Девоншире. Ничего удивительного не было в том, что идея Филби вскоре была реализована руководством УСО - в Хартфорде, неподалеку от Лондона, было приобретено старое школьное здание с большим участком земли. На этой базе и было создано учебное подразделение МИ-6 по переподготовке и обучению сотрудников и спецагентов разведки методам подрывной работы. Первый набор слушателей состоял из 25 муж¬чин и женщин из оккупированных Германией стран Европы. Здесь квалифици¬рованные инструктора, в основном специалисты-подрывники и мастера по взрыв¬чатым веществам, обучали их приемам саботажа и подрывных действий. В чис¬ле преподавателей был кадровый разведчик с практическим опытом работы в России, друг Сиднея Рейли — Джордж Хилл, который входил в состав группы Локкарта, готовившей знаменитый «заговор послов» в Петрограде в 1918 году. Ставшие на время преподавателями спецшколы, Бёрджесс и Филби обучали будущих диверсантов приемам саботажа и подрывных действий, однако школа не прижилась, и ее стали покидать лучшие кадры, а вскоре и неразлучные члены «кембриджской пятерки» были отозваны в распоряжение центрального аппарата Управления специальных операций, где Бёрджессу было объявлено об уволь¬нении. Английской разведке было известно коммунистическое прошлое Бёрджесса, и риск утечки информации о спецагентах был явно нежелателен. К тому же в этот период умер начальник МИ-6 Синклер, после чего был уволен его протеже Гранд. Начиналась обычная и как всегда болезненная ротация кадров. Бёрджесс чувствовал, что ему оказано молчаливое и скрытое недоверие, раздра¬жающее гораздо больше, чем недоверие, высказанное вслух.
Однако с уходом из разведки его связь с английскими спецслужбами не прервалась, и в 1944 году Бёрджессу предложили временную работу в инфор¬мационном департаменте Форин офиса. В январе 1947 года Бёрджесс стал секретарем и личным помощником Гектора Макнила, руководителя информа¬ционного департамента Форин офиса. Макнил являлся правой рукой министра иностранных дел Эрнеста Бивена, отвечая за обеспечение координации полити¬ческих мероприятий с операциями МИ-6. Это означало прямой доступ Бёрджесса к дипломатической почте. В этот период Макнил располагал полной ин¬формацией о взаимодействии британских и американских спецслужб. Следует сказать, что Макнил не пользовался популярностью у сотрудников британской разведки, которой было известно о «социалистических взглядах Макнила еще с его студенческих лет». Кроме того, Макнил был известен своими «пьянками» в компании с Бёрджессом. Тем не менее, к июню 1948 года Бёрджесс дослужился в Форин офисе до чиновника по особым поручениям.
В этот период Бёрджесс имел доступ к так называемым «желтым ящикам», в которых МИ-6 пересылал свою информацию во внешние ведомства. Тогда же Бёрджесс сумел сделать копию ключа от сейфа, где хранилась секретная ин¬формация, предназначенная только для особо посвященных — Бивена, Гектора Макнила и Орме Сарджента. Кроме того, источниками политической и разве¬дывательной информации Бёрджесса являлся широкий круг его связей, установленных им как за время учебы в Кембридже, так и в более поздний, «лондон¬ский», период. Большинство этих лиц не были прямыми советскими агентами, но использовались Бёрджессом и его друзьями из «кембриджской пятерки» в их работе на резидентуру для получения необходимой информации на довери¬тельной основе. При этом одни не догадывались, что работают на советскую разведку, другие делали вид, что не понимают, кому и для чего нужна их инфор¬мация.
Так, Гай де Монси Бёрджесс в последние шесть лет своего сотрудничества с лондонской резидентурой советской разведки стал для Москвы источником важной документальной информации по политическим вопросам, в том числе основанной на документальных материалах британского правительства и английских спецслужб.
Именно в этот период лондонская резидентура НКВД распорядилась дать Бёрджессу 400 фунтов стерлингов на приобретение автомобиля, с тем, чтобы Гай смог обезопасить себя и более эффективно осуществлять выявление возможной слежки со стороны Спешиал бранч Скотланд-Ярда. Через неделю Бёрджесс приехал на встречу со своим советским контактом Юрием Модиным в роскошном автомобиле. Модин вспоминает, что Бёрджесс вел автомашину на огромной скорости, не притормаживая на поворотах и не останавливаясь на перекрестках. В будущем советский разведчик наотрез отказался ездить с агентом в качестве его пассажира.
В 1946—1947 годах Бёрджесс некоторое время выполнял функции связника советской разведки с Филби, который был назначен резидентом британской разведки в Турции. Находясь в Стамбуле, Филби в силу конспирации мог поддерживать контакты с советской разведкой только с помощью писем, направлявшихся по каналам гарантированной от вскрытия контрразведкой диппочты Форин офиса, где получателем являлся старый друг Гай Бёрджесс.
В ноябре 1948 года шеф Бёрджесса Макнил был выдвинут на пост государственного министра по иностранным делам (т.е. первого заместителя министра), став, таким образом, членом совещательного органа, основанного при монархе. Однако поведение Бёрджесса в состоянии опьянения так часто компрометировало Макнила, что он, в конце концов, решил избавиться от своего неуправляемого помощника, порекомендовав его для работы во вновь создаваемом под руководством Ральфа Мюррея при отделе печати Форин офиса Северном информационном департаменте. Этот департамент, в котором работали писатели с опытом военных корреспондентов, в частности, Роберт Конквест и Джек Бриммел, был предназначен для организации пропаганды против мирового коммунизма. Однако практически сразу после зачисления в штат Бёрджесс из-за «неподобающего поведения» был переведен на другой участок работы.
Нужно сказать, что осторожность и умение хранить тайну не были самыми сильными качествами Гая Бёрджесса, и наибольшей опасностью, как для него самого, так и для всей разведывательной деятельности «кембриджской пятерки», было его злоупотребление спиртными напитками, доходившее иногда до крайних пределов.
К концу 1949 года Бёрджесс из-за рабочих перегрузок совершенно выдохся и находился на грани нервного срыва. В результате его друзья в Форин офисе выбрали для него несколько неожиданное лекарство: его назначили в английское посольство в Вашингтоне. Перед тем, как отправиться туда в сентябре 1950 года, Бёрджесс получил должность 2-го секретаря Форин офиса. Когда Бёрджесс приехал в Вашингтон, он устроился жить у Кима Филби, который в то время являлся представителем МИ-6 при спецслужбах США.
В ноябре 1950 года Бёрджессу удалось сблизиться с мужем своей несостояв¬шейся невесты Энтони Иденом, который посетил Америку перед тем, как вторич¬но занять пост министра иностранных дел Великобритании. Казалось, что для дальнейшей карьеры Бёрджесса в Форин офисе все складывалось вполне удач¬но, но, к сожалению, он не всегда умел придерживаться строгих правил поведе¬ния и конспирации, чем вызвал к себе подозрение со стороны местной контрраз¬ведки. Нужно сказать, что в обстановке международной напряженности, кото¬рая предшествовала корейской войне, ФБР установило интенсивнейшую слежку за всеми советским дипломатами. Боясь провала, КГБ решил, что поддерживать контакты с Филби в Вашингтоне в таких условиях слишком опасно. Вот почему контроль КГБ за деятельностью двух своих ценных агентов в Америке в то время практически не существовал. Стрессовое напряжение Бёрджесс тушил, как правило, алкоголем, и в связи с этим ухитрялся попадать во всякие «скан¬дальные переделки личного характера».
Весной 1951 года Филби обнаружил, что американские специалисты по де¬шифровке установили: Дональд Маклин — предатель. Дело в том, что в ре¬зультате известной американской операции криптоанализа «Венона» были час¬тично дешифрованы тексты секретных сообщений советской разведки, перехва¬ченных американцами в 40-е годы в ходе радиообмена между Москвой и резидентурами советской разведки в США. В результате всплыло множество имен и оперативных псевдонимов источников информации. В материалах «Веноны» речь шла о некоем «Стэнли», работавшем в британской разведке и отве¬чавшем за Мексику (позднее выяснилось, что этим агентом был Филби). Агент «Хикс», по отзывам его кураторов, снабжал Центр не столько фактами, сколько своими толкованиями их. Контрразведчики позднее установили, что это был псевдоним Гая Бёрджесса.
Дональд Маклин находился в Лондоне. А Филби с Бёрджессом — в Вашин¬гтоне. Нужно было срочно поставить Маклина в известность о случившемся. Руководство резидентуры НКВД в Вашингтоне пришло к выводу, что Маклин должен скрыться не позднее середины 1951 года. Только после этого Филби, получив санкцию резидента, рассказал о деле Маклина Бёрджессу, который жил в доме Филби. Возникла идея, что Бёрджесс должен помочь спасению Макли¬на. Считалось, что, если Бёрджесс вернется в Лондон из Вашингтона, его визит к главе американского отдела Форин офиса Дональду Маклину будет выгля¬деть совершенно естественным, и он будет иметь хорошую возможность сооб¬щить последнему о намеченной операции по спасению. Филби придерживался мнения, что Бёрджесс не мог просто выйти в отставку и вернуться в Англию. Необходимо было, чтобы его отправили в Лондон по инициативе посольства Великобритании. Была разработана оперативная комбинация, в ходе которой Бёрджесса трижды в течение одного дня задерживали за превышение скорости при управлении автомобилем. В одном случае Бёрджесс умудрился даже уда¬рить полицейского. Полиция в любой стране тщательно отслеживает все нарушения иностранными дипломатами правил дорожного движения, хотя и не име¬ет права взимать за это штрафы, но о подобного рода нарушениях незамедли¬тельно ставится в известность министерство иностранных дел, которое принимает меры соответствующего воздействия по дипломатическим каналам. В результате упомянутого поведения Бёрджесса губернатор Вирджинии направил в Государственный департамент мотивированный протест по поводу злоупотреблений сотрудником посольства Великобритании дипломатическими привилегиями. Оттуда последовал протест послу Великобритании, и Бёрджессу было приказано возвращаться в Лондон.
Перед его отъездом Филби передал Бёрджессу список и места заброски в СССР трех групп из 6 украинских агентов-парашютистов. Через несколько часов после возвращения в Лондон Бёрджесс предупредил Бланта о надвигающейся катастрофе, и тот на следующий же день передал сигнал опасности Модину. Возникла паника, поскольку, как оказалось, у МГБ не было плана побега в случае провала «кембриджцев». Получив указание Москвы об организации вывоза Маклина, Модин и его коллега по резидентуре Коровин провели очередные встречи с Блантом и Бёрджессом. На встрече с Коровиным Бёрджесс сообщил, что Маклин пьет запоем и отказывается бежать, поскольку его жена ждет ребенка. Кроме этого Бёрджесс, со слов Маклина, высказал опасение, что если «Гомера» арестуют, тот не вынесет допросов и «пойдет на полное признание». Кроме того, Маклин отказывался ехать в одиночку через Париж, опасаясь, что напьется в этом городе, а «это конец».
Проблему разрешил приказ из Москвы, в соответствии с которым Бёрджесс должен был при побеге сопровождать непредсказуемого и агрессивного в состоянии опьянения Маклина, держа в узде своего друга. Первоначально предполагалось, что Бёрджесс сможет после этого вернуться в Англию. При этом серьезно обсуждалась идея вывоза Маклина на подводной лодке, но, в конечном счете, от этой мысли пришлось отказаться. Блант предложил другой вариант: воспользоваться тем, что для кратковременных поездок во Фракцию паспорт для британских подданных не обязателен. Тут же Модин обошел агентов по продаже билетов на Оксфорд-стрит и выяснил, что из Саутгемптона в Сен-Мало отправляется теплоход «Фалез». На нем Маклин и Бёрджесс 25 мая 1951 потихоньку ускользнули во Францию.
Как считают китайцы, бегство — лучшая стратегия, но такое решение проблемы, в конечном счете, привело к фактической расшифровке Филби, который после скандального побега друзей попал под подозрение спецслужб США и Англии как советский агент. 20 июня 1951 г. в связи с подозрением в причастности к побегу Маклина и Бёрджесса командировка Филби в посольство Великобритании в Вашингтоне была прекращена. В ЦРУ в этой связи был составлен 5-страничный меморандум, отражающий с целью доказательства причастности Филби к агентуре советской разведки историю его продвижения по службе, а также перечень его связей с источниками информации.
После прибытия в СССР несколько месяцев Бёрджесса и Маклина продержали в Куйбышеве (ныне Самара) на разных конспиративных квартирах, расположенных в противоположных концах города. И лишь позже им разрешили приехать в Москву.
Только в 1956 году Москва официально признала, что Бёрджесс и Маклин получили политическое убежище в СССР, но еще долго отрицала их работу на советскую разведку. В СССР Гай де Монси Бёрджесс был награжден орденом Красного Знамени и получил паспорт на имя Джима Андреевича Элиота. Но советским гражданином он так и не стал.
В Москве к специфическим сексуальным наклонностям Бёрджесса отнес¬лись «недружелюбно». Ему было сказано, что «у нас строгие законы на этот счет и их надо выполнять», тем не менее, он как-то выходил из положения.
Из трех «кембриджцев», нашедших пристанище в Москве, Бёрджессу было труднее всех приспособиться к советским условиям. Где бы он ни находился, новое окружение не было способным повлиять на него. Он был тем, кто оказы¬вал воздействие на свое окружение. А русские никогда не пленяли его вообра¬жение, даже их музыка и литература. Он даже не позаботился, чтобы выучить русский язык. Когда он попросил у КГБ разрешения вернуться в Англию, ему было отказано.
В 1960 году Бёрджесс вновь заявил своим английским контактам, что хотел бы приехать в Великобританию на время отпуска при условии, что ему будет гарантирована возможность возвратиться в Советский Союз, добавив для печа¬ти следующее: «Каждый начинает осознавать совершенную им ошибку, и вы можете ссылаться на мои слова по этому поводу». Это явно не вязалось с планами КГБ.
В ноябре 1962 года в связи с делом Пеньковского из Советского Союза были выдворены объявленные персонами нон грата 11 английских и американских разведчиков, работавших в посольствах Англии и США в Москве. В ответ в Великобритании обвинили в шпионаже в пользу СССР Уильяма Джона Крис¬тофера Вессела, сотрудника разведывательного управления ВМС, работавшего ранее в Москве и завербованного КГБ под псевдонимом «Оскар Уайльд». При обсуждении создавшейся ситуации на уровне министров иностранных дел Ве¬ликобритании и СССР был затронут и вопрос о желании Бёрджесса посетить Англию. Тогда Громыко, видимо с санкции Хрущева, объявил, что Бёрджесс и Маклин могут свободно уехать из Советского Союза, когда захотят, и сделал, возможно, ставшее роковым, добавление: «На них не оказывается никакого дав¬ления с целью заставить их уехать или остаться. Мы ничего не знаем относи¬тельно их намерений».
Случилось так, что в тот момент, когда поднялась эта шумиха, Бёрджесс только что уехал на трехнедельный отдых в Самарканд. Друзья заметили пере¬мену в его внешности после того, как он вернулся в Москву. Его лицо стало более одутловатым, а волосы поредели и поседели. Некоторое время он лежал в клинике им. Вишневского, где его лечили от язвенной болезни и атеросклероза. Затем у него случился сердечный приступ. Он отказывался принимать пищу, выкуривал до 60 сигарет в день между глотками армянского коньяка и вскоре утратил волю к жизни.
Гай Бёрджесс умер 30 августа 1963 г. в Боткинской больнице, где ему выделили железную койку в общей палате на третьем этаже с окнами, выходив¬шими во двор. По медицинскому заключению, смерть наступила от атеросклероза и алкоголизма. В своем завещании Бёрджесс оставил Филби часть своей библиотеки, которую он собирал еще с кембриджских дней. Брат Гая Бёрджесса Найджел, которому было завещано право распоряжаться активами Бёрджесса в Великобритании, прилетел в Москву. 12-цилиндровый автомобиль Бёрджесса марки «линкольн», оставленный в британском посольстве, оказался про¬данным за 35 долларов кому-то «из своих», и посольство, не моргнув глазом, объявило, что деньги от продажи автомобиля были использованы в качестве платы за его хранение.
Кремация состоялась через несколько дней после приезда Найджела Бёрджесса. При прощании была короткая надгробная речь Маклина, сказавшего, что «одаренный и смелый человек Бёрджесс посвятил себя делу мира и борьбе за лучшую жизнь для людей. Он приехал в Советский Союз с известным идеализмом, которого многие не поняли». На русском языке выступили коллеги из КГБ.
Духовой оркестр исполнил «Интернационал». Филби на похоронах не присутствовал. Немногие ветераны ИНО НКВД-КГБ перешептывались, поми¬ная недобрым словом лабораторию Майрановского, занимающуюся в свое вре¬мя разработкой токсичного оружия.
Некоторые считали, что английская разведка, которая в свое время рассматривала вопрос о ликвидации Филби как факто¬ра риска для британского истеблишмента, в равной степени могла иметь отношение к устранению Бёрджесса, который мог принести британской элите «уйму неудобств» в случае своего возвращения в Лондон, где хорошо понимали, что он располагает обширными сведениями о недостатках и слабых сторонах должностных лиц, с которыми он встречался во время своей деятельности. Это сделало бы их посмешищем, если не хуже.
Урна с прахом Гая Бёрджесса была перевезена в Англию и захоронена на церковном кладбище в деревне Уэст-Меон (графство Хэмпшир) рядом с прахом отца в фамильной могиле Бёрджессов, которая расположена на травяном склоне, обращенном в сторону деревни.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:20

Роберт Максвелл

Одна из самых загадочных фигур мировой истории разведки крупный британ¬ский книгоиздатель Р. Максвелл имел связи с английской разведкой еще в годы Второй мировой войны. Владея шестью европейскими языками, он во время службы в британской армии активно привлекался к работе подразделений раз¬ведки Адмиралтейства, известных под названием МИ-9 и МИ-14, которые в военный и послевоенный период специализировались на допросах бывших офи¬церов германской армии и флота. Целью их деятельности была вербовка в этой среде агентуры. Тех, кто соглашался на тайное сотрудничество, освобождали от ответственности перед судом. Из вновь завербованных создавались агентурные группы, которые передавались на связь в соответствующие резидентуры бри¬танской военной разведки.
Осенью 1945 года британские спецслужбы активизировали свою деятель¬ность в британской зоне оккупации Германии, реорганизовав МИ-9 и МИ-14 в следственные органы министерства обороны. Интерес этих подразделений по-прежнему был сконцентрирован на работе с военнопленными. В лагерях для военнопленных осуществлялся тщательный отбор бывших офицеров Абвера и штаба верховного главнокомандующего вермахта. Эта категория направлялась в лагерь Остенд, который находился в ведении 21-й армии фельдмаршала Мон¬тгомери. В этом лагере следователи МИ-14 и МИ-9 отбирали для углубленных допросов офицеров, служивших в оперативных подразделениях на Восточном фронте. Генералитет германской армии направлялся в штаб-квартиру МИ-6 в Мюнстере, где с ними проводилась дальнейшая работа. Максвелл в период своей службы в британской армии, имея соответствующий допуск, лично уча¬ствовал в допросах арестованных нацистских военных преступников, в том чис¬ле чинов гитлеровской разведки.
В тот период для работы с военнопленными МИ-9 и МИ-14 в качестве прикры¬тия использовали созданную в рамках администрации британской зоны оккупации Комиссию по делам криминальных организаций. Одним из руководителей Мак¬свелла был полковник Эйри Ниви, бывший начальник подразделения «900» в структуре МИ-9. В его функции входил допрос офицеров Абвера, СД и гестапо.
В результате усилий подчиненных Ниви ряд пленных фашистов передали англичанам данные о тайниках, где были спрятаны секретные документы их подразделений с обобщенной информацией германской разведки военного пери¬ода. Позднее эти данные были положены англичанами в основу организации военной разведки против Советского Союза. После нескольких лет допросов большинство военнопленных были переданы англичанами вновь созданной раз¬ведке Германии, возрожденной под руководством Рейнхарда Гелена.
Известно, что в качестве прикрытий для разведывательной деятельности сво¬их сотрудников и наиболее квалифицированных агентов МИ-6 практиковалось использование самого широкого набора учреждений, должностей и профессий.
В 1946 году английской разведкой было предложено Максвеллу занять вы¬годную «подкрышную» должность в учрежденной Союзной контрольной ко¬миссией экспортно-импортной фирме, осуществлявшей поставки в Германию промышленного сырья. В результате это дало ему возможность установить полезные связи с рядом крупных немецких бизнесменов, включая будущего главу издательского концерна Ф. Шпрингера, под влиянием которого он решил сам стать книгоиздателем.
Руководство МИ-6, узнав об этом, предложило Максвеллу принять участие в организации в Вене, где располагалась крупнейшая резидентура британской раз¬ведки, работавшая, в основном, против СССР, издательства, которое, по замыслу английских спецслужб, должно было специализироваться на выпуске научно-технической литературы. Предполагалось, что таким образом Р. Максвелл сможет завязать нужные знакомства в научно-технических кругах иностранных государств и получать секретную информацию о состоянии их технической оснащенности и потребностях. На эти цели из фондов МИ-6 ему в 1951 году было выделено 30 тыс. фунтов стерлингов (можно допустить, что Максвелл к этому моменту уже не являлся кадровым сотрудником военной организации).
Став процветающим бизнесменом, Р. Максвелл сумел наладить деловые кон¬такты с Академией наук СССР, а впоследствии и с представителями высшего руководства КПСС. Он был, в частности, лично знаком с М. Горбачевым, книгу которого выпустило контролируемое им, а соответственно и английскими спецслужбами, издательство.
Можно предположить, что услугами Максвелла в этот период пользовался отдел оперативного управления МИ-6, который был сформирован еще в середине 20-х годов. В период существования Советского Союза отдел отвечал за разработку объектов стран так называемого Восточного блока и среди профессионалов был известен как «Группа русской орбиты».
Известно, что в середине 80-х годов Р. Максвелл установил довольно тесные связи с израильской разведкой Моссад, с представителем которой однажды встречался в Москве в закрытой гостинице ЦК КПСС (нужно сказать, что это был одно из немногих мест в Москве, где с определенной гарантией можно было избежать подслушивания иностранных граждан по заданию одного из многочисленных оперативных подразделений разведки или контрразведки).
Максвелл также очень часто посещал Софию, Варшаву, Прагу, Восточный Берлин. И хотя точных документальных данных о характере его тайной деятельности нет, но можно с уверенностью сказать, что такие контакты «друзей» КГБ проходили под полным контролем со стороны органов госбезопасности, о чем не могли не знать в соответствующем подразделении английской разведки, откуда направлялась деятельность Максвелла.
Один из руководящих работников Моссад позднее заявил, что Максвелл «многое сделал для Израиля». Он, например, помог организовать в апреле 1991 года в Лондоне встречу между израильским премьер-министром И. Шамиром и премьер-министром СССР В. Павловым, что способствовало определенной нормализации советско-израильских отношений. По признанию самого Максвелла, он лично информировал советника президента США Дж. Буша по национальной безопасности генерала Б. Скаукрофта о ситуации в Москве на¬кануне событий 19 августа 1991 г.
Участвуя в разведывательных операциях, Максвелл не забывал и о своих финансовых интересах. Он помогал некоторым бывшим соцстранам организо¬вывать совместные предприятия за границей. В результате бесследно исчезли 2 млн. долларов, отпущенных правительством одного из этих государств на раз¬витие подобного бизнеса (скорее всего для «отмывания» преступного капитала в западных банках). В связи с этим в 1991 году Максвелл проиграл в Англии дело по обвинению некоего Боуэла в клевете, содержавшейся в статьях данного журналиста, так как суд не усмотрел в этом нарушения законности. Однако во Франции, где также печатались подобные материалы, суд удовлетворил иск Р. Максвелла и приговорил автора к уплате крупного штрафа.
В ноябре 1991 года во время морской прогулки на своей яхте Максвелл погиб. Точная причина его смерти до сих пор не установлена. Предполагается, что он мог быть случайно смыт за борт волной. Не исключается также и версия самоубийства (неизлечимая болезнь), а также заказного убийства.
Последняя представляется многим экспертам вполне вероятной, поскольку Р. Максвелл был тесно связан с целым рядом спецслужб и мог запутаться в отношениях с ними. К тому же он был вовлечен в ряд финансовых афер и подозревался в присвоении значительных денежных сумм.
Тело Максвелла было обнаружено испанским спасательным вертолетом в океане недалеко от Канарских островов. Обращает на себя внимание появившееся в СМИ мнение экспертов считающих, что к факту гибели Максвелла могли быть причастны спецслужбы Ирана, учитывая, что в одном из своих публичных выступлений он оскорбительно отозвался об аятолле Хомейни. Были допущены намеки на то, что Максвеллу не могли простить его усилий по налаживанию израильско-палестинского диалога, хотя и в этой версии не исключено появление в СМИ легенды прикрытия операции, проведенной заинтересованны¬ми спецслужбами.
Теми, кто вел независимое расследование гибели Максвелла, не исключалась и возможность мести сообщников по тайным сделкам, связанным с продажей оружия (это также всегда было сферой деятельности британской разведки, практиковавшей внедрение в «горячих» точках своих подставных фирм-поставщиков и консультантов).
По имеющимся данным, спецслужбы Великобритании с 1989 года не доверяли Максвеллу и вели за ним постоянное наблюдение, прослушивали его телефонные разговоры, перехватывали его факсимильные сообщения.
Газета «Файненшл таймс», в частности, опубликовала сведения о том, что, по заданию Объединенного разведывательного комитета Великобритании, британ¬скими спецслужбами был подготовлен отчет, в котором нашли отражение все сведения, касающиеся его зарубежных поездок и контактов. Вместе с тем участие Объединенного комитета в решении судьбы Максвелла свидетельствует лишь о том огромном значении, которое придавалось разведывательным сообществом Великобритании его тайной деятельности.
Нельзя не упомянуть и о том, что английских обозревателей насторожил тот факт, что сотрудники Скотланд-Ярда, участвовавшие в расследовании гибели Максвелла, не придали значения тому обстоятельству, что палуба его яхты пе¬ред их приездом была тщательно вымыта. Лишь после того, как тело книгоиздателя было доставлено в Израиль и обследовано патологоанатомами, выясни¬лось, что на нем имелись следы физического насилия.
Зарубежные аналитики отмечают, что каких-либо политических или иных мотивов для ликвидации Максвелла у советской внешней разведки в ноябре 1991 года не существовало. СВР в этот период находилась в состоянии, когда подобного рода операции были для разведки непосильны (как на уровне согласования, так и на уровне исполнения). Для ГРУ, если оставить в стороне мотивацию, техническое исполнение такой задачи также было слишком трудоемким и дорогостоящим заданием.
У спецслужб Ирана или Израиля оперативные средства для ликвидации объекта в этом регионе также практически отсутствуют.
Непосредственным исполнителем злой воли мог быть морской спецназ Великобритании (СБС).
Следует подчеркнуть, что современные корабли Королевского флота Великобритании располагают мощными радиолокационными и радиотехническими установками, способными осуществлять всеобъемлющий радиоперехват. Это они мог¬ли быть полностью информированы обо всех планах передвижения яхты Максвелла.
Максвелл – агент особого рода, можно сказать, агент новой формации. В эпицентр его деятельности поставлены финансы; из никого сделали, накачали, надули как воздушный шарик, мультимиллионера, миллиардера, магната. И не нужно никаких сногсшибательных вербовок, шифровок, тайников, микропленок и микроточек, нелегальных резидентур, наружного наблюдения, операций прикрытия
Слеплена и высвечена управляемая фигура, космополит, человек мира, вхожий в мировое сионистское братство, фигура в целом нейтральная и, следовательно, устраивающая всех; позиция занята ключевая — средства массовой информации, вот и не надо искать каналов продвижения дезинформации в рамках активных мероприятий; зависимость от разведцентра легендируется независимостью финансовой и, соответственно, правом, причудой сильного высказывать, выстраивать любую, пусть самую крамольную, точку зрения; ну и что из того, что совпадает эта точка зрения с политическими установками противника.
Слуга как минимум трех разведок не смог переиграть ни спецслужбы, ни судьбу и был выброшен за борт истории, как только в нем отпала надобность.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:22

Олигарх и барон Виктор Ротшильд — спонсор «кембриджской пятерки»

Созданная советской разведкой перед Второй мировой войной агентурная сеть Англии, известная во всем мире как «кембриджская пятерка», на самом деле включала в себя гораздо больше источников информации, многие из которых оказались незаслуженно или преднамеренно забытыми. Вспомним о «шестом», ключевом, члене «кембриджской» группы лондонской резидентуры Иностранного отдела НКВД. Имя его — Виктор Ротшильд, а история его такова.
Вскоре после того как в Букингемском дворце в Лондоне умер Эдуард V, и на британский престол вступил Георг V, в семье банкира Натаниэля Чарльза Ротшильда, являвшегося вторым сыном первого барона Ротшильда, 31 октября 1910 г. родился мальчик, которого назвали Натаниэль Мейер Виктор. Отец новорожденного Виктора был наследником одного из пяти братьев семейства Ротшильд, основавшего в начале XIX века в пяти европейских столицах - Лондоне, Париже, Вене, Франкфурте и Неаполе — банковскую сеть. Британская банковская ветвь Ротшильдов ведет свою историю с 1804 года, когда она финансировала английскую армию в войне против Наполеона.
Банковская династия Ротшильдов, основанная в начале XIX века Мейером Амшелем Ротшильдом, была традиционно связана с разведывательными службами. Во время войны с Наполеоном Ротшильды создали разветвленную агентурную сеть, в которую входило более чем 200 источников информации. Все полученные ими разведданные, как, впрочем, и налаженные банковские возможности по межгосударственному переводу капиталов, Ротшильды предоставили в распоряжение Британской короны, добавив к этому крупные займы на войну против Наполеона. Когда речь шла о защите отечества, они не останавливались перед затратами и умели рисковать, делая большие ставки, но при этом семейство не забывало о приумножении при любой удобной возможности собственного капитала.
В ходе войны с Францией секретные агенты Ротшильдов стояли за спиной заговорщиков-роялистов, которые 23 октября 1812 г. попытались в Париже осуществить дворцовый переворот. Однако им не удалось сохранить в тайне от секретной полиции свои приготовления, и в результате роковой оплошности их коварный заговор против императора был раскрыт. Среди 12 арестованных главарей оказались генерал Клод Франсуа де Мале, министр полиции Франции Савари, префект Парижа генерал Паскье и аббат Лафон. Бонапарт приказал всех заговорщиков расстрелять.
Расходы, понесенные в ходе провалившегося заговора, Ротшильды с лихвой покрыли с помощью ловкой биржевой аферы. Получивший после смерти. Мейера Ротшильда, скончавшегося 19 сентября 1812 г., титул барона, Натан Ротшильд первым в Лондоне узнал от своих тайных информаторов о поражении Наполеона при Ватерлоо. После чего он немедленно приступил к массовой продаже своих акций. Все остальные биржевики, не без основания доверяя его информированности, попались в эту ловушку и сразу же последовали этому примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Когда цены упали до предельно низ¬кого уровня, Ротшильды скупили все акции и добились баснословной прибыли.
С помощью приумноженного капитала в XIX веке Ротшильды, которые к этому времени финансировали большинство правительств, основали строгий орден со своими законами, моралью и всемирной банковской сетью. Превращение Ротшильдов в международных банкиров и их возвышение над остальными финансовыми домами фактически положило начало изменению всей структуры международного бизнеса того периода. Их банковский капитал стал транснациональным. Не лишним будет напомнить, что отец основателя другого всемирно известного американского финансового концерна — Морган ранее был банки¬ром в Англии и, находясь в тесной связи с Ротшильдами, перебрался в Америку как их финансовый агент. Известно, что и отец другого финансового лидера США Якоба Шиффа также был связан с Ротшильдами, начав развивать свою финансовую деятельность как их доверенное лицо. В результате перекрестных «династических» браков вскоре возникла настоящая международная независимая каста-корпорация, что в конце концов и привело к созданию мондиалистской структуры закрытого типа.
Позднее, укрепляя свои позиции, семья Ротшильдов вошла в историю Англии тем, что купила для британского правительства Бенджамина Дизраэли по¬строенный французским инженером Лессепсом на французские и английские деньги Суэцкий канал. Основная доля акций открытого в октябре 1869 года канала принадлежала Великобритании, Франции, Египту и Турции, при этом гарантом стабильной работы канала выступала Великобритания.
Когда в августе 1875 года, в результате неплатежеспособности правителя Египта Хедива Исмаила, египетские 44 процента акций канала были выставлены на рынке, британский премьер-министр Бенджамин Дизраэли благодаря своевременной финансовой поддержке английской ветви банкиров Ротшильдов незамедлительно выкупил у Египта его долю Суэцкого канала, уплатив 4 млн. фунтов стерлингов. После этого «Суэц ченел компани» стала англо-французским концерном, а Дизраэли завершил свои усилия лаконичной и бессмертной запиской королеве Виктории: «Вы владеете им!». Великобритания благодаря британским и французским Ротшильдам стала фактически полновластным хозяином канала и страны, о чем в Лондоне не забывали никогда.
Спустя много лет, когда 26 июля 1956 г. президент Египта Насер объявил о национализации этой иностранной собственности, в зону Суэцкого канала вошли войска Республики Египет, прекратившие доступ в него торговых судов бывших владельцев. В ответ правительства Англии и Франции 30 октября 1956 года предъявили Египту ультиматум, содержащий требования прекратить в течение 12 часов все действия военного характера на суше, море и в воздухе, отвести его вооруженные силы на 10 миль от Суэцкого канала и согласиться на оккупацию английскими и французскими вооруженными силами ключевых позиций в Порт-Саиде, Исмаилии и Суэце. Египетское правительство отклонило ультиматум, объявив в стране всеобщую мобилизацию, после чего авиация Великобритании и Франции начала бомбардировку египетской территории. Что плохо для Ротшильдов, то плохо для Англии и Франции.

Ротшильды и кавказская нефть Российской империи

К концу XIX века семейство Ротшильдов стало источником финансирования различных отраслей промышленности. Одной из сфер приложения их капитала было строительство железных дорог в Америке и Европе. Поскольку представители этой семьи владели еще и нефтеперерабатывающим заводом в Фиуме на побережье Адриатического моря, они были заинтересованы в приобретении дешевой российской сырой нефти. Исходя из этого, на совете семьи было принято решение выделить средства на завершение строительства железной дороги, которая шла из Баку на Запад через Кавказ к Батуму, порту на Черном море, который был включен в состав России в 1877 году в результате победоносной войны с Турцией. Взамен Ротшильды приобрели закладные на российские нефтяные сооружения и договорились о гарантированных поставках российской нефти в Европу по выгодным для них ценам.
Следует сказать, что в России это был период проявления крайнего антисемитизма: в 1882 году императорским указом евреям было запрещено арендовать землю или владеть ею в пределах империи. Однако парижские Ротшильды, которые занимались российской нефтью, были самыми известными евреями в мире и по отношению к ним этот указ, как это часто бывает, силы не имел.
Французскую ветвь тогда возглавлял барон Альфонс де Ротшильд, который организовал после подписания и ратификации Национальным собранием Франции мирного договора выплату репараций за поражение в войне с Пруссией в 1871 году, и в ходе этой сделки значительно приумножил капитал своего дома.
Благодаря прекрасно поставленной конкурентной разведке барон считался одним из самых информированных людей во всей Европе. В данных прогнозистов-разведчиков нуждался и его младший брат барон Эдмонд, который в этот период активно занимался «проблемами Сиона» и обеспечивал финансирование переселения евреев в Палестину. Итак, особое внимание Ротшильды уделя¬ли укреплению своих позиций в России. Кредит, предоставленный ими, позво¬лил закончить строительство железной дороги Баку — Батум уже в 1883 году, и почти сразу же превратил Батум в один из крупнейших нефтяных портов в мире. Развивая достигнутый успех, в 1886 году Ротшильды образовали «Батумское нефтеперерабатывающее товарищество», известное впоследствии лишь по его русской аббревиатуре «БНИТО». Они построили в Батуми нефтехранили¬ще и предприятия по сбыту нефтепродуктов. Благодаря им железная дорога Баку — Батум открыла российской нефти дверь на Запад, именно из-за нее раз¬вернулась яростная тридцатилетняя конкурентная борьба дома Ротшильдов с семействами Рокфеллеров и Нобелей за мировые нефтяные рынки. Заняв вто¬рое место в России по объемам нефтедобычи, Ротшильды в 1888 году пошли на очередное обострение конкурентной борьбы и организовали свои собственные компании по импорту и сбыту нефтепродуктов в Британии. Спустя 24 часа после официального открытия нового предприятия Ротшильдов в Британии руководство «Стандарт ойл» в лице Рокфеллера пошло на создание своего первого зарубежного филиала — «Англо-Америкэн ойл компани».
В марте 1895 года консорциум нефтяных компаний Рокфеллеров, Ротшиль¬дов и Нобелей «от имени нефтяной промышленности США» и российские неф¬тедобытчики «от имени нефтяной промышленности России» подписали союз, по которому американцам досталось 75 процентов мировой продажи на экспорт, а русским — 25 процентов.
О том, каким влиянием пользовалась семья Ротшильдов в начале XX века, свидетельствует тот факт, что британские государственные деятели были вы¬нуждены периодически согласовывать с этим семейством все основные долго¬срочные политические планы Британской империи.
В июне 1902 года европейские нефтяные короли Генри Детердинг, Маркус Сэмюэль и Ротшильды решили объединить свои усилия на нефтяном рынке и подписали всеобъемлющее соглашение, в результате которого компания «Бри¬тиш Датч» была поглощена более крупной компанией «Эйшиэтик петролеум».
Преследуя финансовые интересы семейства, влиятельные Ротшильды стре¬мились управлять событиями в различных жизненно важных для их капитала регионах. Так, принимая участие в экономической борьбе против русского само¬державия, Ротшильды во время русско-японской войны предоставили противни¬ку России неограниченный кредит банков, которые они контролировали, что позволило японцам вести войну гораздо дольше, чем рассчитывало русское ко¬мандование. Естественно, что в этот период для России были закрыты почти все зарубежные кредиты, в том числе, конечно, и самими Ротшильдами.
В архивах Департамента полиции царской России сохранились свидетель¬ства тайной деятельности семейств Ротшильдов в России. Российская охранка, осуществляя наблюдение за операциями Ротшильдов на территории России, перехватила в апреле 1904 года письмо из Нью-Йорка от масона Гофмана, чле¬на ложи «Бнай Брит», на имя Виктора Померанцева, в котором расписывались «выгоды» для России от возможности получения займа у Ротшильда при усло¬вии дарования льгот евреям. Состояться этой сделке помешали начавшиеся на кавказских нефтяных предприятиях Ротшильдов забастовки. Рабочие волнения во всей России вылились в первую в империи всеобщую забастовку, которая привела к правительственному кризису. Политическая нестабильность, антисемитизм и враждебность к иностранцам в России весьма беспокоили членов дома Ротшильдов, тем более что они не понаслышке знали о забастовках, поджогах, убийствах и революции. Все это заставило семейство Ротшильдов начать в 1911 году переговоры с «Роял Датч/Шелл» о продаже всего своего нефтяного бизнеса в России. В 1912 году сделка была завершена. В результате Ротшильды перевели свои ненадежные и непрочные российские активы в значительные пакеты перспективных акций в обеих стремительно растущих международных компаниях этой группы. Нобелям вместо Ротшильдов пришлось думать о том, каким образом провести «распродажу погорелого после большевистской революции добра». Тем не менее, это не помешало Ротшильдам принять участие в распределении «немецких» денежных потоков, направлявшихся связанным с американским финансовым миром А. Гомбергом и американским банкиром Я. Рубиным на нужды российских революционеров. Яков Рубин, в частности, имея отношения с П.А. Рокфеллером, семейством Ротшильдов, М.Л. Шиффом, Армандом Хаммером и Джеймсом Шпейером, помог установлению советской власти в Одессе. Утечка информации об этом факте в прессу произошла только в августе 1928 года, когда американский банк «Кун, Лейб и Ко», получивший от большевиков в «погашение долга» золота на сумму 102 290 тыс. долларов, был обвинен в субсидировании русского большевизма.

Ротшильды и проблема Палестины

Еще до Первой мировой войны в Англии был создан влиятельный «Круглый стол», членами которого являлись Мильнер, Бальфур и семейство Ротшильдов. В США аналогичный, но более широкий «Совет международных отношений» во главе с Рокфеллером и Морганом был создан лишь в 1921 году.
Из переписки «Круглого стола» известно, что 2 ноября 1917 г. британский министр иностранных дел А.Д. Бальфур направил лорду Ротшильду письмо, в котором были сформулированы основные идеи «Декларации Бальфура» по Палестине. В своем письме Бальфур извещал лорда Ротшильда о том, что английские правящие круги приветствуют создание еврейского национального государства в Палестине и готовы начать переговоры с сионистскими лидерами при условии соблюдения интересов нееврейских общин.
Трагическая сторона истории борьбы за создание еврейского государства состояла в том, что изначально, с 20-х годов, все сионистские организации вели свою деятельность главным образом в условиях конспирации и вооруженного подполья, особенно на самой территории Палестины. В течение всей первой половины XX века сионисты и их сторонники формировали массовую нелегальную сеть, так или иначе, вовлекая в «большую игру» крупнейшие мировые спецслужбы. Эти связи использовались и британской, и американской, и советской разведками. Но для англичан поборники еврейского государства представляли определенную опасность, поскольку речь шла, прежде всего, о статусе подмандатной Великобритании территории Палестины. Разведка США также держала сионистов под наблюдением, поскольку в Америке это были крупные объединения иностранцев, ставивших вопрос о своих особых интере¬сах в этом регионе.
Еврейские благотворительные организации типа «Джойнт», «Сохнут» и дру¬гие, конечно, имели широкие связи с политическими лидерами и движениями си¬онизма. Они получали деньги, главным образом, от крупных предпринимателей и банкиров, подобных Ротшильду. В феврале 1918 года в Англии на деньги Рот¬шильдов был создан «еврейский полк», который был включен в состав новозе¬ландской армии для участия в военных действиях в Палестине. На знаменах полка было написано: «В крови и огне пала Иудея, в крови и огне она восстанет».
В феврале 1929 года по решению организаций, представляющих еврейский народ в мире, было создано Всемирное еврейское агентство для Израиля, полу¬чившее название «Сохнут». Организация была призвана возглавить движение и усилия еврейского народа, направленные на осуществление его вековой мечты о возвращении на свою историческую Родину. В июле 1929 года при спонсор¬стве Ротшильдов в Цюрихе был проведен сионистский конгресс, на котором было принято решение о формировании еврейского агентства в Палестине, а позднее создана «Хагана» — сионистские подпольные силы сопротивления, действовавшие в Палестине, находившейся под британским правлением. Для обес¬печения этого агентства информационной поддержкой была создана специаль¬ная служба — «Шерут Йедиот».
Для обеспечения нелегальной эмиграции евреев из Европы в Палестину в июне 1937 года при финансовой поддержке Ротшильдов была создана организация под названием «Учреждение для проведения нелегальной иммиграции», которую возглавил Шауль Авигур, считающийся одним из основателей изра¬ильской разведки.
Нелегальная деятельность сионистских организаций в различных странах с трудом поддавалась контролю. Фактически все консультации по вопросу обра¬зования еврейского государства в Палестине велись неофициально и нефор¬мально. Лишь после войны проблема вышла на дипломатический уровень и решилась в рамках ООН. При этом ряд крупных политиков еврейской нацио¬нальности не поддерживали создание Израиля, понимая, что для СССР это мог¬ло бы служить двойным геополитическим выигрышем.
После вхождения западных областей Украины и Белоруссии, а также Бесса¬рабии и республик Прибалтики в состав СССР большое количество ранее дей¬ствовавших там легальных и полулегальных сионистских организаций ушли в глубокое подполье. При этом основной задачей «подпольщиков» оставались вербовочная работа и сбор денежных средств для переброски сионистов в Па¬лестину, чем, собственно, и занимался Эдмонд Ротшильд, являвшийся родственником Виктора Ротшильда по французской ветви. Советские спецслужбы, ко¬нечно, отслеживали связи ряда еврейских организаций с зарубежными развед¬ками. Об этом, в частности, говорится в справке 3-го управления НКГБ СССР «О состоянии оперативной работы по разработке еврейского националистического подполья» от 15 июня 1941 г. Советские власти осуществляли разгром национального движения, отсекая от него те группировки, которые с точки зрения политики СССР было признано целесообразным использовать в дальнейшем. Именно на этой базе строил свое сотрудничество с зарубежной общественностью Еврейский антифашистский комитет (ЕАК) как элемент «сталинской антифашистской политики».
Позднее новые израильские спецслужбы получили возможность привлекать к своей работе и «Джойнт» и «Сохнут», которые до того отчасти вынужденно сотрудничали с британскими и американскими разведками. Но пока не было Израиля, часть сведений сионисты получали от активистов именно благотворительных организаций, которые позже стали принимать участие в формировании военной и политической разведки и контрразведки, рекрутируя туда своих членов. Знаменательно, что после войны «Джойнт» возглавил Генри Моргентау, бывший в 1934 — 1945 годах министром финансов США. Подтверждением того, что советская разведка тоже не дремала, свидетельствуют данные о том, что в 1934 году с помощником Моргентау активно поддерживал контакт нелегальный резидент ИНО ОГПУ в США Исхак Абдуллович Ахмеров, в поле зрения которого уже тогда среди прочих объектов из числа видных экономистов и финансистов находились члены семейства Ротшильдов.
Слишком долго данные об участии СССР в решении палестинской проблемы и создании там еврейского государства оставались недоступными для историков. Причины этого не столько политические или идеологические, сколько прагматические, относящиеся до недавнего времени к категории государственной тайны. Дело в том, что до образования в 1948 году государства Израиль контакты советских руководителей с лидерами сионистского движения и других международных еврейских организаций по вопросам будущего Палестины велись через влиятельных посредников методами секретной дипломатии. И важную роль здесь играли тайные каналы спецслужб.
Накануне Второй мировой войны в конце 1938 — начале 1939 года в отместку за неудачи Англии в Палестине и провал Декларации Бальфура (1917 г.) предусматривавшей создание еврейского «национального очага» в Палестине, английская контрразведка попыталась создать сильную оппозицию лидеру Израиля Хаиму Вейцману. В недрах МИ-5 и СИС был составлен план раскола сионистов на враждующие между собой группы. Разработка этой операции была поручена Гаю Бёрджессу, получившему от СИС конкретное задание привлечь к этой акции своего друга Виктора Ротшильда, имевшего влиятельные связи на Альбионе. НКВД не имело возражений против выполнения этого задания британской разведки Бёрджессом, который сумел убедить Ротшильда в том, что сионистское движение уже не в состоянии действовать активно, а его друг Хаим Вейцман «выбился из колеи», в связи с чем истинные сионисты не должны ему более доверять. В соответствии с разработанным планом Виктор Ротшильд поделился своей тревогой с лордом Ротшильдом. В результате Вайцман был настолько дискредитирован, что Ротшильды фактически сумели создать оппозиционное сионистское движение, правда, просуществовавшее недолго. Завершив блестяще эту операцию, Бёрджесс в одном из своих отчетов для советской разведки прямо писал: «Я расшевелил Ротшильда». Хотя некоторые специалисты считают, что НКВД к этой операции не имело никакого отношения, нельзя отрицать, что в этот период действия Бёрджесса уже находились под полным контролем резидентуры советской разведки в Лондоне, а Бёрджесс уже в этот период привле¬кал Виктора Ротшильда в качестве оперативного источника советской разведки, увеличив, таким образом, состав «кембриджской пятерки» до шести человек.
Занимая видное и самостоятельное положение в британском обществе, Вик¬тор Ротшильд вел свою комбинацию в реализации идеи создания государства Израиль. Советский Союз разыгрывал «палестинскую карту» против англичан, и в этом вопросе Ротшильд «работал» с советской разведкой, являясь для нее важным источником информации. Создание еврейского государства подрывало влияние Англии в арабском мире, что отвечало также интересам и США, и СССР. Поэтому на американском направлении деятельность Москвы по укреп¬лению связей с еврейской общиной не ослабевала. Через представителей спец¬служб, типа Ротшильда, возникали бесконечные цепочки новых контактов.


Тайное общество «Апостолы»

Общество «Апостолы» было "создано в Кембридже на базе Тринити-колледжа еще в начале XIX века. Один из первых членов общества был поэт Альфред Теннисон, который назвал этот коллектив «тайным обществом взаимного восхи¬щения». В начале XX века членами этого общества были знаменитый физик Джеймс Максвелл, будущий капитан английских ВВС и кавалер «Военного креста» Британской империи разведчик Сидней Рейли, будущий премьер-ми¬нистр Роберт Уолпол и лауреат Нобелевской премии Аллен Хаджин. В 30-е годы общество превратилось в элитный клуб революционных интеллектуалов-марксистов. Лидером клуба в это время стал Энтони Блант, чья семья имела родственные связи с самыми знатными семьями Англии. Мать Бланта была двоюродной сестрой графа Стрэтмора, дочь которого вышла замуж за короля Георга VI. Таким образом, Энтони Блант являлся близким родственником ко¬ролевы Елизаветы (ныне королевы-матери) и троюродным братом правящей королевы Елизаветы II.
Традиции «Апостолов» обязывали его членов хранить тайны общества и никому не открывать своего членства в нем. Эти традиции оказались весьма на руку тем, кто относился по своим взглядам к левым. По роковому стечению обстоятельств среди них оказались гомосексуалисты и заядлые пьяницы. В этот период советская разведка, имевшая налаженные с помощью Коминтерна связи с коммунистической партией Великобритании, пристально изучала потенциальных кандидатов на вербовку, собирая на них с помощью своих информаторов в партийных ячейках, разбросанных по всей стране, «наводки» и различный «ком¬промат». При этом особое внимание Москва настоятельно рекомендовала обра¬щать на представителей молодого и политически активного поколения англи¬чан, придерживавшихся левых взглядов, которые в перспективе, после получе¬ния университетского диплома, должны были занять ведущие позиции в государственных ведомствах и различных политических партиях страны. Вполне естественно, что общество «Апостолы» очень быстро оказалось в поле зрения сотрудников лондонской резидентуры НКВД, которая уже в тот период вела дело оперативной разработки «Смена поколений», в котором накапливались материалы на «перспективную с точки зрения вербовки молодежь».
Выполняя в те годы директивы Коминтерна, компартия Великобритании направила в Кембридж одного из самых талантливых своих пропагандистов - Палма Датта. Кроме него в Кембридже с конца 20-х годов работал известный экономист Морис Добб — член исполкома английской компартии, основавший в университете «Лигу борьбы против империализма». Он не скрывал своих симпатий к Советскому Союзу, который называл моделью «общества будущего» В этот же период кафедру кристаллографии в Кембридже возглавлял марксист Дж. Д. Бернал. Эту компанию дополнял пользовавшийся большим авторитетом среди студентов и преподавателей известный философ и математик Бертран Рассел. Его жена Дора Блейк — декан одного из женских колледжей Кембриджа - была также активной сторонницей СССР и его внешней политики.
В начале 30-х годов левые настроения просто захлестнули Кембридж, и очень скоро на его территории было создано «Общество культурных связей с СССР» а также «Кембриджское кинематографическое общество», которое полностью находилось в руках левых, регулярно бесплатно показывая своим членам кинофильмы, полученные в советском торгпредстве.
Вся информация, собранная членами компартии кембриджской ячейки на кандидатов в агенты, по налаженным каналам поступала в резидентуру Иностранного отдела НКВД полпредства СССР в Лондоне и реализовывалась ее сотрудниками с применением самых изощренных приемов, рождавшихся в изобретательных умах интеллектуалов НКВД, еще не ставших жертвами «ежовщины». Блант и ряд его близких друзей были завербованы Арнольдом Дейчем в 1934 году. Дейч одновременно сумел завербовать целую группу кембриджских студентов, в то числе сына капитана первого ранга королевского ВМФ Гая Бёрджесса, сына гражданского губернатора одной из индийских провинций Гарольда Рассела Филби и одного из лучших студентов Кембриджа Джона Кернкросса. Имена многих завербованных до сих пор держатся в тайне. СВР частично рассекретила дела лишь тех, кто в той или иной степени ранее «засветился». Характерен следующий пример из опыта вербовочной работы лондонской резидентуры ОГПУ того времени. В августе 1934 года Виктор Ротшильд неожиданно получил билет на симфонический концерт, а через пару дней ему передали короткую «рекомендательную» записку от его сотоварища Кима Филби с явным намеком на инициатора предстоящего знакомства с текстом: «Дорогой Виктор, не получал ли ты недавно приглашений?». Ротшильду стало ясно, что с ним кто-то хочет встретиться, причем с подачи Филби. За несколько секунд до начала концерта в зрительном зале место рядом с ним занял высокий голубоглазый человек. Во время антракта они разговорились о музыке, незнакомец представился как Отто, на самом деле это был Теодор Малли, венгр по национальности, кадровый сотрудник иностранного отдела ОГПУ, один из лучших вербовщиков советской разведки.
Малли произвел на Ротшильда самое благоприятное впечатление, и их зна¬комство было продолжено. Вскоре после этого Виктор был привлечен к со¬трудничеству на основе идеи борьбы с фашизмом и помощи СССР — един¬ственной стране, которая была способна противостоять Гитлеру. Именно Малли порекомендовал Ротшильду порвать все контакты с коммунистической партией, тем более что в 1937 году Виктор Ротшильд уже занял место своего умершего дяди в палате лордов, став, таким образом, лордом Ротшильдом.
После отъезда руководителя нелегальной резидентуры советской разведки Дейча из Англии в 1938 году его работу по вербовке студентов Кембриджа про¬должил Энтони Блант. Вербовки, проводившиеся им, распространялись и на ино¬странных студентов, обучавшихся в Англии. Так, известно, что он завербовал сту¬дента из Канады Герберта Нормана, который в конце 40-х годов стал канадским послом в Египте. Когда его связь с советской разведкой была раскрыта канадскими спецслужбами, Норман выбросился из окна посольства. В своей предсмер¬тной записке он написал, что идет на этот шаг, чтобы «не выдать сотню людей».
Советская разведка успешно использовала в своих интересах то обстоятель¬ство, что члены общества «Апостолы» принадлежали к людям, которые в силу своих политических взглядов и сексуальных наклонностей должны были с осо¬бой тщательностью следить за сохранением тайны о своем образе жизни. Таким образом, лондонской резидентуре ОГПУ удалось сэкономить усилия, поскольку ей не потребовалось тратить время на обучение вновь завербованных интеллек¬туалов правилам особой конспирации.
Еще одним положительным с точки зрения советской разведки обстоятель¬ством было то, что связи «Апостолов» оставались крепкими на протяжении всей их последующей жизни. При этом те из них, кто не сотрудничал с иностранной разведкой, наверняка знали или подозревали, что на самом деле происходит в их окружении, но, будучи «повязанными» взаимными тайнами, не допускали в свой круг посторонних, надежно храня молчание.
Являвшийся членом элитного клуба «Апостолы» Виктор Ротшильд, нужно полагать, прекрасно знал, «кто есть кто» среди его друзей, которым он на вече¬ринках под настроение не один раз виртуозно исполнял на рояле джазовые мелодии. Его не смущало, что многие из них придерживались левых взглядов и поддерживали Советский Союз.
Ряд одаренных интеллектуалов из числа его близких друзей были завербо¬ваны разведкой Коминтерна в период, когда они учились в Кембридже. Под оперативными псевдонимами действовали Дональд Маклин («Стюарт», «Го¬мер»), Гай Бёрджесс («Медхен»), поступивший в октябре 1930 года в Тринити-колледж; а также окончивший Тринити-колледж в 1930 году Энтони Блант («Тони»), который являлся членом «Апостолов» с 1928 года. Кроме того, члена¬ми «Апостолов» были Лео Лонг («Ральф», «Элли»), Ким Филби («Сынок», «Стенли», «Том»), а также шотландец с выраженным акцентом, происходивший из рабочего класса и обладавший природным блестящим интеллектом рыжево¬лосый Джон Кернкросс («Лист»). В 30-е годы в Кембридже Джон Кернкросс вступил в коммунистическую партию, откуда, по инструкции резидентуры НКВД, вскоре вышел и устроился на работу в Форин офис.
Работа в палате лордов и основанная на заслугах Ротшильдов в истории империи дружба с Уинстоном Черчиллем создавали Виктору Ротшильду уникальную возможность заниматься для своих новых друзей-единомышленников политической разведкой.
Особенно близкие отношения у Ротшильда в этот период сложились с Энтони Блантом.
Очень близкие отношения Ротшильд поддерживал и с Гаем Бёрджессом. Мать Виктора, миссис Чарльз Ротшильд, материально поддерживала Бёрджесса в то время, когда он искал работу. Одно время она выражала недовольство рекомендациями, которые давались экспертами дома Ротшильдов с Нью-стрит в Сити относительно капиталовложений семьи. Она полагала, что они недостаточно глубоко учитывают реальную политическую обстановку. Гай Бёрджесс в ее присутствии всегда охотно высказывался по поводу актуальной политической ситуации. Как-то он посоветовал миссис Ротшильд как можно скорее продать свои акции, которые она имела в железнодорожных компаниях ряда латиноамериканских государств, поскольку последние, скорее всего, будут национализированы. Она сделала это как раз вовремя, несмотря на противоположные советы своих служащих. Миссис Ротшильд также помнила, что однажды, отдыхая в их семье во время очередных каникул, Гай Бёрджесс предсказал грядущее повышение акций военной промышленности, в связи с чем посоветовал приобрести акции компании «Роллс Ройс». Виктор Ротшильд последовал этому совету и из прибыли от этой операции подарил Гаю чек на 100 фунтов. Сопоставив два случая, миссис Ротшильд предложила выплачивать Гаю гонорар в размере 100 фунтов стерлингов ежемесячно с тем, чтобы он выступал в роли ее личного советника по капиталовложениям.
Особый интерес для советской разведки в тот период представлял еще один весьма заметный член клуба «Апостолы» — Деннис Проктор, будущий постоянный секретарь Министерства топлива и энергетики правительства Великобритании, а также близкий друг Бёрджесса, Бланта, Филби и Уотсона. Проктор разделял левые взгляды своих друзей, правда, членом коммунистической партии не являлся. Заслуживает внимания тот факт, что незадолго до того, как Бёрджесс и Маклин в 1951 году из-за разоблачения вынуждены были бежать СССР, Проктор неожиданно уволился с государственной службы, предпочтя престижной карьере работу в небольшой копенгагенской морской транспортной компании.
Еще одним влиятельным членом клуба «Апостолы» в этот период был и Эндрю Коэн, который, являясь студентом Кембриджа, был связан с существовавшим в 30-е годы в Оксфорде дискуссионным клубом «Кларендон». Этот клуб левого толка также являлся активной вербовочной базой советской разведки, у которой просто не хватало сил на организацию там работы, аналогичной той, которая велась ими в Кембридже. Впоследствии Эндрю Коэн стал дипломатом высокого ранга, но как только началось проводившееся МИ-5 расследование агентурных позиций советской разведки в Оксфорде, Коэн после сердечного приступа внезапно скончался.

Британская контрразведка и ее «русский отдел»

Говоря о деятельности в Англии агентурной сети «кембриджцев», нельзя забывать о том, что слежка за ними находилась в сфере компетенции британской контрразведки, призванной бороться против внешнего врага в лице коммунизма и фашизма. О том, под каким «колпаком» находилась деятельность лондонской резидентуры и ее источников, можно судить по нижеследующему краткому опи¬санию истории британской контрразведывательной службы и методам ее работы.
Известно, что в начале века в Англии существовало несколько разведорганизаций в рамках различных министерств и ведомств. Одним из членов разведы¬вательного сообщества Британии всегда была национальная контрразведка, или, как ее называют, Служба безопасности (МИ-5).
В марте 1909 года, ввиду опасения тотального проникновения в страну аген¬туры германских спецслужб, премьер-министр Великобритании рекомендовал Комитету обороны Империи обратить особое внимание на эту угрозу и, соответ¬ственно, реорганизовать национальную контрразведку. После этого Комитетом обороны на основании рекомендаций премьера были подготовлены инструкции по организации контрразведывательной работы на британских военно-морских объектах. На отдел «К» Бюро секретных служб при Иностранном департамен¬те Комитета обороны Империи, которому была поручена контрразведыватель¬ная деятельность на территории Британских островов, была возложена функ¬ция удовлетворения потребностей Адмиралтейства в информации о состоянии флота Германии. В период между 1909 годом и началом Первой мировой войны отделом «К» было выявлено и нейтрализовано около 30 агентов немецких спецслужб, что составляло значительную часть всей агентурной сети разведки Гер¬мании на территории Великобритании.
После начала войны в 1914 году Бюро было переведено на военное положение и стало непосредственно подчиняться Генеральному штабу британских воору¬женных сил. С января 1916 года Бюро стало частью новообразованного Директо¬рата военной разведки (Military Intelligence — МИ), а отдел «К» Бюро секрет¬ных служб был переименован в Управление военной контрразведки с индексом МИ-5. Перед новой организацией была поставлена цель, которая была сформулирована следующим образом: «осуществление контрразведывательной деятель¬ности». Под этим, прежде всего, подразумевалась организация защиты вооружен¬ных сил и государственных учреждений от проникновения вражеской агентуры.
Позднее британское законодательство уже в период Первой мировой войны 1914 — 1918 годов существенно расширило полномочия МИ-5. После проведен¬ной реструктуризации бывший отдел «К» стал отвечать не только за проведе¬ние контрразведывательной и разведывательной деятельности на военно-морс¬ком флоте, но и за осуществление контрразведывательной работы по всей терри¬тории Британской империи, в том числе за обеспечение контрразведывателыюго обслуживания военно-промышленных объектов. Кроме того, МИ-5 было пору¬чено непосредственное участие в разработке координационных мер политики правительства в отношении иностранных граждан и лиц без гражданства. В результате к концу войны контрразведкой было арестовано 35 агентов спецслужб Германии. Число сотрудников МИ-5 в этот период составляло 800 человек.
После прихода к власти в Германии Адольфа Гитлера в 1933 году все силы контрразведки Великобритании были обращены в сторону угроз, исходящих от немецкого фашизма.
В этот период за разработку левых и правых экстремистских группировок в британской контрразведке отвечал отдел «Ф-7». Известно, что еще в 30-е годы отдел проявлял интерес к зарождавшимся в стране фашистским организациям, успешно внедряя во все звенья их структур своих агентов. При этом немало сделал в сфере борьбы с местными фашистскими организациями первый руководитель отдела генерал сэр Вернон Келл. Это он на третий день вторжения Германии в Бельгию (13 мая 1940 г.) отдал распоряжение заточить в тюрьму лидера Британского союза фашистов Освальда Мосли, несмотря на то, что Мосли призывал своих чернорубашечников оставаться верными родине, то есть Англии. По приказу Черчилля в тюрьму была отправлена и жена Освальда Мосли — леди Диана Мосли с двумя малолетними детьми: старшему исполнилось всего полтора года, а младшему не было и трех месяцев. Вся семья находилась в тюрьме более трех лет.
К моменту начала Второй мировой войны Служба безопасности все-таки оказалась плохо подготовленной к решению стоящих перед ней в новых условиях задач, и в этой связи испытывала значительные трудности. Кроме того, в сентябре 1940 года в результате бомбежки была уничтожена значительная часть архива МИ-5.
В начале 1941 года первым Генеральным директором МИ-5 был назначен сэр Дэвид Петри, которому правительство предоставило все необходимые материальные и людские ресурсы для того, чтобы создать солидную и эффективную организацию, способную решать задачи по обеспечению безопасности Империи. Англичанам было хорошо известно, что германская разведка на территории Великобритании имела свою агентуру даже в парламентских кругах государства. При этом германская разведка постоянно «стимулировала» ее работу, заставляя добывать «более значимую информацию». Делалось это, в частности методом запугивания разоблачением шпионской деятельности конкретных агентов. В целях введения в заблуждение англичан немцы практиковали засылку наряду с действительными квалифицированными шпионами и так называемых «подставных», намеренно выводя их в поле зрения британской контрразведки. Это приводило к тому, что такие «подставы» брались английской контрразведкой под контроль, после чего МИ-5 начинала считать, что держит в своих руках основные нити германской агентурной сети. Предполагалось, что отвлечение сил контрразведки противника на негодные объекты будет сковывать силы МИ-5, а в это время ценные источники немцев получат возможность действовать по¬чти беспрепятственно. Этот метод до настоящего времени успешно использует¬ся разведками всего мира, что неизменно ставит в весьма затруднительное положение контрразведку.
Вполне естественно, что британские спецслужбы стремились держать «под колпаком» деятельность резидентур германских спецслужб за счет собственной вербовочной работы. Немало агентов в этот период завербовала и британс¬кая контрразведка, в том числе и на территории противника. Известен случай, когда МИ-5 получила сигнал о том, что один английский чиновник всеми сред¬ствами добивается перехода на службу в английское посольство в Швейцарии. Установленное за ним наблюдение позволило английской контрразведке выяс¬нить, что он живет не по средствам. Более пристальное изучение показало, что он связан с германской разведкой. После того как, по предложению английской контрразведки, ему дали место, которого он добивался, было установлено, что все документы (предварительно сфальсифицированные англичанами), прохо¬дившие через его руки, стали регулярно попадать в руки немецкой разведки. После разоблачения он был перевербован МИ-5 и направлен в Германию с заданием работать на англичан.
А тем временем германские спецслужбы (в основном Абвер) энергично зани¬мались вербовкой агентуры на территории Великобритании и заброской пара¬шютно-десантных групп.
Нужно сказать, что в этот период в процессе противоборства МИ-5 с герман¬ской разведкой и англичане довольно успешно использовали метод подставы противнику агентов-двойников. Управлял сетью подстав специально создан¬ный в этой связи Комитет двойного креста (Комитет XX, или «Дабл Кросс»), известный профессионалам под названием «Двадцатка». Действующему четко и эффективно Комитету удалось установить тайный контроль над большин¬ством агентурных сетей германской разведки на территории Великобритании. Общение с плененными диверсантами происходило в обстановке строжайшей тайны. Их ставили перед простым выбором: работай на нас или умри. Восем¬надцать человек из общего числа захваченных шпионов (16 в Великобритании и 2 испанца в Гибралтаре) были казнены. 15 человек повешены. 43-летний Йозеф Якобс (псевдоним «Джордж Раймер») во время неудачного приземле¬ния с парашютом сломал ногу и не смог самостоятельно взойти на эшафот. Его привязали к стулу во дворе лондонского Тауэра и расстреляли. Одного шпиона сначала оправдали, но потом вновь арестовали, и до конца войны посадили за решетку по обвинению в нарушении Закона о государственной тайне. Насколь¬ко известно, лишь одному шпиону удалось добраться до Соединенного Коро¬левства в годы Второй мировой войны и избежать ареста (Я. В. Тер-Браак).
В ходе этой операции МИ-5 подставила немцам группу собственных агентов в качестве источников информации, работающих на Германию. Немцев удалось ввести в заблуждение. Они полагали, что в стане врага у них успешно работает надежная агентура, которая на самом деле действовала под полным контролем МИ-5, не вызывая у немцев какого-либо подозрения. В результате деятельнос¬ти «Двадцатки» (Комитет XX) англичанам удалось перевербовать агента Абвера югослава Душко Попова, который перешел на сторону англичан вместе с находившимися у него на связи тремя агентами. Все они до конца войны успеш¬но работали на МИ-5, дезинформируя Абвер.
Таким образом воссозданной во время Второй мировой войны МИ-5 удалось фактически лишить немцев всех агентурных источников, что подтвердилось после того, как в 1945 году были вскрыты и изучены архивы немецких спецслужб.
Из архивных материалов стали известны данные о том, что все 200 агентов немецкой разведки, действовавших на территории Великобритании, были успешно разоблачены и арестованы. Архивными материалами также подтверждалось, что многие из них были перевербованы МИ-5 и стали работать как двойные агенты, снабжая разведку Германии дезинформацией стратегического значения.


Тайные переговоры англичан с фашистской Германией

В июле 1939 года начальник секции «Д» английской разведки Лоуренс Гранд, ссылаясь на члена военной делегации Англии на переговорах в Москве генерал-майора Хэйворда, доложил руководству МИ-6 о том, что «мощь Красной Армии расценивается низко», а посему «нет особой нужды заключать соглашение с Советским Союзом, и переговоры с ним должны быть затянуты до ноября, а затем прерваны». Это способствовало принятию английской стороной решения о целесообразности организовать тайные переговоры с Германией с целью не допустить нападения на Польшу. После интенсивной переписки в качестве места встречи был избран германский остров Зильт близ границы с Данией. 7 августа семь британских бизнесменов по отдельности и разными маршрутами прибыли на остров. Лорд Аберконвей, единственный оставшийся в живых участник встречи семи промышленников с «правой рукой» Гитлера Германом Герингом, спустя 60 лет рассказал следующее. Глава Форин офиса лорд Галифакс предпочел официально ничего не знать об этой миссии. Гитлер же согласился послать своих представителей только при жестком условии неразглашения факта переговоров.
По словам лорда Аберконвея, переговоры длились несколько дней. Центральное место на них занимала проблема Польши. Британская сторона был готова на многое, чтобы не допустить оккупации или, по крайней мере, кровопролития в этой стране. В обмен Лондон обещал помочь финансовому и промышленному расцвету Германии и урегулировать вопрос с Данцигом, возвращения которого вопреки условиям Версальского мирного договора требовал Берлин. В этот период Бёрджесс сообщил в Москву, что его источник информации Виктор Ротшильд имел тайные «зондажные» контакты с рядом британских руководителей, наводивших мосты с видными деятелями фашистской Германии. От Бёрджесса стало известно, что на переговорах с немцами речь шла и новой встрече в верхах между главами Германии, Италии, Франции и Великобритании, и, возможно, о пересмотре некоторых условий Мюнхенского соглашения 1938 года. Однако дискуссии, которые первоначально проходили в откровенной и дружественной атмосфере, тем не менее, застопорились, когда в позициях сторон обнаружились серьезные противоречия. Британские специалисты, настаивавшие на двусторонней встрече между Гитлером и Чемберленом, не могли идти на дальнейшие уступки, так как не были уполномочены давать гарантии от лица Лондона. Геринг, в свою очередь, пытался добиться четырех¬сторонней встречи в верхах и удовлетворения территориальных требований. В целях оказания давления немецкая сторона угрожала публично обвинить кабинет тори в «нежелании воспользоваться последним шансом сохранить мир в Европе». Спустя несколько недель после возвращения домой, делегаты поня¬ли, что потерпели полный провал, а Гитлер и не думал заключать пакт о ненападении с Европой.

Военный призыв в контрразведку

В самом начале войны Виктор Ротшильд после мобилизации некоторое время проходил военную службу в Лондоне в секретной лаборатории в Портон-Дауне, где разрабатывалось химическое и биологическое оружие. Уже с конца 30-х го¬дов в ряде промышленно развитых стран мира начались исследования пробле¬мы практического использования атомной энергии. Во Франции, Англии, США и Германии эти исследования были направлены на изыскание способов созда¬ния атомного оружия. С мая 1941 года аналогичными исследованиями заня¬лись и в Японии. В силу разных причин в середине Второй мировой войны в числе активных разработчиков проблемы остались только США и Германия.
Из секретной лаборатории в Портон-Дауне Ротшильд вскоре был переведен на работу в центральный аппарат английской контрразведки, где успел побы¬вать на нескольких участках оперативной деятельности и, в частности, в отделе экономического контршпионажа.
В период войны все друзья Ротшильда были мобилизованы, как и он сам, ког¬да начал работать в Директорате «К» МИ-5. Так называлось Управление кон¬трразведки, на которое в ряде источников ссылаются как на структуру, имевшую индекс «Д». Это подразделение было создано при генеральном директоре МИ-5, который назначил его руководителями Мартина Фернивал-Джонса и Артура Мартина. Директорат занимался собственно контрразведкой, осуществляя работу по выявлению, предупреждению и пресечению деятельности иностранных разведок на территории Великобритании. В состав Директората входило несколько отделов.
Отдел «К-1», в котором работали два друга Блант и Ротшильд, осуществлял слежку за иностранными посольствами в столице Великобритании. За подозре¬ваемыми иностранцами Директорат вел наружное наблюдение, осуществляемое силами Скотланд-Ярда. Основной задачей отдела было выявление личного со¬става резидентур иностранных спецслужб и их агентуры с целью последующей перевербовки последних, их ареста или выдворения.
В 1940 году МИ-5 возглавлял Гай Лиделл, и именно по его протекции Энто¬ни Блант был переведен в отдел «К-1», что позволило советской разведке полу¬чить доступ к секретным документам, которые английская контрразведка добы¬вала в иностранных посольствах, а также к информации, которая поступала в МИ-5 от ценной агентуры, внедренной в германские спецслужбы. Кроме этого, через Бланта советская разведка знакомилась с материалами британской де¬шифровальной службы в Блетчли-парке, которая за время войны перехватила и расшифровала свыше 15 тыс. немецких шифровок. От Бланта поступали све¬дения о кадровом составе МИ-5, британской агентуре в других странах, а также материалы наблюдения за деятельностью советских разведчиков в Лондоне.
В конце 1940 года Ротшильду предложили возглавить подразделение по борьбе с германскими диверсантами, известное как отдел «Ф-3» (или, по другим источникам, отдел «G»). Эта структура контрразведки была уполномочена проводить как самостоятельные операции на территории Великобритании, так и участвовать в совместных с соответствующими подразделениями МИ-6 и САС операциях на территории стран, где размещались подразделения британских вооруженных сил (Германия, Гибралтар, Мальта). Следует подчеркнуть, что этот отдел МИ-5 всегда играл одну из ведущих ролей в организации эффективной борьбы с международным терроризмом.
Особой заслугой Бланта считается добытая им в 1943 — 1944 годах не без помощи Ротшильда информация о содержании сепаратных переговоров Англии и США с Германией.

Квартира на Бентинк-стрит

В период эвакуации Британского экспедиционного корпуса из Дюнкерка Виктор Ротшильд проживал в центре Лондона в квартире, которую снимал на Бентинк-стрит, что недалеко от Оксфорд-стрит и Харлей-стрит. В сентябре 1940 года Виктор Ротшильд и его беременная жена, боясь стать жертвами немецких бомбардировок, решили выехать в провинцию, а свой дом сдать старым друзьям по Кембриджу Бёрджессу и Бланту, которых они время от времени посещали, чтобы отобедать вместе с ними в домашних условиях и обменяться последними новостями.
Сотрудник МИ-5 Кеннет Янгер рассказывал, что эта квартира в разведывательных кругах была предметом постоянных насмешек. Дело в том, что на квартиру ее жильцы постоянно приносили подборки с документами британских спецслужб. При этом регулярными посетителями квартиры были представители «нетрадиционных сексуальных отношений» и лица, «склонные к алкоголизму». Бёрджесс сочетал в себе оба порока, если не считать того, что он слыл «отъявленным марксистом». Хорошо известный и престижный «дом Ротшильдов» посещали по старой привычке многие известные жители Лондона. В их числе были министры, крупные чиновники, а также видные военные и высоко¬поставленные деятели разведки. Позднее английский писатель Джон Костелло в одной из своих книг написал по этому поводу: «Главный штаб НКВД мог поздравить себя с большим достижением». Действительно, похоже, что кварти¬ра на Бентинк-стрит была тем местом, где происходила информационная подпитка лондонской резидентуры внешней разведки.
Именно здесь Ротшильд познакомил своего друга Бланта с Гаем Лиделлом, который тогда являлся директором Управления «Д» (собственно контрразведка) МИ-5 и был постоянным посетителем квартиры на Бентинк-стрит, как, впрочем, и целый ряд коллег, в числе которых были Дезмонд Весей и Тереза (Тесс) Майер, будущая вторая жена Ротшильда и его помощница по работе в отделе «Ф-3».
Пользуясь своими связями с руководством МИ-5, Ротшильд сумел убедить Лиделла принять на работу в МИ-5 своего друга Энтони Бланта, за которого он поручился. Несмотря на возражения кадровиков контрразведки, Лиделл сумел все-таки добиться того, что через пару месяцев Блант был принят на работу в подразделение по слежке за дипломатами нейтральных стран в Лондоне. Именно в этот период через Дика Уайта с Ротшильдом познакомился и Питер Райт, помощник директора МИ-5 и будущий автор нашумевших и запрещенных бри¬танскими властями мемуаров «Охотник за шпионами».
По словам Райта, Ротшильд в этот период очень любил обсуждать циркули¬ровавшие в кулуарах британских спецслужб профессиональные сплетни и ин¬триги, в которые были замешаны многочисленные общие знакомые разведчики и контрразведчики. В подобного рода беседах Ротшильд и Райт проводили время до поздней ночи.
Кроме того, по роду работы Ротшильд имел постоянные контакты в Форин офисе, а также в английской разведке и в дешифровальной службе страны. При этом он довольно часто встречался с руководителями национальных спецслужб и лично с Черчиллем. Было время, когда благодаря близости к Черчиллю он отвечал за проверку пищи, которую подавали премьер-министру, поскольку была получена информация о том, что немцы попытаются его отравить.
Следует признать, что проживание в одной квартире на Бентинк-стрит группы ценных агентов советской разведки было несомненным нарушением основ¬ных правил конспирации и ортодоксальных традиций НКВД. Малейшее подо¬зрение, возникшее в отношении любого из них, естественно, могло привлечь вни¬мание британской контрразведки ко всем посетителям этой «странной квартиры». Резидент ИНО НКВД в Лондоне Анатолий Борисович Горский, у которого находилась на связи эта агентурная группа, пытался уговорить Бланта выехать на другую квартиру, но проявил достаточно сообразительности и не стал наста¬ивать, когда тот отказался.
По утверждению ряда публичных критиков британских спецслужб, система внутренней безопасности в МИ-5 и МИ-6 в конце 30-х годов и особенно в послевоенный период действовала из рук вон плохо. Гомосексуализм среди некоторых сотрудников делал их удобными мишенями для шантажа иностранными развед¬чиками. Бёрджесс и Маклин, кроме того, «славились» своим пьянством. Филби также время от времени злоупотреблял алкоголем. Близкая к высшим кругам британских государственных чиновников Ребекка Вест писала в этой связи: «...мы были бы избавлены от множества проблем, если бы поменьше трясли на людях своим бельем и уволили бы со службы нескольких горьких пьяниц».
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:23

Гибель Сикорского

Летом 1943 года премьер-министром польского правительства в эмиграции стал Станислав Миколайчик, лидер Польской крестьянской партии. Произошло это после того, как 4 июля 1943 г. в авиационной катастрофе погиб прежний глава польского правительства 62-летний генерал Владислав Эугениуш Сикорский. Следует напомнить, что в апреле 1943 года на фоне «Катынского дела» со¬ветское правительство разорвало дипотношения с Республикой Польша. Перед лицом угрозы слева лондонский лагерь консолидировался и занял резко анти¬советскую позицию. Во многом консолидации способствовала гибель самого Сикорского. Он погиб при загадочных обстоятельствах. Был распространен слух, что это является делом рук польской и британской разведки. Однако известный английский писатель Филипп Найтли в одной из своих книг рассказывает об одном подозрительном совпадении. Найтли намекает на то, что Сикорский, чье убийство некоторые историки настойчиво приписывают английской разведке, действовавшей по прямому указанию Черчилля, поднялся в воздух 4 июля 1943 г. с одного из аэродромов в Гибралтаре. В этот период ответственным за операции внешней контрразведки МИ-6 на Иберийском полуострове был ценный агент советской разведки Филби. Таким образом, Найтли, по всем правилам ведения «психологической войны», пытался «бросить тень» на пользовавшегося большой популярностью у противников Короны наиболее яркого представителя «кембриджской пятерки».

Ротшильд в Париже

Обращает на себя внимание систематическое использование Ротшильдом мест своего проживания в служебных целях. Так, после освобождения в августе 1944 года Парижа Ротшильд расквартировал свое антисаботажное подразделение в собственном особняке, где до этого жил командующий люфтваффе во Франции, но вскоре перевел его в другое место, опасаясь возможных разрушений во время работы с взрывчаткой. Освоив оперативный участок новой работы, Ротшильд весьма быстро стал экспертом номер один по немецким взрывным устройствам, которые германские спецагенты очень ловко камуфлировали, и не раз рисковал жизнью при их обезвреживании. За успешную работу в этом отделе Ротшильд был награжден медалью Георга.
Временами в его особняке останавливались Блант, Бёрджесс и Филби, что лишний раз доказывает: эти люди меньше всего считали себя агентами, связанными конспирацией, а были соратниками по борьбе с фашизмом и делали ставку на Советский Союз как на главную силу в борьбе с Гитлером.
Кроме всего прочего в Париже Ротшильду в интересах работы его подразделения поручали допрашивать важных немецких пленных, включая Отто Скорцени, шефа отряда коммандос, которому удалось вывезти из Италии арестованного Бенито Муссолини.
Каких-либо подозрений в отношении Ротшильда у спецслужб союзников ни разу не возникло. Репутация у Ротшильда была отменная — Гитлер часто упоминал в своих речах богатейшую династию Ротшильдов как «воплощение мирового еврейства» и об этом прекрасно знали в армии союзников. Знали также, что спуску фашистам Ротшильд не даст.

Судьба Ротшильда после окончания войны

Когда Бёрджесс и Маклин бежали из Англии в СССР, зародившиеся было подозрения в отношении Ротшильда постепенно исчезли, а вот Блант еще долго был в числе подозреваемых.
В начале 50-х годов агентурные позиции лондонской резидентурой КГБ были в значительной степени утрачены, главным образом из-за начала расследования по делу Бланта и Кернкросса, которое было вызвано «экстренной эвакуацией» Бёрджесса и Маклина, а также из-за тени, которая в результате этого была брошена на Филби.
Ротшильд в этот период оказался единственным незапятнанным человеком из числа связей резидентуры, кто имел доступ к ценной политической информа¬ции, так необходимой Москве.
Правда, ситуация осложнялась тем, что в этот период Ротшильд был вынуж¬ден несколько отойти от активной политической жизни. Дело в том, что у него не сложились отношения с премьер-министром Гарольдом Вильсоном.
После войны, получив несколько наград от англичан и американцев, Виктор Ротшильд уволился из контрразведки и вновь вплотную занялся научными изысканиями в Кембридже. С 1946 по 1958 год он являлся исполнительным директором британской авиакомпании БОАК и еще нескольких компаний, про¬должая работать в Палате лордов. В этот период доступ к информации об авиации делал Ротшильда объектом повышенной заинтересованности лондон¬ской резидентуры.
С 1961 года Ротшильд, имевший давние семейные связи с нефтяным бизне¬сом, переходит на работу в системе компании «Шелл», где в период с 1961 по 1963 год он занимал пост вице-председателя исследовательской компании «Шелл», а с 1965 по 1970 год являлся координатором исследований отделения компании «Шелл» в Нью-Йорке и директором исследований «Шелл».
Свои связи с научными кругами в Кембридже Ротшильд сохранял до конца своей жизни. В 1966 году он принимает участие в научной деятельности Кемб¬риджского университета, а также университетов в Лондоне, Манчестере, Хайфе, Тель-Авиве и Иерусалиме. В Кембридже, кстати, у Ротшильда была летняя резиденция, в которой он часто принимал своих друзей.
Не порывая с контрразведкой, Виктор Ротшильд планировал использовать в интересах МИ-5 более 30 лабораторий компании «Шелл», которые он кури¬ровал. Одной из его идей была разработка специального устройства, защищаю¬щего оборудование, помещенного на продолжительное время под землей. В ре¬зультате эта идея нашла свое воплощение, и ей активно пользовались как аген¬тура МИ-6, так и сотрудники МИ-5. Еще одной идеей Ротшильда было создание технических условий, позволяющих контролировать каналы агентурной связи разведки. Он справедливо считал, что единственным действительно уязвимым звеном в деятельности агентуры спецслужб противника является связь. Агент вынужден отсылать в Центр и получать из Центра оперативную информа¬цию. При этом контрразведка нуждается в новых технологиях, вскрывающих физические методы связи типа тайнопись, микроточки и тайниковые контейне¬ры. Финансирование этой идеи было обеспечено Ротшильдом, который помог получить деньги для разработки этого проекта от своего друга сэра Вильяма Кука, являвшегося в тот период заместителем руководителя Института иссле¬дований в области атомного оружия. Кук предоставил в распоряжение МИ-5 сроком на два года около 30 сотрудников с полным финансированием их работы. Результаты рабочей группы намного превзошли успехи в этой области, достигнутые в США.
Известно, что в британской контрразведке Виктор Ротшильд имел репутацию одаренного и инициативного сотрудника спецслужбы. Его новаторские идеи всегда пользовались успехом. Он, в частности, разработал концепцию научной модернизации МИ-5 и регулярно обсуждал имевшиеся у него конкретные предложения с помощником директора МИ-5 Питером Райтом. В Цен считали, что, проявляя активность в МИ-5, Ротшильд таким образом успел подстраховывает свою легенду, отводя от себя подозрения, которые могли возникать в связи с разоблачением его друзей, сотрудничавших с КГБ.
Пристально наблюдая за судьбой Ротшильда, лондонская резидентура КГБ фиксировала постоянный рост его разведывательных возможностей. Связи и источники информации Ротшильда в среде политиков, руководящих сотрудников разведки, среди государственных служащих, банкиров и ученых, как в самой Великобритании, так и за ее пределами, считались уникальными. При этом он умел использовать их как в своих личных интересах, так и в интересах своих многочисленных друзей.
В октябре 1956 года при участии Ротшильда на вилле в Севре около Парижа была организована тайная встреча высших дипломатических и военных представителей Великобритании и Франции с делегацией высшего руководства Израиля, в составе которой были Давид Бен-Гурион, Моше Даян и Шимон Перес. Участники встречи пришли к соглашению: Израиль в ответ на угрозы и военное давление Египта нанесет военный удар по практически ненаселенному Синайскому полуострову в направлении Суэцкого канала, после чего Британия и Франция выдвинут ультиматум, требуя защиты канала, а затем, если борьба продолжится, вторгнутся в зону канала для защиты международного водного пути.
Виктор Ротшильд в 60 — 70 годы регулярно посещал советское посольстве, где его неизменно принимали высокопоставленные дипломаты. При этом он постоянно находился в таком положении, когда невозможно оставаться вне поля зрения британской контрразведки. Понимая это, как бывший сотрудник МИ-5 он, естественно, принимал все возможные меры для того, чтобы его собственная репутация была вне подозрений. И следует признать, что, имея в числе своих ближайших связей большинство руководителей британских спецслужб, Ротшильду не составляло труда с успехом справляться с этой наисложнейшей задачей.
Благодаря своим связям Виктор Ротшильд с 1971 по 1974 год занимал в аппарате кабинета министров Великобритании должность Генерального директора и первого заместителя секретаря комитета по централизованному контролю государственной политики. Доступ к такого рода информации, несомненно, являвшейся сферой заинтересованности лондонской резидентуры КГБ, имели немногие агенты, находившиеся в тот период у нее на связи, и трудно себе представить, что советская разведка не пыталась продолжать работать с Ротшильдом как с источником информации на доверительной основе с использова¬нием его «апостольских» друзей.

Премьер-министр – объект слежки британской контрразведки

В период с 1965 по 1970 год Ротшильд несколько теряет свои позиции во влия¬тельных правительственных кругах Великобритании. Он не захотел или не су¬мел наладить деловые отношения с премьер-министром Гарольдом Вильсоном, которого откровенно не уважал, и поэтому в этот период его роль в общественной жизни Англии была на некоторое время утрачена. Правда, он предусмотрительно сохранил налаженные контакты с МИ-5 и МИ-6, используя для этого свои нала¬женные на базе нефтяного бизнеса связи с шахом Ирана. Известно, что в эти годы Ротшильд представлял интересы теневого кабинета Эдварда Хита.
Следует напомнить, что секретный архив контрразведки вели друзья Ротшиль¬да из отдела «К-5» центрального аппарата МИ-5. В конце 60-х годов во време¬на премьер-министра Вильсона руководителем отдела был Хэрри Уортон. Этот отдел имел тесные контакты с МИ-6 и вел дела на агентуру, завербованную из числа граждан так называемых социалистических стран советской ориентации. Известно, что секретный архив отдела «Д-5», к которому имел доступ крайне ограниченный круг сотрудников британских спецслужб, размещался на четвертом этаже здания, расположенного на пересечении улиц Euston Road и Gower Street. Именно здесь хранились материалы оперативных мероприятий по наблюдению за профсоюзными и политическими деятелями, включая Вильсона. Контрразвед¬кой отслеживалась связь оппозиции с КГБ, в том числе и контакты самого Виль¬сона в период его принадлежности к оппозиции. Эта работа велась тем самым отделом «К-1», где в свое время работали Ротшильд, Блант и Бёрджесс.
Одним из руководителей подразделения британской контрразведки, органи¬зовавшего слежку за Гарольдом Вильсоном в его бытность премьер-министром Великобритании в середине 70-х годов, был тот самый Питер Райт, находив¬шийся в близких отношениях с Ротшильдом. При этом руководители МИ-5 исходили из того, что глава лейбористского правительства и члены его команды «являются коммунистами или даже советскими агентами влияния». Прораба¬тывая эту версию, руководители МИ-5 неоднократно давали санкции на неглас¬ный обыск служебных помещений премьер-министра и установку там различ¬ных подслушивающих устройств.
Роль в этом деле Ротшильда, который руководителями британской контрраз¬ведки считался «асом оперативных комбинаций», не доказана, но его заинтере¬сованность в успехе этой операции была прямой.
В опубликованной в Лондоне в 1988 году книге Дэвида Ли «Заговор против Вильсона» автор подробно описал обстоятельства вмешательства МИ-5 в выс¬шие сферы политической жизни Великобритании. Он рассказал о фактах уста¬новления контрразведкой наблюдения за бывшим премьер-министром Гароль¬дом Вильсоном. Удивительно, что это произошло несмотря на то, что последний являлся прямым руководителем МИ-5. Опасаясь быть пойманными за руку при сборе данных против своего же правительства, МИ-5 при проведении наи¬более рискованных операций обращалась за помощью к ЦРУ. Последние не отказывались от участия в сборе информации, оправдывающей детальное расследование британской контрразведкой деятельности Гарольда Вильсона и членов парламента - лейбористов и сторонников Лейбористской партии.
Опасения британских спецслужб по поводу политики Вильсона заключались в следующем:
- лейбористская партия, придя к власти, могла сократить военные расходы и расходы на разведслужбы;
- Вильсон был слишком близок к некоторым восточноевропейским деятелям;
- вызывала тревогу возможная политика лейбористов в отношении Родезии и ЮАР;
- лейбористы могли оттолкнуть ЦРУ и АНБ, от которых британские службы в значительной степени зависели по части технических знаний и опыта, а также в области финансов.
В конце 1986 года бывший офицер МИ-5 П. Райт после затяжного конфликта с цензурой опубликовал свои мемуары. Дело в том, что Райт был одним из руководителей подразделения, организовавшего слежку за Гарольдом Вильсоном в середине 70-х годов. В разработке премьера участвовало до 30 сотрудников МИ-5, которые организовывали проникновение в помещения Вильсона и его ближайших сотрудников с целью поиска «компромата».
В преддверии предстоящих выборов официальный Лондон испугался, что в случае огласки материалов и, как следствие, судебного разбирательства, «английского Уотергейта» не избежать. В результате, под предлогом необходимости обеспечения режима секретности деятельности МИ-5, публикация мемуаров Райта была запрещена. Бывший лейбористский министр внутренних дел официально заявил, что ему ничего не было известно по этому вопросу. После этого готовый разгореться крупный политический скандал был похоронен в недрах британского парламента.
Мемуары Райта вышли в свет в США в 1987 году тиражом 10 тыс. экземпляров. В дальнейшем книга не переиздавалась и широкая общественность не была с ней ознакомлена, хотя отдельные фрагменты книги неоднократно зачитывались на митингах в лондонском Гайд-парке.
Не забывавший своих друзей, Виктор Ротшильд пытался устроить попавшего в бедственное положение гонимого Питера Райта на работу к Натаниэлю Меиру Ротшильду. Когда Райт принял решение покинуть Англию, Ротшильд был последним, кто напутствовал Питера Райта перед его отъездом в Австралию. Последний запомнил сакраментальную фразу Виктора: «Твоя проблема, Питер, в том, что ты знаешь слишком много секретов». Ротшильду хорошо была известна цена секретов.
В 1988 году Верховный суд Великобритании единогласно подтвердил решение апелляционного суда о том, что газеты «Гардиан», «Обсервер» и «Санди таймс» могут начать публикацию отрывков из книги бывшего сотрудника английской разведки П. Райта «Охотник за шпионами». Это решение означало поражение правительства Тэтчер, которое пыталось запретить публикацию. Полностью книга Райта была опубликована в 40 странах.
После того как Вильсон покинул резиденцию на Даунинг-стрит, 10, он продолжал регулярно посещать посольство СССР в Лондоне, но только в качестве главы теневого кабинета. При этом его нелюбовь к Ротшильду проявлялась неоднократно и была весьма показательной. После избрания премьером эти контакты с советским полпредством, как тогда любили говорить, у него оборва¬лись, поскольку они теперь мешали карьере и репутации. Однако противники Виль¬сона умело сыграли на его прежних контактах с послом СССР, обвинив пре¬мьер-министра в принадлежности к агентуре КГБ. Злые языки говорили, что это была ответная комбинация Ротшильда.
После бегства в СССР в 1951 году провалившихся Маклина и Бёрджесса Ротшильд стал медленно отходить от связи с советской разведкой, опасаясь разоблачения. О его дружбе со сбежавшими дипломатами было хорошо извес¬тно, не раз на него намекали журналисты, искавшие пятого, однако всякий раз он угрожал судом всем, кто без всяких оснований спекулировал на этой теме. Впрочем, в суд он ни разу не подавал, хотя поводы для этого были. В результате Виктор Ротшильд также стал жертвой обвинений, хотя и не прямых. Его пре¬следовали различными намеками вплоть до смерти в 1990 году, но в истеблиш¬менте доверие к нему не подвергалось сомнению.
Английские исследователи считают, что после бегства Маклина, Бёрджесса и Филби, а особенно разоблачения Бланта, все усилия Ротшильда были направле¬ны на то, чтобы «отмыться» от своего прошлого и предотвратить всякие попыт¬ки представить его советским шпионом. Это было бы слишком, что кроме потом¬ственных аристократов с советской разведкой сотрудничали еще и евреи-банки¬ры. Такое разоблачение могло бы стимулировать в стране антисемитские настроения, что было крайне нежелательным. Все понимали всю непредсказуе¬мость развития такого скандала.
Пока то разгоралась, то тлела шпионская шумиха, Ротшильд, человек незау¬рядного ума и мужества и к тому же располагавший богатым наследством, имел возможность коллекционировать старинные рукописи и картины, написать не¬сколько книг и монографий.

Кто вы, агент «Меллон»?

В ряде западных публикаций о деятельности «кембриджской пятерки» мелька¬ет имя агента «Меллон», идентифицировать которого никто пока не отважился. Известно, что в августе 1945 года глава английского Департамента индуст¬риальных и научных исследований профессор, член британского национального комитета радиотелеграфа, президент Международного научного радиосоюза, а с 1939 года еще и секретарь Департамента индустриальных и научных и исследо¬ваний Великобритании Эдуард Виктор Эйплтон, беседуя в присутствии «Меллона» с начальником его конторы, сообщил, что первая атомная бомба была сделана из элемента-49, а вторая — из урана-235. Американцы имели обыкнове¬ние кодировать названия химических элементов путем написания последних цифр атомного номера и атомного веса. Поэтому указанная цифровая величина 49 являлась условным обозначением элемента с атомным номером 94, то есть плутония. «Меллон» в августе 1945 года сообщил резидентуре НКГБ в Лондоне содержание телеграммы турецкого посла в Москве в свой МИД от 10 августа:
«На советское правительство произвело сильное впечатление военное применение атомной энергии, но оно намеренно скрывает это впечатление. В Советском Союзе также ведутся работы в направлении использования атомной энергии, и в них принимают участие академики Петр Капица и Абрам Иоффе (напомним, что Ротшильд был лично знаком с Капицей. — Авт.). Английское посольство в Москве проявляет интерес к состоянию советских работ в области использования атомной энергии».
Были опубликованы также данные о том, что в апреле 1945 года подразделение «Меллона» посетил сотрудник 2-го управления СИС капитан ВВС Барроус, который сообщил, что во изменение прежних распоряжений было разрешено начать работу против СССР, но не непосредственно, а с территории пограничных стран, и использовать для этого всевозможные каналы. В июле сего года «Меллон» лично ознакомился с меморандумом директора СИС генерала Мензиса, в котором говорилось, что в соответствии с требованиями военного министерства на ближайший период должна быть развернута работа против СССР и была проведена следующая классификация стран, могущих быть использованными как база для ведения разведработы против СССР: пограничные и другие страны, имеющие контакты с СССР.
Кроме этого, в подразделении «Меллона» было известно, что налаживается сотрудничество английских и французских разведок для работы против других стран, включая СССР, и что в Париже была создана объединенная организация под названием «Англо-французское бюро связи». Начальник французского отделения СИС лично выезжал в Париж для налаживания организационного оформления указанного бюро. Ротшильд в этот период часто бывал в Париже.
По данным «Меллона», техническая разведка англичан против СССР в этот период подлежала усилению, в связи с чем его подразделение приступило к составлению картотеки на советских ученых и научно-исследовательские организации по материалам официальных советских научных, технических и других публикаций. Одним из источников разведывательной информации о научных достижениях СССР должно было стать парижское бюро связи, в котором должен был постоянно работать представитель подразделения «Меллона». Предполагалось, что с французской стороны технической разведкой должен был руководить профессор Рока, занимавший пост редактора научно-исследовательского отдела французского адмиралтейства и являющийся английским агентом в 1942-1943 годах.
Некоторые аналитики пытались связывать псевдоним «Меллон» с именем Виктора Ротшильда, который неоднократно выезжал в Париж и разбирался в «атомных секретах», но к окончательному выводу никто так и не пришел.
Профессор Олифант, работавший в Бирмингемском университете над магнетроном, необходимым для радара, утверждает, что в 1942 году в лабораторию прибыл с инспекционной поездкой Виктор Ротшильд, который попросту положил себе в карман магнетрон диаметром три дюйма и увез из Бирмингема. Олифант в это время на несколько минут выходил из комнаты. Прибор Ротшильд вернул через день специальным курьером с письмом: «Дорогой Олифант, возможно, вам следует усилить меры по безопасности. Получил удовольствие от нашей встречи. Искренне Ваш Ротшильд». Вскоре после этого Ротшильд во время инспекционной поездки в лабораторию лондонского Имперско¬го колледжа добыл полную информацию о методах получения плутония. Анг¬лийские исследователи деятельности советской разведки утверждали, что всю информацию Ротшильд переправлял в Москву через своего друга Бланта.
Поскольку «Меллон» был известен в кругах специалистов только по кличке, многие западные историки рассматриваемого периода деятельности советских спецслужб при попытках «вычислить» этот источник высказывали предполо¬жение, что это была одна из оперативных кличек Виктора Ротшильда, который, как известно, некоторое время отвечал в МИ-5 за курирование «наукой и техни¬кой». В качестве доказательства приводился тот факт, что в нефтяном бизнесе была хорошо известна «нефтяная группа Меллона», носившая имя главы семьи Меллонов, финансировавшего компанию «Галф». Кличка источника «Меллон» могла быть намеком на принадлежность ее носителя к нефтяному бизнесу, к которому, в частности, имели прямое отношение представители английской ветви семейства Ротшильдов. Один из исследователей даже предположил, что слово «дыня», означающая в переводе с английского клички «Меллон», тоже служила намеком на отношения Ротшильда с Черчиллем и вполне подходила в качестве оперативной клички лица, находившегося в окружении премьер-министра.
Нужно сказать, что кроме «Меллона» с именем Виктора Ротшильда без особого успеха исследователи пытались ассоциировать такие клички нераскрытых до сих пор источников советской разведки, как «Джек», «Помощник» и «Валет». «Валет» в переводе с английского означает «кошелек», что может прямо указывать на определенное отношение обладателя псевдонима к финансам, а значит, и Ротшильду, финансировавшему своих друзей по Кембриджу, в равной степени как название карты определенного достоинства (валет), соответствовавшей, по мнению ряда исследователей истории разведки, уровню Виктора в колоде Ротшильдов.
Известно, что после раскрытия подлинной роли «кембриджской пятерки» Виктор Ротшильд не раз заявлял, что подаст в суд на того, кто обвинит его в шпионаже в пользу Советского Союза. Никто публично его так и не осмелился обвинить, хотя колкие намеки и сплетни Виктору Ротшильду пришлось терпеть вплоть до дня своей смерти.
Роланд Перри написал о нем книгу, которая так и называлась: «Пятый чело¬век». Автор пытался доказать, что пятым в группе Филби был Виктор Ротшильд, а не Кернкросс, который никогда не учился в Кембридже. В этой книге целая глава посвящена тайной деятельности Ротшильда как «двойника» сиони¬стского подполья и советской разведки. При этом приводились примеры того, что источником ряда поступивших в Москву информационных сообщений мог быть только Виктор Ротшильд. Высказывалось предположение, что в «двой¬ную игру» Ротшильдом вовлекались и советские ученые, физики, стажировав¬шиеся в Кембридже, в том числе Петр Капица.
Учитывая работу Ротшильда на важных постах в британских спецслужбах и его доступ к секретной информации, Перри делает вывод о работе барона на Москву. К тому же Ротшильд, круг научных интересов которого был весьма широк, занимался исследовательской деятельностью еще в году учебы в Кембридже. Он досконально изучил проблемы биологии и ядерной физики, скоро создало ему репутацию одного из самых образованных ученых. Все это позволило ему получить назначение на должность координатора мероприятий британских спецслужб по проблеме атомной бомбы и курировать линию в отделе научно-технической разведки СИС.

Так был ли Ротшильд агентом?

Чтобы быть завербованным, нужно попасть в поле зрения резидентуры иностранной разведки и оказаться в окружении агентуры, которая способна оценить разведывательные возможности кандидата, создать условия для предложения о сотрудничестве и затем контролировать добросовестность его работы на завербовавшую его разведку.
Ротшильд находился в постоянном окружении своих друзей — агентов советской разведки Бёрджесса, Маклина, Бланта, Филби. Их связями не могла не интересоваться лондонская резидентура советской разведки.
Многие иностранные авторы, в подкрепление версии о работе Ротшильда на советскую разведку, часто ссылаются на беседы с таинственными полковниками советской разведки, обозначая их буквами. Но разве это доказательство? Известно, что Ротшильд был другом «советских кембриджцев» и одно время сочувствовал коммунистам, но этого мало. А вдруг все это — происки недоброжалетелей, делающих подкоп под знаменитый банковский дом?
Представлял ли Ротшильд интерес для советской разведки по своим разведывательным возможностям?
Безусловно, поскольку его связи со многими руководящими сотрудниками британских спецслужб и лицами, пользовавшимися влиянием в военных, политических и финансовых кругах Великобритании, были прямыми объектами заинтересованности НКВД.
Представляется следующий вывод: Ротшильд, вероятно, прекрасно понимал, что вовлечен в «двойную» конспиративную деятельность, и отчасти, даже направлял этот процесс. Но в отличие от главных фигур «кембриджской пятерки» он не был завербованным агентом, ибо людей такого уровня не вербуют.
Можно также допустить, что Ротшильд с его связями и информационными возможностями мог по заданию резидентуры советской разведки использоваться в качестве источника ценной информации «втемную», как Блантом, так и Бёрджессом. Но это существа дела не меняло. Важно было иметь доступ к определенной информации, и такой канал был налажен. Сам метод привлечения к сотрудничеству, будь то использование ненависти к фашизму, симпатий к марксизму, а возможно, и умелое использование совпадения устремлений разведки с конкретными интересами источника или же «под давлением обстоятельств», вторичен, а первичным, безусловно, является конечный информационный результат.
После того как Бёрджесс и Маклин вернулись в Москву, одной из главных тем их дебрифинга в КГБ было обсуждение их отношений с Ротшильдом. Особое внимание было уделено двойной роли Виктора Ротшильда, который знал об их работе на СССР и часть материалов реализовывал в своих собственных интересах. В Москве определенное сомнение вызывал характер передаваемого им материала. Предполагалось, что особенно в период воины эти сведения играли роль зондирующей мнение Сталина информации.
С одной стороны Ротшильд представлял интерес для резидентуры НКВД, с другой стороны, Ротшильд прекрасно понимал и оценивал риск, которому он подвергался из-за контактов с такими людьми, как агенты НКВД. Правда, в отличие от последних, его не на чем было «зацепить». Будучи от природы чело¬веком энергичным, он не признавал доминирования и, стремясь быть хозяином положения, соблюдал правила до тех пор, пока они не противоречили его соб¬ственным идеям, целям и задачам. Обсуждая поступки Ротшильда и его связи с различными, иногда противоположными по своим взглядам, политическими груп¬пами, не следует забывать, что Виктор Ротшильд происходил из семьи, которая вошла в историю Англии тем, что купила Суэцкий канал для правительства Великобритании.
Может возникнуть вопрос: почему Ротшильд встречался с людьми, которых он мог подозревать в симпатиях коммунистам? Будучи благородным человеком, он не отказывался от дружбы, которая сложилась в студенческие годы, но и не давал себя компрометировать необдуманными поступками.
Впоследствии, как сотрудник МИ-5, Ротшильд, естественно, принимал все воз¬можные меры для того, чтобы его собственная репутация была вне подозрений. Имея в числе своих ближайших связей руководителей британских спецслужб, ему не составляло труда с успехом справляться с этой наисложнейшей задачей.
Скорее всего, Виктора Ротшильда следует отнести к первым представителям высшей категории агентурного сословия, представляющего особую ценность для любой спецслужбы и известного как «агентура влияния».
Специалисты знают, что «агенту влияния» не делается вербовочное предложение от имени разведки, у него не берется подписка о его добровольном сотрудничестве, ему не выдается ежемесячное денежное вознаграждение с изъятием расписки. «Агент влияния» может даже и не догадываться, что он используется спецслужбами в интересах иностранного государства. Его возможности, как правило, разведкой используются по доброй воле последнего.


***

Мнение о «кембриджской пятерке» в руководстве советской разведки было далеко не однозначным.
В конце 40-х годов после длительного анализа и сопоставления поступающей от них информации был сделан вывод, что Филби, Бёрджесс, Маклин и другие являются подставами английских спецслужб, агентами-дезинформаторами.
Что могло стоять за этими выводами, сказать сложно, вероятнее всего — обычная конкурентная борьба внутри самой разведки, стремление опорочить источники информации, а через них — оперативный и руководящий состав, обрабатывающий агентурную информацию и докладывающий ее политическому руководству страны.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:25

Раздел 7

Резидентуры


Основным подразделением разведки на территории иностранного государства является резидентура. Резидент – глава резидентуры, кадровый сотрудник разведки — работает под прикрытием дипломатических представительств. В резидентуре он руководит работой оперативных работников, аналитиков и оперативно-технического персонала. Кроме того, резидент осуществляет контроль за выполнением заданий Центра и за своевременной отчетностью. Считается, что главная функция его руководства состоит в том, чтобы уметь вдохновить сотрудников на выполнение разведывательных задач, требующих от каждого нечеловеческих усилий, возглавить работу по выявлению наиболее засекреченных и тщательно охраняемых государственных тайн страны пребывания, а также сведений, которые нельзя получить с помощью подслушивающей аппаратуры или во время официальных дипломатических приемов, в библиотеке или с помощью прессы и которые можно добыть только через завербованных источников информации или посредством различных технических методов ее получения. Основная деятельность резидента заключается в сборе и анализе информации, свидетельствующей о намерениях той или иной страны причинить ущерб и угрожать безопасности его государства. Доступ к такой информации имеет ограниченный круг лиц, и, следовательно, если секретные сведения фиксируются на бумаге или на магнитофонной пленке, то они хранятся в наиболее скрытых и тщательно охраняемых тайниках противника. Поэтому резидент должен всегда идти на риск. Это требует постоянной, а иногда сверхчеловеческой бдительности...
Отмечается, что лучшие резиденты ЦРУ США имеют многолетний опыт оперативной работы. Свободно владея двумя или тремя иностранными языками, они начинали свою карьеру в различных городах. Им так же знакомы узкие улицы Триполи, как и притоны мафии в римском районе Трастевере. Они руководили агентами, начиная от осведомителя, работающего в киоске или водителем такси, и кончая должностным лицом министерства иностранных дел; устанавливали микрофоны, чтобы подслушивать сотрудников разведки коммунистических стран и выявлять их намерения против США; засылали агентов в «запретные районы» и на протяжении месяцев поддерживали с ними тайную надежную связь, пока не удавалось переправить их в безопасное место на Западе, с тем чтобы лично проанализировать их работу и возможности.
Естественно, что резидентура, как основное подразделение разведывательной службы, по своей структуре, возложенным задачам и профессиональной подготовке сотрудников является как бы уменьшенной копией организационно-штатной структуры разведки (штаб-квартиры, разведцентра) в целом. Отметим, что идет о так называемых легальных резидентурах, то есть действующих под прикрытием официальных дипломатических представительств.
В 20 —30-е годы XX века в главных капиталистических странах действовали объединенные резидентуры советской внешнеполитической разведки и военной разведки, тесно взаимодействовавшие с отделом международной связи – нелегальным аппаратом Коминтерна.
На первом этапе это помогло создать мощный агентурный зарубежный аппарат. Однако эти объединенные резидентуры оказались очень уязвимыми, так как связники и курьеры зачастую знали агентов, принадлежавших к различным советским спецслужбам.
Небезынтересны количественные характеристики резидентур. Так, к середи¬не 30-х годов внешней и военной разведкой Советского Союза в США, Англии, Германии, Франции, Италии удалось создать уникальный и эффективный неле¬гальный аппарат, достигавший более 20 резидентур. К середине 1941 года во внешней разведке СССР действовало до 40 заграничных резидентур, в которых работало 242 разведчика, имевших на связи в общей сложности около 600 раз¬личных источников разведывательной информации.


***

Одной из самых выдающихся в мировой истории разведки была токийская резидентура советской разведки во главе с Рихардом Зорге. Это мнение безого¬ворочно высказывали в том числе и враги Советского Союза — бывший руко¬водитель гитлеровской политической разведки В. Шелленберг, бывший дирек¬тор ЦРУ А. Даллес, директор ФБР Э. Гувер.
До направления в Японию Зорге в течение трех лет был резидентом советс¬кой разведки в Китае. В сферу его разведывательных интересов входили пра¬вительство Чан Кайши, дипломатические представительства Японии и Герма¬нии в Китае, пресса, монополии, транспортные структуры, творческие общества, общественные организации.
О Рихарде Зорге и его резидентурах в Китае (1930 — 1932 гг.) и Японии (1934 — 1941 гг.) написаны десятки книг, но ни одна из них по полноте, качеству и достоверности исследования, глубине использования архивных материалов не может соперничать с фундаментальным трудом известного немецкого журна¬листа и писателя Юлиуса Мадера — автора многочисленных бестселлеров о германских и американских спецслужбах. Книга увидела свет впервые в Германской Демократической Республике в конце 80-х годов, на русском языке издана мизерным тиражом и распространена среди ограниченного круга высшего руководящего и профессорско-преподавательского состава КГБ СССР и ГРУ Генерального штаба Вооруженных Сил СССР4.
Удивительно, что на книге не поставили гриф «совершенно секретно» — она вполне того заслуживает с учетом сенсационного содержания, профессиональ¬ной методики владения материалом, ибо далеко не в каждом учебнике по разведке и контрразведке так подробно, скрупулезно прописана технология организации и деятельности нелегальных резидентских звеньев по направлениям политической и экономической разведки, собразцами боевых оперативных документов.
Зорге был действительно одним из самых выдающихся нелегальных резидентов, совмещавшим руководство агентурой с добыванием широкоспектральной, разноплановой, масштабной стратегической информации, с научной, жесткой, холодной, конкретной, выверенной, прогностичной аналитикой, с шифрработой, наконец, с функцией вербовщика — поистине уникальная, не имеющая аналогов, вопреки устоявшимся канонам разведки универсальность.
Между тем авторитетный английский специалист по проблемам шпионажа Ф. Найтли в своей книге «Вторая древнейшая профессия» отмечает, что наиболее выдающиеся результаты резидентуры Зорге были достигнуты «в промежуточной зоне, которая лежит между политическим влиянием и шпионажем». По утверждению Найтли, «сам Зорге был убежден, что политическое влияние группы имело гораздо большее значение, чем добывание разведывательных данных».
Это влияние позволило в конечном итоге отвести планировавшийся удар японских войск по советскому Дальнему Востоку и спасти СССР от войны на два фронта в 1941 году.
Разведданные Зорге передавал не только военной разведке СССР. Глава германской политической разведки в годы Второй мировой войны Вальтер Шелленберг в своих мемуарах свидетельствует: «Интересно отметить, что ни в своих показаниях, ни во время длительного пребывания в тюрьме Зорге ни разу не упомянул о своей работе на Берлин... Не было ни одного случая, когда Зорге пытался бы ввести в заблуждение германскую секретную службу... Я пришел такому заключению после того, как тщательно изучил материалы, присланные Зорге в Берлин...».
Начало формирования Зорге как разведчика относится к середине 20-х годов. Именно в это время спецслужбами СССР, Германии, Японии осуществлялся активный зондаж геополитической обстановки, поиск и реанимирование источников агентурно-политического влияния, накопление разведывательного потенциала в интересах предстоящего через десятилетия передела мира, пересмотра итогов Первой мировой войны. Идеологи готовили теоретический фундамент предстоящих политических действий.
Зорге был последовательным сторонником сближения, союза Германии и России, и не только потому, что был немцем, родившимся в России, чья жизнь была неразрывно связана с двумя этими странами. Известно, что Зорге плодотворно сотрудничал в научно-публицистическом плане с одним из влиятельных немецких политических деятелей и ученым, основателем германской школы геополитики Карлом Хаусхофером. Хаусхофер разработал принципы геополитики новейшего периода истории на основе идей агрессии и реваншизма, придал геополитике ту форму, где она стала частью идеологии фашистской Германии. Его самого, очевидно, не без достаточных на то оснований, считали «тенью Гитлера», одним из столпов нацистской идеологии. Хаусхофер и русские евразийцы - Николай Сергеевич Трубецкой, Петр Николаевич Савицкий, Георгий Васильевич Флоровский - сформулировали принципы континентального, евразийского мировоззрения, альтернативного атлантическим идеям, причем группа Хаусхофера изучала Японию и континентальную миссию государств Даль¬него Востока в перспективе будущего геополитического альянса. Хаусхофер в статье «Континентальный блок» писал: «Евразию невозможно задушить, пока два самых крупных ее народа - немцы и русские - всячески стремятся избежать междоусобного конфликта, подобного Крымской войне или 1914 году: это аксиома европейской политики». В этой же статье Хаусхофер цитировал американца Гомера Ли: «Последний час англосаксонской политики пробьет тогда, когда немцы, русские и японцы соединятся».
в 1908-1910 годах Хаусхофер был руководителем германской разведслужбы в Японии и Маньчжурии, имел связи в высших аристократических кругах, знаком с семьей микадо. Отметим, что ученик Хаусхофера - Зорге, исключительно успешно действовал как разведчик также в Китае и Японии. Какие из связей влияния, переданных Хаусхофером, использовались Зорге? И не эти ли связи Хаусхофера в окружении японского императора помогли продлить жизнь Зорге еще на три года после вынесения ему смертного приговора?
В книге Ю. Мадера однозначных ответов на эти вопросы нет, внимательное ее прочтение и сопоставление приводимых фактов и событий в контексте надгосударственной деятельности профессора Хаусхофера позволит прийти к зак¬лючениям поистине нестандартным, отчасти сенсационным.
Последующие исследователи деятельности Рихарда Зорге не смогут обойтись без использования накопленных знаний и методологии такой науки, как конспирология, ибо настоящая разгадка его феноменальной разведывательно-политической работы кроется на острие прошлого и настоящего многовекового евразийско-атлантического противоборства.
Непревзойденной классикой разведки являются организационно-управленческие аспекты работы токийской резидентуры Р. Зорге.
Известно, что перед заброской в Японию в штаб-квартире советской разведки Зорге было отработано разведывательное задание, сводившееся к выяснению следующих вопросов:
1. Совершит ли Япония нападение на СССР на маньчжурской границе?
2. Какие наземные и военно-воздушные силы могут быть брошены против Советского Союза?
3. Насколько тесные отношения сложились между Японией и Германией после прихода Гитлера к власти?
4. Какова политика Японии в отношении Китая?
5. Какова политика Японии по отношению к Англии и США?
6. Какова в действительности роль японской военной клики в выработке национальной внешней политики?
7. В какой степени японская тяжелая промышленность переведена на военные рельсы?
Исходя из задания, Зорге были определены следующие сферы наблюдения и контроля резидентуры в Японии:
Военный потенциал:
- численность и качество вооруженных сил;
- соотношение их видов;
- удельный вес родов войск;
- система вооружений и оснащения (военная техника, степень механизации, моторизации, мобильности и огневой мощи);
- размещение, концентрация и развертывание вооруженных сил;
- темпы приведения их в боевую готовность;
- военная доктрина (тезисы относительно строения и подготовки вооруженных сил) и военное искусство (стратегия, оперативное искусство, тактика);
- качество и реальность планов генерального штаба и главного штаба во-морского флота для ведения боевых действий.
Морально-политический потенциал:
- морально-политическое состояние населения (идеология, традиции, отношение народных масс к политике правительства и к вооруженным силам);
- уровень развития культуры, науки и техники;
- классово-имущественные отношения (государственное устройство, характер внутренней и внешней политики, национальные особенности).
Экономический потенциал:
- экономическая система (структура и организация народного хозяйства);
- численность и состав населения;
- географическое распределение производительных сил;
- уровень развития технических наук;
- распределение рабочей силы в отраслях экономики и промышленности;
- общий уровень развития производства, темпы экономического роста;
- милитаризация экономики и накопление потенциала военной промышленности, повышение производительности труда в военной промышленности;
- использование средств из государственного бюджета для вооруженных сил;
- развитие сельского хозяйства и системы транспорта и коммуникаций;
- тенденции в инвестиционной политике;
- импорт сырья и накопление запасов стратегического сырья;
- освоение национальных резервов.
Согласно отработанным задачам и намеченным сферам наблюдения и контроля определены источники получения разведывательной информации:



***

Выдающимся резидентом был сотрудник советской внешнеполитической разведки Гайк Бадалович Овакимян. В феврале 1931 года он был направлен в берлинскую резидентуру ОГПУ под прикрытием должности сотрудника торгпредства СССР в Германии. Им были привлечены к сотрудничеству негласные источники, среди которых были крупный специалист по химическому машино¬строению ведущий инженер фирмы «Ауэр», научный сотрудник фирмы «Цейсс». Поступившая от них техническая информация, в частности, по современным химическим технологиям, средствам противохимической защиты, оптическим приборам, эхолотам получила высокую оценку в советских НИИ и КБ, работав¬ших по аналогичной тематике.
С 1933 года Овакимян — заместитель резидента, а с 1938 года — резидент в США по линии научно-технической разведки. Его агенты (14 ценных источни¬ков, не считая групповодов) представляли сведения по авиационным и морским приборам, бомбоприцелам, звукоулавливателям, теплоэлектронике, о технологи¬ях производства автобензинов прямой перегонкой, о переработке газов нефтепе¬рерабатывающих заводов, о каучуке и масляных дистиллятах для выработки в них различных масел и парафинов, новейших американских разработках того времени: вискозе, водному раствору йода, производству иприта, проекте стратосферного самолета, кислородных масках, использовании глицерина в военных целях и технологии его производства.
На основе анализа разрозненных донесений Овакимян сообщил в Центр о начавшихся в США работах по атомной тематике.
Добытые резидентурой Овакимяна материалы (чертежи, схемы, расчеты, инструкции и описания по проблемам математики, физики, химии, атомного ядра и бактериологии) дали толчок развитию неизвестных ранее направлений в советской науке.


***

Задачи, стоящие перед резидентурами, являются срезом общих задач разведывательной службы государства в преломлении особенностей, специфики политической, экономической, военной и оперативной обстановки в стране пребывания.
Задачи ставятся, как правило, общего характера, при этом имеется в виду, что инициатива в каждом конкретном случае является не только прерогативой резидента, но и Центра. Задачи, поставленные перед нелегалами Ш.А. Хамзиным и И.К. Алимовой, заброшенными в Японию в 1953 году:
- внимательно следить за событиями в Японии и определить расстановку внутриполитических сил;
- следить за политикой Японии в отношении СССР;
- отслеживать развитие взаимоотношений Японии и США и тенденции их дальнейшего развития;
- собрать сведения о милитаризации экономики Японии и воссоздании ее армии, вооружении финансировании и возможных планах совместных учений и боевых действий с США.
Задачи, поставленные перед нелегальным резидентом В.Фишером (Р. Абелем) перед его заброской в США в 1948 году:
- выявить степень возможности вооруженного конфликта с США;
- создать надежные нелегальные каналы связи с Центром, с тем, чтобы исключить использование разведкой официальных советских представителей;
- добывать любую информацию, представляющую интерес для внешней разведки.


***

Неоценима роль внешней разведки КГБ СССР, ее вашингтонской резидентуры, в компромиссном урегулировании Карибского кризиса в 1962 году, грозившего человечеству началом войны между США и СССР с применением ядерного оружия. Известно, что резидент А.С Феклисов проявил инициативу и использовал для доведения направленной информации до высшего руководства США одного из наиболее информированных американских журналистов, внешнеполитического обозревателя Дж. Скали. Канал «резидентура КГБ — Скали — президент США — Скали — резидентура КГБ — руководство КГБ — руководство СССР» сработал мобильно и безупречно, несмотря на нерешительность по данной проблеме совпосла в США Добрынина.
Исключительно значима роль резидентуры разведки КГБ в Вашингтоне в период Карибского кризиса.
1. Прежде всего следует отметить, что она располагала весьма, осведомленными источниками информации в Вашингтоне, среди которых Джон Скали был, судя по всему, наиболее ценным из круга знакомых и конфидентов резидентуры и ее руководителя Феклисова.
2. Успешная деятельность резидентуры была обусловлена ее информационной обеспеченностью, аналитическими способностями сотрудников и, конечно же, тщательным и непрерывным отслеживанием как общей внутриполитической обстановки в стране, так и всех приготовлений и мероприятий Белого дома; госдепартамента, Пентагона и ЦРУ. Кроме того, что очень важно, она была в курсе геополитической ситуации. Все это позволяло резиденту и его помощникам правильно оценивать динамику кризиса, прогнозировать ход событий и возможные решения администрации США.
3. Несомненно, высказывание Феклисова в беседе со Скали о такой ответной мере СССР на вторжение американских войск на Кубу, как захват Западного Берлина и разгром противодействующих войск НАТО в течение 24 часов, было большим риском, импровизацией и, конечно же, отражением интуиции разведчика. И что самое примечательное: Джон Скали, судя по всему, был уверен, что его собеседник — советник посольства СССР Феклисов (которого он, видимо, считал разведчиком) – излагал ему позицию советского руководства об ответных мерах СССР на случай американской интервенции против Кубы. Подтверждением этого может служить быстрая реакция президента Кеннеди, которого Скали, надо полагать, убедил, что Феклисов говорил отнюдь не от себя.
4. Обращает на себя внимание смелость резидента, который, не имея полно¬мочий говорить об ответных мерах правительства СССР, пошел на такой риск и даже умело использовал чисто военный аргумент для придания убедительности ответной меры со стороны СССР.
5. И, наконец, будет уместно подчеркнуть смелость стратегического разведчи¬ка, действующего самостоятельно и вдали от Родины. Порой эту смелость в прин¬ципе сравнивают со смелостью полководца, принимающего правильное, но рис¬кованное решение. Однако риск полководца (командарма или командующего фронтом), как правило, заключается в том, что он принимает решение в пределах своих разграничительных линий, тогда как риск стратегического разведчика, осо¬бенно в условиях такой кризисной ситуации, которая сложилась в октябре 1962 года, непосредственно связан с судьбой его государства, его Родины.


***

За десять веков российской государственности, начиная с момента ее за¬рождения и до нашего времени, за кулисами происходивших событий — мирной жизни, торговли, войн и дипломатических отношений — шла тайная, скрытая работа спецслужб по разведке и предупреждению коварных замыслов противника.
Если взять конкретные даты из истории России, то один из первых «меж¬дународных скандалов», связанных с использованием посольств как «кры¬ши» для разведчиков, упоминается уже в мае 839 года. В тогдашней столице империи Франков, городе Ингельгейме, при дворе императора Людовика Бла¬гочестивого появилось русское посольство, которое прибыло из Константино¬поля (Византия). Этот факт занес в так называемую Бертинскую хронику епископ Пруденций, отметив, что некий народ «рос» направил на Запад по¬сольство, и что владыка «росов» именует себя каганом. Людовик Благочести¬вый лично принял дотоле неизвестных ему дипломатов. Но когда выяснилось, что послы «росов» (народ, проживающий на территории Древней Руси) по национальности шведы, их судьба круто переменилась: послов заподозрили в шпионаже и задержали до выяснения истинных целей их прибытия в Ингельгейм; дотошный Пруденций отметил, что «пришли они скорее шпионить, чем искать дружбы».
Арабский чиновник, живший в XI веке, отмечал в своих записках, что прави¬тели государств посылают своих послов за границу не только с дипломатичес¬кими целями, но также с разведывательными, чтобы, работая в иной стране, они негласно собирали сведения о «состоянии дорог, горных перевалов, речной сети, пастбищах... какова численность армии этого правителя и насколько хорошо она вооружена и экипирована». Информация собирается и о самом правителе: пьет ли он, «стоек ли в вере и кого предпочитает: юношей или девушек».
Из истории известно, что при Петре I «особую разведывательную активность проявляли английские дипломаты. Посол Англии в Петербурге Витворт был одновременно дипломатом и разведчиком. В мае 1708 года он отправил в Лондон список судов царского флота, стоявших в 30 верстах от Петербурга. В этом списке был указан и количественный состав корабельных экипажей. Вскоре Витворта по представлению русского правительства отозвали в Лондон.
Секретные данные о состоянии русской армии и военно-морского флота собирали также дипломаты других стран Европы. Кроме послов шпионили в России и так называемые резиденты иностранных держав, в том числе Швеции. В Москве, например, тайно действовал резидент Стокгольма Томас Книпперкон, интернированный в начале Северной войны. Его активность стала заметна во время вторжения в Россию шведских войск. О подготовленности России к войне по неведомым каналам Книпперкон сообщал в Стокгольм. Узнав о шпионской деятельности шведского резидента, Петр решил обменять его на сидевшего в тюрьме в Стокгольме князя Хипкова. Но Книпперкон, боясь гнева Карла XII, отказался от обмена, о чем известил посольскую канцелярию в Москве. Петр выслал шведского резидента и его семью».
Дипломатия и разведка неразделимы. Рассматривая некоторые исторические примеры, можно сделать вывод, что разведка всегда использовала дипломатические представительства для проведения своей деятельности. У специалистов такая деятельность считается «разведкой с легальных позиций».
Известны советские послы, одновременно выполнявшие функции резидентов: Панюшкин, Тишков.
Понятие «разведка с легальных позиций» имеет свою дефиницию. При этом многие эксперты единодушно приходят к выводу о том, что этот вид организации разведки основан на использовании спецслужбами международных связей. Дело в том, что с легальных позиций могут действовать разведчики и агенты иностранных государств (сотрудники официальных представительств, учреждений, организаций и т.д.). При этом нередко критерием для разграничения разведки с легальных позиций и разведки с нелегальных позиций служит характер использования этих возможностей и обусловливаемое ими положение сил противника на территории разведываемой страны.
Мнение о легальной разведке даже в среде руководителей спецслужб может быть различным. Так, руководитель французской внешнеполитической разведки Александр де Маранш считал, что шпионы, выступающие как дипломаты, просто симулянты. Настоящий шпионаж означает полный «уход под воду» и требует исключительно больших усилий. Использование дипломатического прикрытия превращает шпионаж в пародию на него.
Легальный - значит признанный, допускаемый законом (словарь Ожегова); позиция - положение, расположение, месторасположение (войск) и т. д. Определение понятия «разведка с легальных позиций» представляется приемлемым в следующей редакции: «разведка с легальных позиций — это вид организации разведывательной деятельности, проводимой с использованием международных связей с позиций, приобретенных формально, без нарушения правопорядка и законов разведываемого государства».
Резидентуры иностранных спецслужб, действующих с позиций дипломатического и иного прикрытия, в современных условиях играют важную роль в собирании и добывании разведывательной информации для своего политического руководства. Резидентуры также непосредственно организуют и координируют разведывательную деятельность на территории разведываемого государства.
Пользуясь международно-правовым статусом дипломатических представительств, резидентура разведывательного органа занимается агентурной и технической разведкой, сбором и обработкой открытой информации по исследуемому спектру политических, экономических, военных, научно-технических и иных проблем, являя собой форпост разведслужбы своего государства.
Нелишне отметить, что резидентуры выполняют крайне важную функцию так называемого «маяка» для граждан страны пребывания, решивших инициативно установить связь с иностранной разведкой.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Re: Андрей Шаваев, Станислав Лекарев "Разведка и контрразвед

Сообщение Моргенштерн » 27 ноя 2011 15:26

Раздел 8

Спецслужбы и информационное пространство


Шаблонное использование метода экстраполяции прошлого опыта при моделировании противостояния разведки и контрразведки в любых мысленных альянсах может привести к серьезным заблуждения и ошибочным оценкам. Классический опыт спецслужб вряд ли найдет в будущем глобальное решающее применение, разве что в вялотекущих локальных конфликтах второстепенных в военно-техническом отношении стран.
Ведущие специалисты по проблемам теории и практики информационной борьбы отмечают, что решающую роль будет играть информатика - взлом информационных сетей потенциального противника, похищение или уничтожение информации и засылка дезинформации, внесение компьютерных вирусов, в конечном счете – полное разрушение системы управления, контроля и исполнения стратегических и тактических планов противника. Репетициями будущих информационных сражений служат сегодня преступления хакеров, вторгающихся в информационные сети банков и похищающих крупные суммы денег. Для победы в информационной войне требуется добиться решающего превосходства над противником и в характеристиках и ассортименте суперкомпьютеров и в наборе и содержании программ, а также заложенных в них возможностях.
Процесс информатизации всех сторон жизни наполняет качественно новым содержанием разведывательно-информационную работу. Она все более сосредотачивается в виртуальном информационном пространстве, заметно меня роль и место человека в процессе добывания разведывательных сведений и их последующей обработки.
Ю.М. Батурин и С.А. Модестов справедливо делают вывод, что складывается особая структура, объединяющая объекты разведки, замещающие их информационные образы, зафиксированные в открытых и закрытых информационных массивах, выводящие к ним линии телекоммуникаций, программные и аппаратно-технические средства поиска, преодоления рубежей защиты, обработки полученной информации, ее хранения и распределения.
Неотъемлемой частью такой структуры является человек. Он ставит задачи на добывание, поиск, прорыв к защищенному информационному ресурсу, обрабатывает полученные сведения, является потребителем конечной разведывательной продукции, выстраивая на ее основе свою виртуальную действительность, частью которой сам и является.
Различные стороны разведывательной деятельности испытывают возрастающее влияние новых информационных технологий. Они формируют качественно новые потребности в разведывательно-информационном обеспечении государственной системы принятия политических и экономических решений. Но с такими технологиями открываются и принципиально новые возможности удовлетворения этих потребностей.
Тенденция виртуализации разведывательного процесса отражает закономерный переход в псевдоиерархии познаваемых естественных и искусственных сред – от разведки природной, «первичной», а затем естественной биологической до искусственной среды, возникшей в результате деятельности человека, и среды IV поколения; — искусственной, возникшей в результате деятельности искусственных интеллектов.
Как считает американский исследователь Майкл Кастанья, складывающаяся сейчас виртуальная разведка — это прообраз разведки будущего. Под понятием «виртуальная разведка», появившимся в США вместе с так называемой революцией в военном деле, имеется, в виду распределенная сетевая организация по производству синтезированной разведывательной информации тактического, оперативного и стратегического уровня с использованием новых - информационных, технологий.

***

Исследователи обращают внимание на все более проявляющуюся тенденцию виртуализации добывающей деятельности. В отличие от традиционной агентурно-оперативной деятельности с целью добывания разведывательных сведений, охота за чужими секретами, создаваемыми новыми информационными технологиями, ведется преимущественно с использованием новых тех¬нологий в. искусственной, информационной среде с минимальным участием человека.
Для этого разработаны особые «виртуальные шпионы» — ноуботы (от английского акронима; Knowbot — Knowledge Robot) или «знаниевые роботы» дословно. Эти специальные программные продукты перемещаются от компьютера к компьютеру и при этом могут размножаться (т.е. делать свои копии). С помощью многочисленных серверов, находящихся в сети, копии могут связываться друг с другом, а также с пользователями. Они могут отслеживать состояние дел на каждой машине и по.каналам обмена передавать сводную информацию.
Ноубот вводится в компьютерные системы противника и, встретив интересу¬ющую его информацию, оставляет в этом месте свою копию. Ноубот-копия дол¬жна собирать информацию и в определенное время отсылать ее или поддержи¬вать непрерывный поток информации, идущий к разведчикам. Для того чтобы не быть обнаруженным, в ноуботе могут быть предусмотрены функции самоперемещения или самоуничтожения.
Примечательно, что ноубот может быть применен и как боевое ударное средство. В этом случае в критический момент противостояния ноубот может разыскать, изменить или разрушить важнейшие узлы системы управления про¬тивника.
Несколько проще программный продукт, именуемый «демоном». Введенный в систему, он записывает все команды, вводимые в нее, и в определенное время передает информацию об этих командах. «Демоны» могут открывать коды до¬ступа, ключи к шифрам или другую информацию о зашифрованных данных. Среди других средств виртуальной разведки — программы, именуемые «вынюхивателями» (Sniffers). «Вынюхиватель» записывает первые 128 битов данных каждой программы. Обычно на этом месте размещаются пароли и информация, требующаяся при входе в систему. Из-за того, что эти программы лишь считывают информацию, их очень трудно обнаружить.


Виртуализация информационно-аналитической работы

Для унификации усилий своих разведслужб, особенно на этапе подготовки ко¬нечной разведывательной продукции, в США создается так называемая вирту¬альная архитектура объединенной разведывательной информации (Joint Intelligence Virtual Architecture - JIVA). Такая архитектура позволяет пере¬распределять технические и программные ресурсы и формировать «виртуаль¬ную разведывательную рабочую среду» (Virtual Intelligence Workspace) — особое подпространство в пространстве информационном. В нем осуществляет¬ся скоординированный просмотр, согласование, утверждение и распределение конечной разведывательной продукции.
Появление архитектуры JIVA стало возможным благодаря быстрому разви¬тию современных информационных технологий. JIVA реализована на сети со¬вместимых мультимедийных рабочих станций, которые обеспечивают сбор, об¬работку, хранение и распределение разведывательной информации среди до¬вольно широкого круга пользователей — от высшего военно-политического руководства до командиров тактического уровня. Помимо эффективных ана¬литических средств архитектура JIVA предусматривает развитые средства гра¬фического отображения.
Только по линии разведуправления Пентагона планируется развернуть такие рабочие станции в 150 пунктах по всему миру. На эти цели затрачено свыше 200 млн долларов. Сопоставимо высокие суммы расходуют и другие страны. Так, в ФРГ на создание современного информационно-аналитического центра в Федеральной разведывательной службе (BND) в 1997 году было вы¬делено 100 млн. марок.


Особенности виртуальной разведки

Во-первых, это все более глубокое взаимопроникновение двух, обычно различа¬емых видов деятельности — добывающей и обрабатывающей. Само добывание оказывается органично связанным с анализом и все более глубокой обработкой данных.
Во-вторых, это возрастающая эпистемологизация разведывательной деятель¬ности — повышение роли знаний как на начальном, так и на заключительном этапах разведывательного процесса. При этом разведывательный цикл уже не завершается с переработкой исходных разведывательных сведений в некогда бывшую конечной разведывательную информацию. От разведки требуется доведение такой информации до более высокой степени готовности к потреблению в процессе принятия решений, то есть выработка знаний на основе полученной информации.
В американской разведке это сложилось в особую категорию «добывания знаний» (Data Mining), соединившую в себе теорию баз данных, искусственный интеллект и статистику. На ее основе быстро развиваются KDD-технологии (от англ. Knowledge Discovery in Database — обнаружение знаний в базах данных).
В-третьих; виртуальную разведку отличает заметное изменение функции че¬ловека как на этапе добывания, так и на этапе обработки. Объем трудозатрат сокращается, а зачастую система виртуальной разведки вообще внешне обхо¬дится без участия человека (разумеется, кроме этапа постановки задач). На самом деле роль человека возрастает благодаря соединению интеллектуальных и функциональных возможностей представителей органов государственной власти и управления, командно-штабных кадров различных уровней, людей науки и производства, включая частных лиц.
В-четвертых, изменяется целевое предназначение военной разведки. Из при¬оритетной деятельности по своевременному вскрытию признаков подготовки вероятного противника к вооруженному нападению она превращается все боль¬ше в деятельность, ориентированную на достижение (или удержание) информа¬ционного превосходства над противником.
В-пятых, весьма трудно определить, кто конкретно является противником. От¬части это связано с динамично развивающимся процессом становления многопо¬лярного мира. Кроме того, в противоборство вступают разнообразные негосудар¬ственные образования — сепаратистские группировки, международные наркокар¬тели и иные формы организованной преступности, террористы и хакеры-одиночки. У враждебно настроенных государств появляется таким образом множество субституторов, обеспечивающих надежное легализационное прикрытие.
В-шестых, разведывательный процесс развивается в иных пространственно-временных рамках. Он все более приближается к реальному масштабу време¬ни. Расстояние до разведываемых объектов оказывается неважным, принципи¬ально иначе решается вопрос досягаемости. Временной фактор приобретает особое значение лишь с учетом того или иного быстродействия вычислительной техники, пропускной способности средств передачи данных.


Злокачественные новообразования

По сути, речь идет о возникновении и развитии новой искусственной (интеллек¬туальной) внешней среды и реальности, которая ранее была слабо выражена, и которая будет оказывать все большее влияние на эволюционный процесс циви¬лизации в будущем. И, в конце концов, может оказаться, что самоорганизовав¬шаяся в борьбе с противостоящим ей окружением глобальная искусственно-интеллектуальная среда будет уже вести разведку против изначально породив¬шего ее человечества.
Можно предположить, что в ходе эволюции электронно-вычислительных систем, ориентированных лишь на земные условия существования, сложится гипотетическая ситуация структуризации электронных систем на Земле с образованием распределенного искусственного суперинтеллекта и возникновением угрозы глобальной безопасности человека, исходящей из неизбежной конкуренции за общий ресурс существования - Землю.
Угроза, тем не менее, довольно призрачна. Однако не может не настораживать, например, то, что всякая развитая программная система имеет склонность к расползанию, самодеструкции и — как первый признак — к неконтролируемой репликации своих частей.
Это явление имеет фундаментальное математическое обоснование, полученное Дж. фон Нейманом в теореме, которая состоит в том, что конечный автомат, достигший определенного уровня сложности, может воспроизводить себя. Например, в тех самых работающих уже сейчас ноубот-копиях, с помощью которых знаниевый робот развертывает аналог агентурной сети. Вот только от сложной и рискованной вербовочной работы он фактически уже избавлен. Да и проблемы вывода, легализации, связи, обеспечения мобилизационной готовности, локализации в случае провала решаются у виртуальных разведчиков иначе.
Описанный феномен имеет и обратную сторону. Гипотеза, на основании которой фон Нейман сделал свой фундаментальный вывод, выглядит следующим образом: если система достигает определенного уровня сложности, ее описание, а значит, и моделирование на любой машине не может быть проще, чем она сама. Применительно к такой тонкой и богатой личностями и ситуациями материи, как разведка, это означает, что единственный практический способ продемонстрировать или проиллюстрировать процесс решения разведывательной задачи состоит в описании огромного числа связей, существующих в мыслительных аппаратах разведчиков, в аппаратах разведок и контрразведок и т.д. и т.п.
Разумеется, требуется уточнение самого понятия «сложность». Здесь придется иметь дело с такими логиками (алгоритмами), что не может быть полной уверенности, могут ли являться описанием себя реальная ситуация, реальный объект. То есть не приведет ли к чему-то более сложному и запутанному попытка описать его с помощью математической или кибернетической модели. По¬пытка применить логику разведки к «виртуальному шпионажу» (и наоборот) может привести к тому, что — сошлемся еще раз на фон Неймана — «логика вынуждена будет претерпеть метаморфозу и превратиться в неврологию».
Разведка, ее проявления так многообразны и столь глубоки, что перевод ее в виртуальное пространство с помощью самовоспроизводящихся автоматов либо других математических объектов все же сомнителен. Попытка создать ноубот-копии Зорге, Абеля или Филби указывали бы либо на разведывательную наивность, либо на математическое высокомерие.
Революционные изменения видны во многих отраслях мировой экономики, в первую очередь это область информатизации общества. Волна «цифровой революции» создала абсолютно новый экономический сектор, которого раньше просто не было. Это провоцирует рост интенсивности конфликтов с целью захвата и удержания превосходства в данном секторе новой мировой экономики. Капиталом, который играет главенствующую роль в «цифровой революции», является интеллектуальный капитал прежде всего в области информаци¬онных технологий.
И, наконец, основной продукт этого сектора — информация — обладает уни¬кальными свойствами, не присущими другим секторам экономики. Информа¬ция в отличие от всех других ресурсов пригодна для многократного использо¬вания и для многочисленных пользователей, при этом чем больше она исполь¬зуется, тем более ценной становится. То же самое можно сказать о сетях, связывающих различные источники информации.


Трансформация взглядов

Вместе с переходом от постиндустриального к информационному обществу новое прочтение приобретает и извечная борьба щита и меча, брони и снаряда. Поле боя в конфликтах XXI века — это виртуальное киберпространство, в котором разворачиваются действия информационных войн. Без сомнения, процессы гло¬бализации накладывают определенный отпечаток и на модернизацию основных концепций военной стратегии XXI века. Это убедительно подтверждает постро¬ение новой национальной военной стратегии США, анализ которой в спектре информационного противоборства был блистательно проведен С. Гриняевым.
Ряд официальных документов, таких как доклад Министерства обороны США «Report of the quadrennial Defense Review», концептуальный документ Коми¬тета начальников штабов «Joint Vision 2010», доклад комиссии по национальной обороне «Transforming Defense National Security in the 21st Century, Report of the National Defense Panel», констатирует, соответственно:
«...Мы признали, что мир продолжает быстро меняться. Мы не в состоянии полностью понять или предсказать проблемы, которые могут возникнуть в мире за временными границами, определяемыми традиционным планированием. Наша стратегия принимает такие неопределенности и готовит вооруженные силы таким образом, чтобы справиться с ними».
«Ускорение темпа изменений делает будущие условия более непредсказуемыми и менее стабильными, выдвигая широкий диапазон требований к нашим силам».
«Проблемы XXI века будут количественно и качественно отличны от тех, которые были характерны для периода холодной войны, в связи с чем потребуются коренные изменения институтов национальной безопасности, военной стратегии и подходов к вопросам обороны к 2020 году».
Несмотря на неопределенность встающих угроз и проблем XXI века США намерены и в будущем сохранить роль мирового лидера. Для этого они ориентируются на опережающее формирование адекватной их интересам стратеги¬ческой среды, а в случае неуспеха — на готовность к силовой нейтрализации неблагоприятных для США процессов.
В этой связи примечателен следующий факт. В августе 1997 года ЦРУ провело брифинг о развитии Каспийского региона как одного из наиболее богатых нефтяными и газовыми ресурсами. Для наблюдения за развитием политических событий в регионе и оценки его потенциала ЦРУ создало специальное подразделение. После доклада представителя ЦРУ присутствовавшая на брифинге госсекретарь США Мадлен Олбрайт заявила, что «одной из самых важ¬ных задач... будет работа над формированием будущего этого региона». В этих словах — суть информационного противоборства: создание всеми средствами необходимой, отвечающей глобальной стратегии США, политической атмосферы в тех регионах, которые, как они полагают, входят в сферу их национальных интересов. Характерно, что силовое решение вопроса при этом считается провалом и должно использоваться только в крайнем случае.
Такая концепция может быть реализована, например, как стратегия «управ¬ляемого хаоса», построенного, как в случае с Югославией, на межэтнических или религиозных конфликтах.


Выход в киберпространство

Понятие «информационное противоборство» появилось в середине 80-х годов в связи с новыми задачами вооруженных сил США после окончания холодной войны. Оно стало активно упоминаться в прессе после проведения операции «Буря в пустыне» в 1991 году, где новые информационные технологии впервые были использованы как средство ведения боевых действий. Официально же этот термин впервые введен в директиве министра обороны США от 21 декабря 1992 г. и в директиве Комитета начальников штабов вооруженных сил США Т9.3600.1 (декабрь 1992 г.).
В кругах специалистов этот термин трактуется как открытое и/или скрытое целенаправленное информационное воздействие систем друг на друга с целью получения определенного выигрыша в материальной сфере.
Было бы неправильно ограничивать его рамками обычной радиоэлектронной борьбы. В основе такого противоборства лежат прежде всего психологические и мировоззренческие факторы, а также компьютерные технологии. Столь же неверно сводить его к классической спецпропаганде — в это понятие заложен куда более широкий смысл. Так, в конце 1996 года на одном из симпозиумов американский специалист Роберт Банкер представил доклад, посвященный новой военной доктрине вооруженных сил США XXI столетия (концепции «Force XXI»). Ключевым моментом в ней является разделение всего театра военных действий на две составляющих — традиционное пространство и киберпространство, причем последнее имеет более важное значение. Банкер предложил доктрину «киберманевра», которая должна явиться естественным дополнением существующих военных концепций, преследующих цель нейтрализации или подавления вооруженных сил противника. Таким образом, в число сфер ведения боевых действий, помимо земли, моря, воздуха и космоса, теперь включается и инфосфера. Как подчеркивают военные эксперты, основными объектами поражения в новых войнах будут информационная инфраструктура и психология противника (появился даже термин «human network»).
Таким образом, под информационным противоборством (Information Warfare — IW) понимается комплексное воздействие на систему государственного и военного управления противостоящей стороны, на ее военно-политичес¬кое руководство. В принципе это воздействие должно еще в мирное время при¬водить к принятию благоприятных для стороны — инициатора информацион¬ного давления решений, а в ходе конфликта полностью парализовать функцио¬нирование инфраструктуры управления противника.
Информационное противоборство состоит из действий, предпринимаемых для получения информационного превосходства в обеспечении национальной воен¬ной стратегии. А достигается оно путем воздействия на информацию и инфор¬мационные системы противника с одновременным укреплением и защитой соб¬ственной информации, и информационных систем и инфраструктуры.
Способность не только реагировать, но и предвидеть проблемы до того, как они достигнут кризисной точки, - та способность, которую стремятся приобре¬сти США в ближайшем будущем, При этом они отдают приоритет системам и средствам, позволяющим резко снизить в начальной стадии конфликта (или до его начала) функциональные возможности противодействия государства-противника за счет проведения наступательных информационных операций.


Облава на управление

Информационное превосходство раскрывается как способность собирать, обра¬батывать и распределять непрерывный поток информации о ситуации, препят¬ствуя противнику делать то же самое. Оно может быть также определено и как способность назначить и поддерживать такой темп проведения операции, кото¬рый превосходит любой возможный темп противника, позволяя доминировать во все время ее проведения, оставаясь непредсказуемым, и действовать, опере¬жая противника в его ответных акциях.
Такого рода преимущество позволяет иметь реальное представление о бое¬вой обстановке и дает интерактивную и высокоточную картину действий про¬тивника и своих войск в реальном масштабе времени. Информационное пре¬восходство является инструментом, обеспечивающим командованию возможность применять в решающих операциях широко рассредоточенные построения раз¬нородных сил, повышать защиту войск и вводить в сражение группировки, со¬став которых в максимальной степени соответствует задачам, а также осуществ¬лять гибкое и целенаправленное материально-техническое обеспечение.
Информационное противоборство предполагает проведение мероприятий, направленных против систем управления и принятия решений (Command & Control Warfare — С2), а также против компьютерных и информационных сетей и систем (Computer Network Attack - СNА). Деструктивное воздействие на системы управления и принятия решений достигается с помощью психологи¬ческих операций (Psychological Operations - PSYOP), направленных против персонала и лиц, принимающих решения и оказывающих влияние на их мо¬ральную устойчивость, эмоции и мотивы принятия решений; практических ша¬гов по оперативной и стратегической маскировке (OPSEC), дезинформации и физическому разрушению объектов инфраструктуры.
Концепция информационного противоборства предусматривает:
- подавление (в военное время) элементов инфраструктуры государственно¬го и военного управления (поражение центров командования и управления);
- электромагнитное воздействие на элементы информационных и телеком¬муникационных систем (радиоэлектронная борьба);
- получение разведывательных данных в результате перехвата и дешифро¬вания информационных потоков, передаваемых по каналам связи, а также по побочным излучениям и за счет специального внедрения технических средств перехвата информации;
- осуществление несанкционированного доступа к информационным ресур¬сам (благодаря использованию программно-аппаратных средств прорыва сис¬тем защиты информационных и телекоммуникационных систем противника) с последующим их искажением, уничтожением или хищением, либо нарушение нормального функционирования этих систем;
- формирование и массовое распространение по информационным каналам противника или глобальным сетям дезинформации или тенденциозной инфор¬мации для воздействия на оценки, намерения и ориентацию населения и лиц, принимающих решения;
- получение интересующей информации путем перехвата и обработки от¬крытой информации, передаваемой по незащищенным каналам связи, циркули¬рующей в информационных системах, а также публикуемой в открытом поряд¬ке и СМИ.
В качестве основных объектов воздействия при информационном противо¬борстве выступают:
- сети связи и информационно-вычислительные сети, используемые государ¬ственными организациями при выполнении своих управленческих функций;
- военная информационная инфраструктура, решающая задачи управление войсками;
- информационные и управляющие структуры банков, транспортных и промышленных предприятий;
- средства массовой информации (в первую очередь — электронные).
В принципе о любой системе, способной по входным данным отрабатывать тот или иной алгоритм, можно говорить как об информационной системе - объекте информационной войны.
Ряд специалистов отмечают, что применение информационного оружия это технология, включающая в себя:
- анализ способов и механизмов активизации у конкретной системы противника заложенных в нее программ;
- поиск программы самоуничтожения;
- разработка конкретного информационного оружия;
- применение информационного оружия по заданному объекту.
Поскольку информационное противоборство связано с вопросами информации и коммуникаций, то это есть противоборство за знания — за то, кому быстрее и точнее станут известны ответы на вопросы: что, когда, где, почему и на сколько надежным считает отдельно взятая страна и ее армия свои знания о себе и своих противниках.
При этом средством ведения информационной войны, или «информационным оружием», выступает само использование информации и связанных с ней технологий для воздействия на военные и гражданские системы противника.


***

Информационная операция — это комплекс мероприятий по манипулирова¬нию информацией с целью достижения и удержания превосходства через воз¬действия на информационные процессы в системах противника. С тем уточне¬нием что информационные системы рассматриваются в широком плане, не толь¬ко в техническом аспекте, они включают в свой состав и государство, общество в целом.
Упомянутые операции можно назвать нервом информационного противо¬борства. Их не зря считают самостоятельным видом оперативного обеспечения, который реализует на поле боя концепцию информационной войны. По целям и задачам они подразделяются на информационное обеспечение, специальные информационные операции и собственно информационное противоборство, а в зависимости от характера применения могут быть оборонительными и наступа¬тельными.
Отличительными чертами наступательных операций являются использова¬ние таких методов, как стратегическая маскировка; дезинформация; психологи¬ческие операции; радиоэлектронное противоборство; физическое разрушение и уничтожение объектов информационной инфраструктуры; атаки на компьютер¬ные сети противника.
Доминирующая цель оборонительных операций — обеспечение безопаснос¬ти собственных информационных ресурсов. Этому служат оперативная и стра¬тегическая маскировка и физическая защита объектов информационной инфра¬структуры. Важное значение придается и контрпропаганде, контрдезинформа¬ции, контрразведке, радиоэлектронной борьбе.
Все это призвано способствовать успешному выполнению целевых задач информационными и управляющими системами в условиях ведения инфор¬мационного противоборства, а также обеспечивать сохранность информацион¬ных ресурсов и предотвращать утечки, искажения, утраты или хищения ин¬формации в результате несанкционированного доступа к ней со стороны противника.
Ряд экспертов подчеркивают, что эффективность сдерживания, проецирова¬ния силы и других стратегических концепций в большой степени зависит от способности США влиять на восприятие и решения правительств других стран, о время кризисов информационные операции могут помочь сдержать против¬ника от проведения акций, приносящих ущерб США и их союзникам.
Следовательно, заключают американские специалисты, на национально-стратегических и военно-стратегических уровнях как информационные операции в мирное время, так и информационные боевые действия в кризисные или конфликтные периоды требуют высокой степени координации между правительствен¬ными структурами, включая министерство обороны.


Точность прогнозов

Новая проблема заключается в интеграции информационных воздействий в общую стратегию национальной безопасности. Экспертами США отмечается необходимость разработки единой концепции информационной войны, включающей как военный, так и финансовый, торговый, психологический, юридический и другие аспекты.
При этом главная стратегическая цель наступательных информационных действий смещается с активного воздействия на автоматические системы и средства вооружений, на личность, то есть на человека, принимающего решения. По мнению экспертов, такие действия могут быть наиболее эффективными в мирное время и на начальных этапах зарождения конфликта, что хорошо согласуется с основными целями национальной политики безопасности США.
На основе прогноза стратегических условий до 2020 года американские военные эксперты выявили и зафиксировали в официальных документах ряд основных тенденций мирового развития, ставящих перед США потенциальные проблемы. При этом уточняется, что заключения, базирующиеся на прогнозе тенденций развития, могут быть относительно точными только для ближайшего времени (от одного года до трех лет), но точность их теряется по мере удаления в будущее. Вполне понятно, что некоторые тенденции (например, демографические) могут быть отслежены с высокой степенью точности. Другие же (типа геополитических) менее предсказуемы. Они подвержены значительно боле быстрым изменениям под влиянием различных событий.
Военные аналитики США делают общий вывод: государства хотя и остают¬ся доминантными единицами международной системы, но в растущей степени будут подвергаться влиянию увеличивающейся мощи многонациональных кор¬пораций и международных организаций. Развитие технологий, продолжающая¬ся геополитическая трансформация, демографическое «давление», а также уси¬ление обозначившихся экономических и социальных тенденций могут ради¬кально изменить реалии сегодняшнего времени. Диапазон возможных сценариев широк и их сложно (или невозможно) предсказать. Центральной проблемой для оборонной структуры является, следовательно, развитие в том направлении, которое позволит ей эффективно реагировать на любой вариант событий. Это предопределяет необходимость постоянной адаптации сил к просматривающимся тенденциям.



***

Информационное оружие — это совокупность специально организованной информации и информационных технологий, позволяющая целенаправленно из¬менять (уничтожать, искажать), копировать, блокировать информацию, преодо¬левать системы защиты, ограничивать допуск законных пользователей, осуще¬ствлять дезинформацию, нарушать функционирование носителей информации, дезорганизовывать работу технических средств, компьютерных систем и информационно-вычислительных сетей.
По данным американских экспертов, в настоящее время более чем в 25 стра¬нах мира ведутся разработки по созданию средств ведения кибернетических компьютерных войн.
Средства, используемые в качестве информационного оружия, называются средствами информационного воздействия (СИВ) или средствами специально¬го программно-математического воздействия (ССПМВ). По цели использова¬ния информационное оружие делят на обеспечивающее и атакующее.
Обеспечивающим называется информационное оружие, применяемое против средств защиты информации атакуемой системы. В состав его входят средства компьютерной разведки и средства преодоления системы защиты.
Особая роль отводится использованию атакующего информационного ору¬жия, предназначение которого — оказывать воздействия на хранимую, обраба¬тываемую и передаваемую в системе информацию. Оно включает в себя четыре основных вида средств информационных воздействий:
- средства нарушения конфиденциальности информации;
- средства нарушения целостности информации;
- средства нарушения доступности информации;
- средства психологических воздействий на абонентов информационной си¬стемы.
В совокупности применение этих средств направлено на срыв выполнения информационной системой целевых задач. По способу реализации информаци¬онное оружие можно разделить на три больших класса: математическое (алго¬ритмическое), программное и аппаратное.
Информационное оружие, относящееся к разным классам, может применять¬ся совместно, некоторые его виды могут нести в себе черты нескольких классов.


***

Вопрос вопросов для американских стратегов — как обеспечить «всеохва¬тывающее господство» в XXI веке? Попытка ответить на него предпринята в документе Комитета начальников штабов (Joint Vision 2010).
В соответствии с этим документом основной составляющей кардинального повышения боевых возможностей вооруженных сил является достижение ин¬формационного и технологического превосходства, которое преобразит совре¬менные понятия о маневре, ударах, защите и тыловом обеспечении и приведет к появлению новых оперативных концепций господствующего маневра, высоко¬точного сражения, целенаправленного тылового обеспечения и всеобъемлющей защиты. Реализация этих концепций, по мнению экспертов, даст возможность проводить решительные операции в любых условиях обстановки, то есть дос¬тичь качества, которое в документе «Единая перспектива - 2010» определяется как «всеохватывающее господство».
Оно выступает, если говорить о США в целом, в качестве национальной цели информационного доминирования по отношению к любой враждебной нацио¬нальной или транснациональной общности. Что касается Министерства оборо¬ны США, то оно нацеливается на создание мощной информационной системы для театра военных действий (ТВД), которая позволит, по мнению Пентагона, обеспечивать военных информацией такого уровня и качества, которые не были доступны ранее.
Планируемые на уровень 2010 года характеристики информационной систе¬мы для театра военных действий дадут потребителям возможность получить намного более качественную его визуализацию (как по времени, так и в про¬странстве) и обеспечить концентрацию усилий рассредоточенных подразделе¬ний на решаемых задачах. Интегрированная из коммуникационных сетей и сетей датчиков, программного обеспечения и организационных структур, инфор¬мационная система предоставит:
- надежную и качественную связь для подразделений;
- оперативную информацию о ходе операции;
- точные и своевременные разведывательные данные о местоположении и действиях противника;
- каталог баз данных, относящихся к зоне операции и способностям против¬ника, а также доступ к этим базам;
- точное положение дружественных сил и их боевой статус (в реальном времени);
- способность проведения операций на всем ТВД, выполняемых непрерывно с рассредоточенных мест проецирования силы;
- обработку в реальном времени информации, дающей общую картину ситуации, складывающейся на ТВД;
- встроенные способности самозащиты (с многоуровневой защитой доступа), позволяющие распределять информацию среди организаций, союзников, непра¬вительственных организаций.


***

Информационные системы театра военных действий — это совокупность подсистем для сбора, обработки, анализа, архивирования и распределения ин¬формации, которые, собственно, и призваны обеспечить достижение информаци¬онного превосходства над противником. При сосредоточении на имеющемся или потенциальном противнике информационные системы, собирающие данные, охватывают открытые источники, традиционную разведку, системы наблюдения и обнаружения. Собранные данные становятся информацией после их обработ¬ки и приведения к виду, удобному для пользования. Для удовлетворения специ¬фических запросов потребителя такая информация может трансформироваться в разведывательную — в случае применения к ней целенаправленного анализа, интерпретации, сличения с относящейся к запросам другой информацией и об¬щим информационным фоном.
В эпоху становления информационного общества во многом изменился и характер стратегической разведки. Теперь, в качестве основной обязанности, возложенной на разведывательные службы, кроме опережающего оповещения высшего руководства страны о возможной агрессии возложена и задача дости¬жения информационного превосходства над противником. В качестве развития средств ведения компьютерной разведки в последнее время упоминается вирту¬альная архитектура объединенной разведывательной информации (Joint Intelligence Virtual Architecture - JIVA). Она дает возможность перераспре¬делить технические и программные ресурсы и формировать «виртуальную раз¬ведывательную рабочую среду» — особое подпространство в пространстве ин¬формационном. В нем осуществляется скоординированный просмотр, согласование, утверждение и распределение конечной разведывательной продукции.
Одной из главных предпосылок реализации своего информационного пре¬имущества США считают технологическое опережение в области информатиза¬ции. В то же время военные аналитики США констатируют, что современные информационные технологии доступны любому, кто обладает финансовыми воз¬можностями. Постоянно увеличивающиеся распространение и доступность информации создают для потенциального противника (при растущей зависимости США от информации и информационных систем) предпосылки достижения временного или локализованного паритета в боевом пространстве или асиммет¬ричного преимущества. Быстрое внедрение перспективных технологий делает вероятностным неожиданное появление асимметричных угрожающих способ¬ностей у широкого круга потенциальных противников. Ожидается, что уровень интенсивности информационных операций, проводимых противником и в мир¬ное время, повысится с эскалацией кризисной ситуации.
Планируется, что к 2010 году вооруженные силы получат в распоряжение интегрированную архитектуру принятия решений, базирующуюся на искусст¬венном интеллекте, нанотехнологиях, эффективном синтезе информации, много¬функциональных процессорах со способностью поддерживать принятие реше¬ний в реальном времени, технологиях сжатия данных для повышения скорости обработки. При этом использование командованием информационных систем с подключением установок искусственного интеллекта в качестве операционных умножителей эффективности боевых действий окажет влияние на доктрину, орга¬низацию и обучение вооруженных сил. В частности, моделирующие установки позволят в интегрированном и интерактивном режиме прогнозировать вариан¬ты действий, менять их тактику, принимать решения и действовать.
Приобретая эффективные наступательные (как правило, превентивные) и оборонительные информационные способности, США, естественно, стремятся не только защищать свои системы от «кибернетических атак», но и быстро нахо¬дить их источник и давать адекватный «ответ» на любом уровне действий, вплоть до его физического уничтожения.
Технологические достижения, дающие многие преимущества, таят в себе так¬же и возможную уязвимость — при отсутствии систематических проработок их применения.
Так, растущие возможности систем обработки информации могут вызвать перенасыщенность данными. Чтобы избежать этой опасности, предлагаются тех¬нологии искусственного интеллекта, встроенные в системы поддержки принятия решений и помогающие преодолеть информационную перегрузку. Тем не менее американские специалисты отмечают, что способность индивидуального реше¬ния является уникальной человеческой чертой, которую не могут заменить даже наиболее совершенные системы поддержки. Ключ к решению — систематичес¬ки разрабатывать, используя новые подходы в обучении, способность человека принимать правильные решения в быстро меняющейся компьютеризированной обстановке, отражающей распределенные театры военных действий.
Раздаются предостережения, что чрезмерная надежда на информационные системы может препятствовать принятию решений или сдерживать их, а также увеличивать «время на размышление». Следует также учитывать, что усложненные информационные системы имеют больший риск выхода из строя.
Поэтому подготовка и волевые качества персонала — независимо от технологических улучшений, по-прежнему требуют неослабевающих усилий и продолжают оставаться основой будущих военных операций.
Таким образом, переход информации в разряд важнейших ресурсов человечества и возникновение проблемы обладания этим ресурсом ведут к пересмотру основных стратегических концепций ведения боевых действий в XXI веке. Становится совершенно ясно, что информационное превосходство будет главной составляющей военной стратегии следующего столетия подобно тому, как в в начале XX века такими составляющими явились господство в воздухе и массированное применение бронетанковой техники.
Основу достижения победы в военных действиях в XXI веке будут определять уже не технические средства вооружений, а информация. Это еще раз подтверждает те принципиальные различия, которые предстоит пройти человечеству в переходе от постиндустриального общества к обществу информационному.
В то же время необходимо признать, что решающим все же остается экономический фактор. Не подкрепленная экономикой, средствами, финансами, всякая информационная борьба обречена на поражение. Информационная борьба фактор вспомогательный, подчиненный экономике.
Согласно документам Объединенного штаба Комитета начальников штабов (ОШ КНШ) ВС США, информационная война может вестись как в военное, так и в мирное время, как на государственном (дипломатические, экономические, информационные, специальные и другие силы и средства), так и на военном уровне (силами и средствами борьбы с системами боевого управления). В основных документах вооруженных сил США говорится, что информационное воздействие носит разносторонний характер и изменяется в зависимости решаемых задач и обстановки. Оно может быть информационно-разведывательным (выявление военного, экономического, политического и культурного потенциала); заключаться в противодействии любым видам разведки противника (ОPSEC); искажать, разрушать, нейтрализовывать, уничтожать или, напротив, защищать информацию (СNA, СND); заниматься компьютерным воспроизведением реальной или виртуальной неадекватной обстановки и визуализации поля боя; осуществлять информационно-психологическое (PSYOP) или летальное и нелетальное физическое воздействие на личный состав, объекты, боевую технику, оружие, линии связи и управления; концентрироваться на демонстративных действиях, обмане и введении в заблуждение (Military Deception); получить задачу на радиоэлектронное подавление; применяться для снижения заметности объектов, боевой техники и оружия; защиты личного состава, объектов, боевой техники, оружия, органов управления и различных радиоэлектронных средств от воздействия на них электромагнитной или других видов направленной энергии; увода самонаводящегося оружия от наиболее важных целей и др.
В документах также говорится, что на государственном уровне основными задачами информационной войны являются:
- вынуждение военно-политического руководства враждебных и союзных государств к принятию политических решений, обеспечивающих интересы США;
- обеспечение национальной безопасности США;
- добывание информации, необходимой для принятия военно-политических решений.
ВС США используют следующие силы и средства борьбы с системами боево¬го управления (БСБУ), всесторонне обеспеченные разведкой и контрразведкой: радиоэлектронную войну (EW), военную дезинформацию (MD), оперативную безопасность (OPSEC), психологические операции (PSYOP), физическое пора¬жение, захват и вывод из строя (PD), атаки и защита компьютерных сетей (CNA, CND).
«Оперативная безопасность» (Operational Security) ни в коей мере не явля¬ется аналогом указанных двух терминов ВС РФ.
Во-первых, OPSEC по своей сути означает противодействие всем видам раз¬ведки (во всех сферах). Во-вторых, OPSEC осуществляется под непосредствен¬ным руководством командиров не только на стратегическом и оперативном уровнях, но и на низовом тактическом уровне. В-третьих, решаются основные задачи оперативной безопасности:
- информационная безопасность;
- безопасность органов и систем управления, а также систем и средств авто¬матизации управления;
- физическая безопасность личного состава ВС (организация пропускного режима, работы с документами, охрана жизнедеятельности, боевой работы и др.);
- безопасность объектов, боевой техники и оружия;
- разработка способов противодействия разведке противника, выявление демаскирующих признаков, каналов утечки информации, контроль и оповеще¬ние ВС о критической информации, которая могла стать известна противнику.
Несколько слов о военной дезинформации в ВС США (Military Deception). Она, согласно американским уставам, по масштабу применения имеет четыре уровня — стратегический, оперативный, тактический и видовой (в интересах одного вида ВС) — и предусматривается при организации БСБУ, проведении информационных операций для оперативной безопасности, радиоэлектронной войны и психологического воздействия.


***

Новая волна интереса к проблеме «спецслужбы и информационные технологии» возникла в апреле 2001 года после загадочной гибели сотрудника Национального совета по разведке США Р. Януцци: в средства массовой информации просочились не публиковавшиеся ранее в открытых источниках материалы об информационной составляющей деятельности разведывательного сообщества США.
Известно, что Рик Януцци окончил университет Бриджпорт с дипломом бакалавра по физике. Позднее он получил ученую степень в области права в Джорджтаунском университете. На стыке этих двух профессий складывалась карьера Януцци в ЦРУ, где он работал с 1977 года. Как специалист Директората НТР он имел доступ к секретной информации из других директоратов, например, о новейших технологических разработках за рубежом.
Януцци занимался анализом потребностей службы НТР в разведданных по вооружениям и телеметрии. Затем его выдвигали на руководящие посты вплоть до последней занимаемой им должности — заместителя начальника Отдела стратегических и ядерных программ (СЯП) Национального совета по разведке (НСР). В этот совет откомандированы представители полутора десятков американских спецслужб. Януцци был «вторым человеком» от ЦРУ в подразделении НСР, где решались вопросы финансирования деятельности разведслужб, включая выделение средств на новые разработки и исследования.
Некоторое время Рик Януцци прослужил исполнительным секретарем в аппарате директора ЦРУ и представителем шефа Лэнгли в отделе Белого дома по науке. Такая близость к аппарату руководства страны объяснялась профессионализмом и авторитетом Януцци в разведке, среди ученых и интеллектуалов в аппарате президента. Кроме того, он был известен как автор открытых публикаций.
«Как ведомство, работа которого базируется на информации, ЦРУ должно быть на острие информационных технологий, — писал в одной из статей Януцци, — для того, чтобы успешно выдерживать конкуренцию и обеспечивать потребителей своевременной и качественной аналитической продукцией». В статье даются примеры из истории американской разведки, когда ЦРУ совместно с правительством содействовали внедрению в практику новых технических решений. Так появились самолеты-разведчики U-2 и SR-71, космические разведывательные спутники серии «Corona».
К началу 1990-х годов, как отмечал в своей публикации Януцци, особенно бурно начали развиваться информационные технологии в частном секторе экономики. Рыночные законы конкурентной борьбы способствовали «утечке» капиталов и интеллекта туда, где можно получить наибольшие доходы. В отличие скажем, от гибких в управлении предприятий микроэлектроники в Силиконовой Долине, ЦРУ слабо представляло свои потребности в развитии информационных технологий (ИТ), оставаясь на уровне подходов «старых» частных корпораций времен холодной войны. Информационная революция ставила перед управлением все новые задачи, особенно в сфере тайных шпионских операций переработки огромного массива данных из открытых источников.
По мнению Януцци, в 90-е годы перед разведкой возникла проблема адекватного ответа на технологический вызов не только со стороны фирм зарубежных стран, но в первую очередь со стороны транснациональных структур. Перед лицом этих жестких реалий руководство ЦРУ в начале 1998 года приняло стратегическое решение. В эпоху Интернета Лэнгли не могло больше конкуриро¬вать в области ИТ с частным бизнесом. Ключ к решению проблемы был най¬ден: чтобы получить быстрый и широкий доступ к новейшим технологиям, ЦРУ должно было проявить себя не только заказчиком, покупателем ИТ, но и «про¬давцом» некоторых своих интеллектуальных разработок в области информати¬ки и менеджмента.
В значительной мере такой подход стал для разведки вынужденным, но ина¬че бы технологическое отставание еще более увеличилось. В рамках ЦРУ была создана засекреченная «корпорация» — собственная внедренческая структура коммерческого типа. Она могла ставить перед фирмами Силиконовой Долины интересные задачи и обеспечивать частный сектор заказами. Одной из таких «секретных лабораторий» явилось новое подразделение In-Q-Tel.
Образованная в составе Директората НТР, «корпорация» In-Q-Tel, конечно, формально имеет некоммерческий статус, но действует, сообразуясь с законами рынка, для обеспечения Лэнгли всем арсеналом критически важных ИТ. В на¬звании этой структуры зашифрованы слова «инновации», «качество» и «теле¬коммуникации». Некоторые эксперты усматривают здесь также своего рода скрытый намек на высокий уровень интеллекта (IQ). Связующим звеном меж¬ду «корпорацией» и остальными подразделениями ЦРУ является Центр поис¬ковых систем (QIC).
В конце сентября 1999 г. ряд крупных газет США и программы новостей ТВ отметили новые тенденции, обычно с трудом внедряемые в работу секретных ведомств. Пресса делала комплименты ЦРУ за открытость и поощрение твор¬ческих подходов. Внимание журналистов было привлечено к небольшой корпо¬рации в Вашингтоне, которая заявила о своем намерении «обеспечить ЦРУ всеми достижениями в сфере информационных технологий и возможностями их применения». Так появилось подразделение In-Q-Tel. Его первым шефом стал менеджер Джилман Луи. Идея принадлежала тогдашнему руководителю Директората НТР доктору наук Руфь Дэвид.
Для Лэнгли это означало сделать радикальный шаг в сторону от привычных схем. Весьма любопытно, что пробивали новую инициативу две женщины, зани¬мавшие руководящие посты не в бюрократическом аппарате, а именно в Дирек¬торате научно-технической разведки. Руфь Дэвид и ее заместитель Джоанн Исхэм первыми осознали необходимость «информационной революции» в технологическом оснащении ЦРУ. Приказом Джорджа Тенета внедрение ИТ попало в список приоритетов работы Лэнгли. Установление партнерских отноше¬ний с частным бизнесом соединило усилия инвесторов с разработками по добыванию и анализу развединформации.
Подготовка к созданию Центра поисковых систем шла с лета 1998 года, для чего потребовалось участие юристов и служб безопасности. Уже к февралю 1999 года правовая основа для «корпорации» внутри ЦРУ была полностью обоснована и согласована. В подготовке решений участвовал также бывший менеджер известной фирмы «Локхид-Мартин» Норман Огюстин, имевший тесные мне¬ние контакты с министерством обороны. Первым руководителем отдела деловых операций In-Q-Tel был Рик Януцци.
Эта история лишний раз напоминает об огромных масштабах деятельности ЦРУ в сборе шпионской информации через Интернет, а также посредством иных новейших технологий.


***

Коммуникации посредством сети Интернет уже могут конкурировать с обыч¬ным телефоном. Вместе с тем стало очевидным, что она все чаще эксплуатиру¬ется преступниками и террористами, деятельность которых угрожает не только отдельным гражданам, но и целым странам, а контролируемый судебными вла¬стями перехват такой информации техническими средствами — мощный инст¬румент в противостоянии подобным вызовам.
В Федеральном бюро расследований США создан Carnivore (прямой перевод этого слова — «плотоядное растение») — аппаратно-программный комплекс, относящийся к классу снифферов IP-пакетов, призванный поставить под контроль электронные коммуникации программно-техническими средствами, способный перехватывать и выборочно записывать поток информации от опре¬деленного абонентского пункта в компьютерной сети, к которой он подключен. Пакеты могут выбираться на основании IP-адреса или, в случае электронной почты, по имени пользователя в полях ТО и FROM, а в отдельных случаях — на основании их содержания. Перехваченные пакеты могут быть зарегистрированы полностью (полнотекстовый режим). Регистрация также может отразиться только адресной частью (режим по ключевым словам), включающей IP-адрес и имя пользователя. ФБР полагает, что Carnivore позволит ограничитъ объем информации, которую оно вынуждено собирать при проведении следственных мероприятий, за счет гораздо более точного ее поиска, причем в данном случае для этих целей не надо прибегать к помощи коммерческих инструментальных средств или просить поставщика услуг Интернета проводить необходимые мероприятия. Существуют и другие подобные программы, например Omnivore и Etherpeek.
Ряд членов Конгресса США подвергли сомнению законность разработки и использования таких инструментальных средств. Их, правда, немного успокоило заявление министра юстиции о том, что «...когда мы внедряем новую технологию, я хочу удостовериться, что мы применяем ее непротиворечивым, сбалансированным и адекватным способом...».
Вопросы, поднятые правительством США, были сформулированы следующим образом:
1. Carnivore представляет технологию, которая сохраняет или нарушает баланс между интересами секретности и законными интересами следствия?
2. Необходимы ли дополнительные законодательные акты для использования таких инструментальных средств?
3. Обоснованно ли беспокойство граждан относительно того, что электронное подслушивание является угрозой конституционным правам частной жизни и свободы слова?

Министерство юстиции США вынуждено было ходатайствовать перед акаде¬мическими и частными организациями о проведении независимой экспертизы системы Carnivore. Был выбран Исследовательский институт информационных систем в штате Иллинойс (IIТ Research Institute). Но оказалось, что большинство членов экспертной комиссии связаны с правительственными учреждениями.
В ноябре 2000 года специалисты Исследовательского института информаци¬онных систем (IITRI) и Иллинойского технологического института (The Illinois Institute of Technology) подготовили отчет по результатам проведенного иссле¬дования основных характеристик «Плотоядного растения», в котором все же конституционность перехватов в Сети и некоторые другие волнующие общество вопросы остались вне оценки. Вдобавок следует отметить, что исследова¬ние Carnivore, выполненное специалистами IITRI, есть только единичный сни¬мок развития системы, тогда как она постоянно совершенствуется, повышая свою производительность и расширяя возможности.
Эксперты дали следующее заключение.
1. Когда Carnivore применяется правильно, согласно установленному порядку, она обеспечивает следователей только той информацией, которая должна быть доступной по постановлению суда. Когда Carnivore используется для перехвата по ключевым словам, то собирается информация из полей ТО и FROM, а также указывается длина сообщения.
2. Функционирование Carnivore не вносит дополнительный эксплуатацион¬ный риск или риск защиты для сети провайдера, где она установлена.
3. Carnivore уменьшает, но не устраняет риск преднамеренного и неумышленного неправомочного приобретения информации персоналом ФБР, однако серьезно затруднено использование аппаратно-программных средств людьми, не являющимися сотрудниками Бюро.
4. «Плотоядное растение» вместе с тем не обеспечивает защиты, особенно функции контроля, соразмерные с уровнем рисков.
Моргенштерн
 
Сообщения: 3483
Зарегистрирован: 09 сен 2008 14:05
Откуда: Киев

Пред.След.

Вернуться в Обсуждение текущих событий

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron
Not able to open ./cache/data_global.php